Я рискнула подойти с другой стороны. Себя нужно было спасать, а для этого подойдут все способы. Звать его по имени было непривычно и странно, но, кажется, он обратил на меня внимание.

Командор сел в соседнее кресло, закатал рукав и перетянул предплечье. Ввёл иглу себе в вену, даже не поморщившись.

– Я не собираюсь брать твою кровь, Лили. Я хочу влить тебе свою.

От удивления я даже не нашлась сразу, что сказать.

– Ирис всё равно найдёт способ заполучить тебя, а ты – единственный источник, который мне подходит. Перелив тебе свою кровь, я тебя как бы промаркирую, и ты станешь непригодна как источник для других кроктарианцев. Ты моя, Лили. Только моя.

Я впервые видела командора таким эмоциональным. Он всегда казался мне словно выточенным из камня – твёрдым, жёстким, холодным и абсолютно непоколебимым. А сейчас я стала свидетелем того, что Тайен Яжер уязвим. Ибо такие эмоции – признак реакции на уязвимость.

– Это опасно? – опустив глаза, посмотрела на трубки, что в очередной раз соединили наши тела.

– Да, – коротко ответил он.

Я не успела среагировать на это его резкое «да», как тёмно-красная жидкость из тела командора поползла в моё по прозрачной тонкой трубке.

– Поверь, – добавил он, сжав зубы, – оказаться в руках моего брата для тебя намного опаснее.

В комнате воцарилась полная тишина. Командор смотрел перед собой, а я на кровь, движущуюся по системе. У кроктарианцев она была темнее, чем у людей. Тёмно-бордовая, даже с каким-то металлическим отливом. Или, может, это так отсвечивали трубки.

Возникла странная ассоциация, будто вот эти обагрённый трубки – это путы, связывающие нас с командором. Или оковы. Второе уж куда правдоподобнее.

Я наблюдала и ждала. Только вот чего ждать было? Снова испепеляющего тело и разум жара? Боли, выкручивающей кости?

Или, возможно, это будет не просто огонь, а страшная смерть в мучениях. На курсах подготовки к поступлению в колледж сестринского дела нам рассказывали, что если человеку перелить кровь неподходящей группы, то его эритроциты схлопнутся. Чего же тогда можно ожидать от переливания крови пришельца? Кроктарианцы адаптируют нашу кровь для себя в наших же телах, но как это сработает наоборот?

Мысли кружили, я прислушивалась к себе, но каких-то особенных ощущений не находила. Время просто тянулось, как разогретая на жарком июльском солнце резина, заставляя вязнуть в секундах и минутах.

– Лили, ты слышишь меня? – раздался негромкий голос будто издалека. – Лили?

Я открыла глаза и посмотрела на командора. Его лицо оказалось слишком близко. Он стоял, склонившись над моим креслом, и сосредоточенно смотрел.

– Лилиан?

– Слышу, – горло обожгло от моей попытки говорить. – Кажется… я уснула.

Ремни и браслеты уже не сковывали моё тело, и я смогла сесть, оторвавшись от спинки кресла.

Когда я успела отключиться? Незаметно для самой себя провалилась в сон.

Меня чуть тошнило и жутко сушило горло. Немного были как будто бы заложены уши.

– Я хочу пить, – прохрипела севшим голосом я.

Пить хотелось невероятно, горло горело, будто бы я проглотила ком из иголок.

Через несколько секунд командор протянул мне стакан воды. Но одного мне оказалось мало, чтобы удовлетворить жажду, и я попросила ещё.

– Итак, я, судя по всему, в порядке? – спросила, когда наконец живительная влага смочила горло достаточно.

Перевела взгляд на свои руки, растопырила пальцы, потом на ноги. Всё было совершенно обычным. Не распухло, сосуды не змеились, кожа не покрылась какими-нибудь жуткими пятнами.

– Кажется, да, – удовлетворённо ответил командор.

– Довольно рискованно вы поступаете со своим единственным источником, – я попыталась пошутить. – Сначала путешествие на Кроктарс, теперь это переливание.

– Мне больше понравилась, когда ты звала меня по имени, – улыбнулся Тайен Яжер.

Я даже слегка смутилась. Запомнил же.

– Попробую.

Я встала с кресла и сделала несколько шагов. Моё самочувствие оказалось вполне сносным, хотя ноги всё же ощущались немного ватными, а голова чуть тяжёлой.

