Кольер наклонился, поставил кружку на столик. Достал портсигар из кармана пиджака.

— Полагаю, пообщаться с его величеством мне будет интересно, — произнёс Энтони, доставая сигариллу. — Только с близнецами неловко вышло. С другой стороны, молодёжь должна стойко преодолевать.

— Энтони, ты про них не узнавал? — спросила Неви.

— Нет, — ответил парень. — Да и вряд ли бы удалось что-то выяснить в таком бардаке.

— А мой вопрос…

— Он просил передать, леди Неви, — произнёс Энтони. — Что не всеведущ. И целительство не является главной темой его интересов. То, что рассказал я, является основой его метода и тут очень любопытно, до чего дойдёте вы, как профессионал. Нуммуса интересовала исключительно практическая сторона вопроса, и он легко мог пропустить важные нюансы, которые раскроют проблематику куда шире.

— Хм, — Неви покивала. — А что… Подход, конечно… Но может сработать. Да. Может.

И целительница, не прощаясь, пребывая в каких-то своих мыслях, развернулась и ушла.

— Как тяжело с этими алтиорами, — вздохнул Энтони.

— И не говорите, друг мой, — с иронией вставил Альберто.

Энтони Кольер-младший (или оригинальный… большей частью)

Воспоминания о мире «снаружи» все больше блёкли. Да и что там вспоминать? Текущее окружение настолько яркое, настолько насыщенное, что сама мысль о том, что он снова окажется в том… убожестве, вызывала натуральное отвращение. Отторжение. Отказ. Да, интересно, что делает Старший. Но это куда веселее просматривать, чем наблюдать непосредственно.

А ещё, наверное, это называют одержимостью. Как ещё назвать состояние, когда тебе абсолютно не важно, кто ты, что с тобой происходит. А то, что вызывает интерес, захватило полностью.

Мир? Вот он, мир. И это его мир. Может быть он спятил, вполне возможно. Но именно здесь приходит чувство полного удовлетворения. А какие вы знаете критерии счастья? Не отвлечённого термина, а вполне конкретного состояния?

Он может включить здесь музыку. Может летать, да-да, именно летать. И, самое главное, чёртова бездна знаний. Оказывается, человеческий мозг запоминает абсолютно всё, что поступило в него в любом виде. Ядерную физику не желаете? Максим Векшин читал этот учебник. Он не понял всё, конечно. Но читал. И Энтони… Младший, тоже не понимает. Пока. Предварительно требуется усвоить огромный массив знаний.

Почему Младшего так заинтересовали эти передатчики. Всё просто. Это доступ к другой информации. Поэтому, он отставил пока все остальные изыскания и бросил все силы на изучение того, как можно взломать диски.

Очевидно, что это некие приборы. Сложные приборы, которые используются, как интерфейс между человеческим разумом и некой системой. Соответственно, в этом приборе имеется некая программа. Список команд, структурированных определённым образом. А если есть программа… Некая логическая последовательность, то её можно понять и использовать.

— Итак.

А теперь в руки попался прибор, которым уже пользовался человек. И этот человек не имел ключа, пароля или ещё какого-то условия для применения диска. Что значит ровно одно. Им может пользоваться, кто угодно.

«А всё-таки тот, кто создал вот такой вид — это был гений».

Энтони-младший улыбнулся, смотря на планету. Он опять был в своём излюбленном месте — офисе Призрака. Младший взмахом руки вызвал перед собой два трёхмерных изображения. Размером с человека. Так удобнее.

Два диска. Один — захваченный в Ариане. Второй — отданный недавно Азизой.

— Приступим.

И да, ему очень нравился функционал, который он видел у Тони Старка. Виртуальный рабочий стол. А ещё… Кто-нибудь пробовал использовать человеческий мозг в качестве сервера для набора алгоритмов, сиречь, так называемого ИИ?

— А мы попробуем, — усмехнулся Младший. — Попробуем…

Суббота, 20 сентября 1034 года

Около полудня на причале появились четверо. Дежурный, находившийся на палубе, негромко свистнул. Из рубки выглянул ещё один мужчина. Работник показал на подходящих гостей.

