Вот только за ней я обнаружила совсем не процедурную с доктором Ховардом и командором. И не кран с водой.

Это оказалась огромная комната, даже скорее нечто напоминающее ангар. Свет был приглушён, слышалось негромкое монотонное гудение. От пола до потолка высились прозрачные колонны, подсвеченные и заполненные жидкостью. Ячейки. Горизонтальные, расположенные друг над другом, прозрачные отсеки.

Внутри, где-то в районе желудка, я почувствовала спазм. Будто кто-то сильно сжал мои внутренности крепкой рукой. С порога я не разглядела, но, кажется, уже понимала, где оказалась и что это было за место.

Бежать бы со всех ног, но я, словно заворожённая, медленно пошла внутрь. Ноги несли сами, хоть и ощущались деревянными.

Я подошла к первой колонне и прикоснулась к прозрачному стеклу, что слабо светилось голубым. Оно было холодным. Не ледяным, но ощутимо прохладным.

Внутри в воде с маской на лице, к которой были подведены трубки, лежала женщина. Её тёмные волосы плавали, словно парили, в жидкости, глаза были закрыты, а грудь мерно вздымалась и опускалась. Она спала или же находилась без сознания. Прикрыты тканью были лишь груди и бёдра, и на открытой коже я не заметила серебристых полос.

А это значило, что она была землянкой.

В соседнем отсеке, «этажом» ниже, лежал молодой мужчина. Рыжие короткие волосы, такие же рыжие брови. Крупный, высокий. И у него тоже не было полос на шее.

Я пошла вдоль стеллажей. Несколько были пустыми, они и не горели подсветкой, но в остальных были люди. Кто-то моложе, кто-то старше. С масками на лице и без сознания.

И без полос. Это были люди. Земляне.

Я осмотрелась и поняла, что это не просто комната. Она огромная, невероятных просто размеров. Колонны с отсеками казались бесконечными и уходили далеко вперёд. Наверное, тут были сотни людей, я даже затруднялась назвать примерное количество.

Я остановилась и прикрыла глаза. Сердце внутри билось как-то очень гулко и будто замедленно, словно в груди было пусто и только его стук нарушал тишину.

А вокруг лежали сотни моих собратьев. Их грудные клетки вздымались, но они не были живы.

Мертвы.

В угоду захватчикам. В угоду решения их проблем. В угоду таких, как Тайен Яжер, его ужасный брат и сумасшедшая сестра. Неудивительно, что их собственная планета лишила их возможности размножаться.

Я обернулась и увидела на стене, от которой начала свой путь кнопки и датчики. Мозговой центр, надо понимать. Я быстро двинулась туда, ещё не совсем понимая, что буду делать.

Списки на экране, жизненные показатели на каждой строке – артериальное давление, частота сердечных сокращений, уровень кислорода в крови, показатели крови.

Крови.

Их собственная ферма крови – вот что это. Сотни доноров, чей мозг убили или отключили наркотиками и держат в качестве производителей живительной субстанции.

Спасти их всех я не могла. Никого не могла, ни одного. Им не повезло попасть к представителям верхушки, как мне или даже тем двоим из дома Ириса Яжера. Возможно, среди них даже мои родители. Или жена продавца из магазинчика в конце улицы в моём гетто, которую я помню. Или тот парень, которого забрали в «Источник» в тот же день, что и меня.

Хотели бы они этого? Пошли бы добровольно?

Нет.

Я не могла им помочь. Никому. Ни одному из них. Но я могла попытаться их освободить. Избавить от этой ужасной участи.

Я прошла вдоль панели и нашла линию панелей с надписями «Сектор 1», «Сектор 2», «Сектор 3» и так далее. И рядом с каждой была красная кнопка с надписью. Я знала, что это название химического элемента – кислорода.

Я не могла их спасти. Но на их месте я бы хотела, чтобы меня так же освободили.

Я потянулась к панели и прикоснулась пальцем к одной из кнопок, но не нажала. Не могла решиться, поэтому сглотнула и прикрыла глаза. Нужно. Мне нужно сделать это.

– Они умрут, если ты это сделаешь, – раздался спокойный голос над ухом, но я даже не вздрогнула.