– Тебе нужно в постель, – сказал командор. – Сейчас ночь, Лили.

– Мне нужно к холодильнику, – ответила я в ответ на новое урчание в животе. Мой желудок не сдавался, ему было всё равно на эксперименты. – Я, собственно, туда и собиралась, а потом вспомнила про свою маленькую ложь и добавила: – После библиотеки.

Моё желание поесть почему-то повеселило командора, и он предложил составить мне компанию на ночной кухне. Вот уж Ивва удивится нашей с командором ночной трапезе. Не хватало ещё, чтобы она что-то превратно подумала.

Внезапно мои щёки порозовели, когда я представила, что может подумать Ивва. Надеюсь, командор вспыхнувшего румянца в полумраке не заметил.

В коридоре было холодно. Накидку я потеряла у библиотеки, кода командор потащил меня за собой в комнату переливания. И теперь мои плечи покрылись гусиной кожей. Я вздрогнула и потёрла их руками.

– Ты замерзла, – заметил Тайен Яжер и вдруг удивил меня, сняв свой китель и протянув его мне. – Держи.

Тяжёлый форменный пиджак лёг на плечи и окутал теплом и непривычным ароматом, с которым я уже была знакома. Командор был крупным мужчиной, и я просто утонула в его кителе. Возникло странное и необъяснимое желание уткнуться носом и принюхаться, но я, естественно, этого делать не стала.

– Спасибо, Тайен, – тихо прошептала я, решившись снова назвать командора по имени, как он просил.

Вот в таком виде нас и застала заспанная и перепуганная Ивва.

– Слава богу! – воскликнула она, ещё не отдышавшись после того вылетела на нас из-за угла. – Я встала выпить воды и увидела, что дверь в комнату мисс Роуд приоткрыта, заглянула, а её нет там. Фицу Тайен, я думала, что-то случилось или она…

Ивва запнулась и виновато посмотрела на меня.

– Сбежала? – закончила я за неё, приподняв бровь.

Женщина замялась и покраснела ещё сильнее, она сначала опустила глаза, а потом поджала губы и снова посмотрела сначала на меня, а потом на хозяина.

– Мисс Роуд сбежала по велению своего желудка, – улыбнувшись, ответил командор, и в животе, к моему ужасу и позору, снова громко заурчало. – Ну и страстного желания к знаниям.

Управляющая пару секунд похлопала глазами, а потом, спохватившись, пролепетала:

– Поняла, фицу Тайен, я сейчас быстро что-нибудь придумаю. Вы тоже голодны? Есть будете?

– Пожалуй, – он согласно кивнул.

Ивва снова приняла своё привычное деловитое выражение лица и, зачем-то подмигнув мне, скрылась в сторону кухни. 23. Мне жаль, что вы это услышали

С постели встала я уже около полудня, потому что уснула ближе к рассвету. Настроение было прекрасным, наверное, впервые за столь долгое время. Даже вчерашние события казались не такими пугающими и какими-то далёкими. Прощальный взгляд Ириса Яжера, конечно, меня беспокоил, но я уже относилась к нему ровнее. Командор принял меры для моей безопасности. Точнее, для своей, но не суть.

Вчера командор сильно испугал меня, будучи в гневе, но во время ночной трапезы удивил. С ним может быть довольно легко и даже интересно. Он много улыбался и шутил, на какое-то время я и вовсе перестала чувствовать себя пленницей и даже смогла представить гостьей.

Конечно, это ничего не меняет, моё положение остаётся прежним: я донор, он – захватчик, мой хозяин. Мы не друзья и даже не приятели. Но постоянно жить в состоянии войны я устала, хочу передышку, пусть для этого придётся пойти на сделку с собственной совестью.

Я не собиралась становиться коллаборационисткой, как Ивва или Денисов, но острые углы обходить решила попробовать. Биться в кровь каждый день бестолково и нерационально. Жутко изматывает и не способствует сохранению себя самой.

Ивва внизу хлопотала на кухне и напевала какую-то простенькую мелодию. Тихо, но так самозабвенно, что не сразу и заметила меня, когда я спустилась на первый и вошла в кухню. Надо отметить, что слуха у этой женщины не было ни на грамм, но картина в целом показалась мне милой.