А прибывшие уверенно подошли к кораблю. Это было тридцатиметровое судно, характерного «пузатого» облика транспортника.

Когда гости переходили по узким сходням, поданным с корабля тем самым дежурным работником, на кормовую палубу спустился с надстройки мужчина с аккуратной бородой, в чёрной шерстяной морской форме и с фуражкой на голове.

— Винс, — улыбнулся Альберто. — Не заскучали тут ещё?

— Нам платят деньги, как за морской переход, — хмыкнул капитан. — А мы просто сидим. Претензий никаких, господин Каниони.

— Это хорошо, — усмехнулся Альберто. — А мы опять пообщаться с миром.

— Мы уже включили телеграф, — ответил капитан.

— Брида, готовь пока, — распорядился Альберто.

— Да, господин Каниони, — с достоинством ответила девушка.

И ушла вместе с капитаном, обходя надстройку справа, по узкому проходу.

— Ага, вижу, — произнёс Альберто, подойдя к борту и встав рядом с Энтони.

Невдалеке имелось интересное зрелище. Довольно большая яхта, явно дорогая, врезавшись в корабль, который стоял в этом месте у стенки, заскочила на этот самый корабль, как на трамплин. И оказалась на самой пристани. Прямо на территории какого-то склада, проломив по пути забор.

— А вон, видишь, торчит мачта, — показал Энтони. — Вчера там тот корабль стоял. Похоже, всё-таки утонул.

— Ох, устанут потом чистить тут, — заметил Альберто. — А яхта-то дорогая. Как две или три «Савии». Интересно, кто это пытался так активно сбежать?

— «Дивес» называется, — заметил работник. — Мы у местных поспрашивали, говорят, яхта Крампов.

— Интересно, — заметил Энтони. — С учётом того, где сейчас Абнар Крамп.

— Мне больше всего интересно, — хищно улыбнулся Альберто. — Что с активами «Тавр Целер»? Раз тут такой раздрай случился, нужно бы уточнить этот момент. А то отец вызвал старшего брата. А Квентин у нас признанный любитель считать и ковыряться в юридических коллизиях. До тошноты скрупулезный. А компании остро требуется предъявить кому-нибудь ущерб.

— Чувствую, глава сюда направит лучших, — с иронией заметил Энтони. — Что же, тогда нам нужно подготовить почву. Ты же для этого хочешь со мной идти?

— Вот только не надо из меня делать прожжённого дельца, — поморщился Альберто.

— А кто ты ещё? — ехидно спросил Кольер. — Сразу несколько дел хочешь сделать. Но я ценю, что поддержка друга тоже есть в этом списке. И я не осуждаю ваш подход. Наоборот, меня охватывает гордость, что я рядом с таким великим…

— Так, идём, — Альберто кивнул в ту сторону, куда ушла Брида с капитаном. — Льстец. Хорошо, что я не женщина.

— А вот я иногда об этом жалею.

— Что⁈ — возмутился Альберто.

— Но потом я вспоминаю Федерику и успокаиваюсь, — ухмыльнулся Энтони.

Следом за парнями молча прошла женщина. В чёрном брючном мужском костюме. Дежурный проводил даму неодобрительным взглядом. Но это же аристократы. Да ещё и маги. У них всё вот так, с вывертами. Бабы в штанах ходят. Кстати, ещё одна «загорелая». Похоже, у них какая-то мода на мисриек пошла…

Воскресенье, 21 сентября 1034 года

Дворец Риволи. Тронный зал. Вечер

Летняя резиденция правящего рода Хобург была построена тогда, когда был, собственно, заключён союзный договор между Веттином и Рутландом. Белый Дворец — это место нахождения двух монархов. На лето же правитель Деллир уезжает в Ариану, а Хобург сюда, в бывший военный лагерь Риволи, расположенный недалеко от Тарквенона.

Так как этот дворец место лишь летнего нахождения монарха, то и тронный зал дворца не очень большой. Если не сказать маленький. Имелось подозрение, что это было сделано намеренно, ибо остальные помещения дворца были вполне нормальных размеров, подходящих под статус королевского жилья. Бальный зал, например, был обычный. Хотя балы в Риволи давали крайне редко.