— Я не буду ни к чему тебя принуждать, Тесса. Ты вольна сказать мне остановиться, когда захочешь. Или, в качестве альтернативы, ответь на мой вопрос, и я немедленно остановлюсь, — ответил он, скользя пальцами по ее икрам. Когда она сидела на туалетном столике, их глаза были практически на одном уровне, и он медленно приблизил свои губы к ее губам. — Я убью этих ублюдков за то, что они прикоснулись к тому, что принадлежит мне, — пробормотал он, касаясь губами ее губ, пока говорил.

У нее перехватило дыхание.

— Я не принадлежу тебе.

— Лги себе, но не мне, — пробормотал он, его пальцы скользнули ей под колени и под халат. От этого прикосновения по ее телу снова пробежала дрожь.

— Я не лгу. — ее голос был хриплым и совсем неубедительным.

— Твое тело говорит об обратном, — возразил он, проводя носом по ее шее.

— Это просто связь, — процедила она сквозь зубы, вцепившись руками в край столика так, что костяшки пальцев побелели.

— Правда? — он начал водить губами по ее подбородку, пока не добрался до места под ухом. — Каково это, когда мои пальцы скользят по твоим бедрам, Тесса? — она попыталась скрыть это, но он услышал тихий стон, вырвавшийся у нее. — Или, когда мои губы касаются этого места?

Он прижался губами к ее шее, слегка посасывая и проводя зубами по коже.

Ее дыхание стало прерывистым, когда его губы опустились ниже, и она наклонилась вперед, когда он начал водить ими по ее ключице. Его пальцы очень медленно поползли вверх по ее бедрам, и на мгновение ему показалось, что она, наконец, сдастся. Что она наконец-то даст связи именно то, чего она хотела. Но затем она заговорила:

— Это как первый глоток воздуха после долгого пребывания под водой, — ее голос полон желания. — Когда ты прикасаешься ко мне, я ощущаю, как внутри разливается огненная волна, пронизывая каждую клеточку тела. Когда ты прикасаешься ко мне, кажется, что на мгновение весь мир перестает существовать, растворяется в небытие, пока ты не остановишься. Я чувствую себя защищенной. Согретой твоим теплом. Окруженной светом.

Последние слова были произнесены таким тихим шепотом, что Теон едва расслышал их. Но он остановил свои движения в тот момент, когда она начала говорить. Не потому, что он сказал ей, что сделает это, а потому, что не мог поверить в то, что услышал.

— Если это то, что ты чувствуешь, то почему ты так упорно сопротивляешься?

— Потому что это не настоящее, Теон, — выпалила она, и желание в ее голосе сменилось разочарованием. — Это просто связь заставляет меня так себя чувствовать. Мое тело реагирует на физические прикосновения. Но это все не настоящее.

— Это может быть настоящим, — возразил он.

— Даже если бы это было правдой, как бы ты узнал? Как бы ты понял, что является связью, которую ты навязал, а что настоящим? Как бы ты смог определить разницу?

— Да. Нет. Может быть, отчасти? Я не знаю, — ответил он, отводя от нее взгляд.

Его руки все еще были у нее под халатом, на полпути к бедрам.

— Ты же знаешь, что если бы ты приняла связь, то не думала бы ни о чем подобном, верно?

— Дело не в этом… Забудь об этом, — внезапно сказала она, отстраняясь от него. — Что мне нужно надеть сегодня днем?

— Сегодня днем тебе нужно отдохнуть.

— Поняла. А что мне для этого надеть?

— Что ты собиралась сказать? — парировал он.

— Теон? — из спальни донесся голос Акселя. — Обед уже десять минут как готов. Все остывает.

Теон задержал взгляд на Тессе еще на мгновение, прежде чем оставил ее сидеть на туалетном столике, чтобы принести для нее какую-нибудь одежду. Он вышел из ванной, пока она надевала свободные брюки и рубашку с длинными рукавами, а затем повел ее обедать. Она молча съела свой суп и горячий сэндвич с индейкой, а когда закончила, то направилась прямиком к дивану. Остальные не доели и половины своего завтрака, но и ели они гораздо медленнее, непринужденно беседуя и постоянно бросая на нее взгляды.

— Тебе удалось с ней встретиться? — спросил Аксель у Луки, наклоняя тарелку, чтобы доесть остатки супа.