Командор стоял рядом. В дверях – доктор Ховард, но он, поймав взгляд командора, тут же вышел.

Что ж, я не успела. Наверное, теперь тут и для меня будет определено место. Тайену Яжеру по-прежнему требуется моя кровь, но, полагаю, он устал от проблем, которые я устраиваю. И ему ничто не мешает поместить меня сюда и получать свою дозу, когда требуется.

– Они уже мертвы. – Я подняла глаза на командора. Моя судьба была предрешена, и бояться не было уже смысла. Я устала. – Вы убили их. А я лишь хотела освободить.

Мой собственный голос меня поразил, настолько мне самой он показался глухим и безжизненным.

– Сначала выращиваете нас в гетто, как свиней в загонах, а потом выкачиваете здесь. Или издеваетесь, развлекаясь, как твой брат или сестра.

– Лили, я не буду отрицать. Люди в своей истории, насколько я знаю, тоже вели захватнические войны, воевали между собой. Убивали, насиловали, делали рабами. Ты не можешь винить мой народ в особой жестокости, сами люди были куда более жестокими.

Командор развернулся и, пригласив меня жестом присоединиться, пошёл медленно между рядами. Наверное, решил лично показать, в каком стеклянном гробу будут откачивать меня.

Мне ничего не оставалось, как двинуться следом.

– Люди неидеальны, да, – ответила я. – Но они не уничтожали другие расы ради ресурсов планеты, не убивали других в поисках ответов на свои собственные вопросы. И мертвых оставляли в покое. А вы…

Я обернулась вокруг, ещё раз посмотрев на окружающие нас колонны, и вдруг не смогла сдержать горячих слёз, что потекли по щекам.

– Они не мертвы, Лили.

Командор тоже остановился и посмотрел мне в глаза.

– Это хуже! Вы выкачиваете их, держите за живую ферму. Паразитируете.

– Эти люди здесь находятся для восстановления после программы «Источник». Из них не выкачивают кровь, а наоборот, стимулируют восстановление.

Я замолчала и с недоверием посмотрела на него. Зачем это кроктарианцам – восстанавливать людей? Если можно просто выбросить и взять другого. Или они испытывают какие-то затруднения с подбором, как в случае командора, и используют людей потом снова и снова?

– Иди сюда. – Тайен взял меня за руку и потянул за собой вглубь ангара. – Смотри.

Он подвёл меня к одной из капсул. Внутри лежала женщина. Блондинка. Её глаза были закрыты, а волосы расплылись в воде. Возле каждого отсека, прямо под головой находящегося внутри человека, я увидела тёмную панель. Командор прикоснулся к ней раскрытой ладонью, и тогда панель загорелась сначала ярко-зелёным, а потом на ней появились на чёрном фоне яркие символы.

– Это процент восстановления кровеносной системы, – указал командор на цифры. – У объекта… женщины, – добавил он, украдкой взглянув на меня, – он уже восемьдесят пять. Это – обновление нарушений в костном мозге, которые у неё были врождёнными. То есть она будет даже более здоровой, когда закончится восстановление, чем раньше.

– Так нам следует вас поблагодарить? – я понимала, что хожу по краю со своей дерзостью. Но я настолько была шокирована всем увиденным, что инстинкт самосохранения отключился намертво. – За то, что вы делаете нас лучше. И что будет с ней дальше? Снова попадёт в «Источник»? Это просто какой-то непрекращающийся круг ада…

Последнее я сказала уже сама себе, закрыв лицо ладонями. Командор не стал отвечать, молча позволив мне взять себя в руки.

– И что теперь дальше? – Я опустила руки и посмотрела на него. – Меня накажут за то, что я сюда и пришла и что хотела…

Я подняла глаза и посмотрела командору в лицо. Он ответил внимательным взглядом, но по нему было сложно определить, о чём же он думает.

– Просто поехали домой, Лили. Ты устала.

Он снова взял меня за локоть и мягко увлёк за собой. Но мы не успели сделать и нескольких шагов, как вдруг раздался сигнал, а под потолком замигали красные лампы.

Тайен замер в напряжении, а потом крепко схватил меня за руку и увлёк в другую сторону – противоположную выходу.