— Нет, — мрачно ответил Лука. — На этот раз для Сиенны это было слишком рискованно.

— Ты вернулся весь в крови, — сказал Теон. — Если не Сиенна, тогда кто?

— Три Наследника, о которых твой отец поручил мне позаботиться.

— Блядь, — пробормотал Теон, откидываясь на спинку стула и бросая салфетку на стол. — Когда мы в последний раз общались с Сиенной?

Аксель достал из кармана маленькое зеркальце и принялся вертеть его в руках.

— Она вышла на связь, когда я был там во время церемонии открытия Выбора, но я ее не видел. Только получил от нее сообщение.

— Думаю, это уже что-то, — сказал Теон, постукивая пальцем по столу.

Аксель многозначительно посмотрел на него, прежде чем осознал, что это точно такая же манера поведения, что и у его отца. На его челюсти заиграл мускул, когда он поднял свой стакан с водой.

— Нам нужно обсудить, как вести себя сегодня вечером, — сказал Лука.

— Я предлагаю, чтобы все прошло естественно. Посмотрим, не упомянет ли он чего-нибудь и не заговорит ли о чем-то.

— Это может сработать, — задумчиво протянул Лука, потирая подбородок.

— Отец не станет об этом говорить, — возразил Аксель. — Он ни за что не стал бы впутывать себя в компрометирующую ситуацию.

— Ему будет наплевать на то, что он сам во все это ввяжется, — ответил Теон. — Его гораздо больше беспокоит раскрытие плана до того, как будет готов к этому. Он что-то задумал, и пока не хочет, чтобы я знал, что именно. Он будет ожидать, что я начну с ним спорить. Если мы ничего не скажем, это заставит его гадать.

— Но если бы Павил и Метиас добились успеха сегодня, ты бы все равно узнал, — вмешался Лука. — Она рассказала тебе что-нибудь о том, что произошло?

— Тесса еще не была готова говорить об этом, — сказал Теон, не раскрывая, что вероятно это было потому, что он отвлекал ее мысли, проводя руками по ее бедрам. — Она сказала, что мой отец велел им убедиться, что ее манеры исправлены и соответствуют требованиям. Тесса также упомянула что-то о существах, появляющихся из-под земли. Она понятия не имеет, что это такое и как это произошло.

— Какие существа? — спросил Аксель.

Теон пожал плечами.

— Она была сильно потрясена. Я пока не хотел развивать эту тему, но нам нужно разобраться с этим. А также с мечами, золотой краской, кровью или чем там еще, блядь, это было. — он поднялся на ноги. — Мы можем продолжить этот разговор, но я хочу находится рядом с ней. Ее сон будет более спокойным, и мне нужно, чтобы к ужину она была хотя бы частично в хорошем состоянии.

Остальные кивнули. Аксель пошел на кухню и налил им всем немного виски, прежде чем присоединиться к ним. Тесса уже крепко спала на диване, и Теон осторожно переложил ее так, чтобы она отдыхала на подушке у него на коленях. Он натянул одеяло повыше на плечи девушки и погладил волосы.

— Я не виню тебя, Аксель, — сказал Теон, беря у него стакан. — Ты ничего не мог сделать по-другому. То, что ты посоветовал ей бежать, было лучшим, что ты мог сделать. Я благодарен тебе. Но пока мы не узнаем, что планирует отец, она должна быть со мной, когда это возможно.

Лука и Аксель, похоже, не были в восторге от этой идеи, но и не высказали никаких возражений против нее.

— Так ты собираешься приглашать ее на встречи с нами? — спросил Лука.

— У тебя есть идеи получше? В любом случае, ей нужно будет начать посещать их, когда мы доберемся до Акрополя, — ответил Теон.

— А что случилось с тем, что мы постепенно будем вводить ее в курс дела? — спросил Аксель.

— Все изменилось, когда он посягнул на то, что принадлежит мне, — ответил Теон.

Аксель, слегка нахмурившись, смотрел на спящую Тессу.

— Как ты думаешь, Эвиана была раньше похожа на нее? До того, как отец…

Он замолчал, и Теон с Лукой поняли, к чему он клонит.

— Я не знаю, — ответил Теон. — Мне трудно представить ее какой-то другой. Она стала Источником отца задолго до того, как мы появились на свет. Он выбрал ее до того, как женился на матери.