Сотрудники у стойки замерли, уставившись на меня, и мне стало не по себе.

Я сделала шаг влево — их взгляды двинулись следом.

Шаг вправо — и снова то же самое.

Николас вошел через дальний вход, направляясь ко мне с телефоном в руках.

— Доброе утро, мисс Доусон. — Он остановился прямо передо мной, не отрывая глаз от экрана. — У вас есть все необходимое для поездки?

— Нет.

— Тогда советую попросить Фрэнсиса заехать к вам домой и забрать это, пока есть время.

— Я нормально выгляжу? — прошептала я. — На меня тут все пялятся.

Он наконец убрал телефон в карман и медленно, откровенно осмотрел меня с головы до ног. Секунды тянулись, его губы слегка приоткрылись.

— Нет, — сказал он прямо. — В этом ты выглядишь совсем не нормально.

Мне стало больно.

— Я знала, что это перебор. — Я отступила. — Дай мне пару минут, я переоденусь.

— Ты выглядишь чертовски сексуально. — Его взгляд встретился с моим. — Ничего не меняй.

— О… — я покраснела. — Спасибо.

— Всегда пожалуйста.

Он выглядел так, будто хотел сказать что-то еще, но по залу прокатился знакомый голос.

— It's beginning to look a lot like Christmas! — мистер Ривз фальшиво запел, катя к нам чемодан. — Everywhere I go-о-о!

Сотрудники снова вернулись к работе. Маршалл углубился в чтение папки.

— Ну же, мистер и миссис будущие Сейнт! — воскликнул он. — Подпевайте!

— Ни за что, — сказали мы хором.

— Ну что ж! — он рассмеялся. — Ладно, убьем веселье еще в начале поездки. А я вот не могу нарадоваться этому времени года — и тому, что еду домой к семье.

— Тогда почему вы не едете к своей? — снова хором спросили мы, и он моргнул.

— Простите их, — Маршалл шагнул вперед. — Они не привыкли ездить домой на праздники.

— А, понимаю, — кивнул мистер Ривз. — Так к какой именно семье мы направляемся?

— К семье Дженны, — ответил Николас. — У них для нас подготовлены два гостевых люкса.

— А как же ваша семья, мистер Сейнт? — мистер Ривз нахмурился. — Я знаю, что ваш отец умер, но мать…

— Ничего особенного, — отрезал Николас. — Только семья Дженны. Вся неделя. И все.

— Хотя бы ваша мать знает, что вы помолвлены?

Сомневаюсь…

— Она будет на свадьбе, — только и сказал он. Этого мистеру Ривзу хватило: он кивнул и снова принялся напевать рождественские песни.

Сотрудник подошел к нему с кружкой горячего какао и проводил к самолету.

— Когда мы приземлимся, нас будет ждать машина, — сказал мне Николас. — И еще одна запасная. На случай, если тебе понадобится сбежать от него, пока мы там.

— А когда мне понадобится сбежать от тебя?

— Ты хотела сказать «если вдруг»?

— Я почти уверена, что сказала «когда».

— Ладно, детишки, — Маршалл улыбнулся нам. — Давайте будем паиньками, хорошо? Подумайте о деньгах, потому что сейчас важно только это. Просто убедительно притворяйтесь и мы все получим замечательные бонусы. Много денег. Деньги, деньги, деньги.

— Мы тебя с первого раза услышали, — сказали мы одновременно и разошлись в разные стороны, направляясь к самолету.

— Счастливых праздников и вам, мистер и миссис Сейнт! Люблю вас! — крикнул он вслед. — С нетерпением жду, что во время вашей поездки услышу только хорошие новости!

Николас

Мой самолет коснулся земли Вашингтона ровно в три часа — шины зашипели по заснеженной взлетной полосе.

Мистер Ривз захлопал в ладоши, будто это было представление.

— Вы не против, если я выйду первым, чтобы сделать пару снимков вашего самолета на снегу? — спросил он.

— Я буду только рад, если вы выйдете первым, — я с трудом удержался от того, чтобы закатить глаза. — Прошу, не стесняйтесь.

Он направился вперед, ожидая, пока пилот откроет дверь.

Дженна выглядела так же раздраженно, как и я: губы сжаты, она покачала головой.

Я как раз расстегивал ремень безопасности, когда зазвонил телефон — видеозвонок.

Мама.

Худшего момента и придумать нельзя…

— Привет, мама, — ответил я. — Я собирался перезвонить тебе пару дней назад, но…

— Давай проясним один момент, — перебила она меня, глядя так, что взглядом можно было убить. — Значит, к семье своей невесты на праздники ты поехать можешь, а к собственной — нет?

— Откуда ты об этом узнала?

— Не могу поверить, что у тебя есть целая невеста — которая, между прочим, живет в Вашингтоне, — а ты собирался обойтись без визита к любимой матери и семье. Даже без «здравствуй».

— Это не личное, — сказал я. — У этого есть причина. И я не хочу в нее углубляться.

— Ну что ж, спасибо, что хотя бы не стал отрицать, — ее лицо покраснело. — Большое тебе спасибо.

— Кто тебе об этом сказал?

— Твоя помощница, — ответила она. — Та самая женщина, на которой ты собираешься жениться…

— Ясно. — Я бросил на Дженну тяжелый взгляд. — Я уволю ее сразу же, как вернусь.

— Ты не можешь выделить для нас хотя бы пару часов? — тихо спросила она. Гнев в ее голосе сменился чем-то другим — более тихим и куда более тяжелым.

— Я посмотрю, что можно сделать, — сдерживая вздох, ответил я. — Я перезвоню тебе в течение часа.

— Пожалуйста.

Я завершил звонок, все еще глядя на Дженну.

— Всего лишь несколько дней притворства, — усмехнулась она, передразнивая мои же слова, сказанные на днях. — Неужели это так сложно?

Дженна

Ранчо моих родителей стояло в стороне от дороги: длинная веранда с обходом по периметру тянулась вдоль всего фасада, а за домом вглубь уходили акры земли, припорошенной снегом.

— Ты же говорил, что твои родители живут в каком-то захолустье, в доме-«ружье», — сказал Николас.

— Так и есть. В глуши.

— Это же особняк… — Он посмотрел на меня так, будто ждал объяснений.

Я пожала плечами.

— Я просто не рассчитывала, что ты когда-нибудь это увидишь.

Через несколько секунд он свернул на кольцевую подъездную дорожку и помог мне выйти из машины. Мы немного подождали, пока мистер Ривз выбирался следом, щелкая камерой, как заправский турист.

— Вау, — протянул он. — Настоящее Рождество во плоти, да?

Мы оба предпочли не отвечать.

Николас сжал мою ладонь и повел меня вверх по ступеням. Я замешкалась перед дверным звонком — и не успела даже вдохнуть, как дверь распахнулась.

— А-а-а! Ты правда здесь! — моя любимая тетя, тетя Мэй, сгребла меня в объятия. Подняв взгляд на Николаса, она буквально отвисла челюстью.

И так и стояла с открытым ртом, пока я не подтолкнула его обратно на место.

— Э-э… — Она моргнула. — А это кто?

— Николас, — сказала я. — Просто мой парень.

— Я ее жених, — поправил он, протягивая руку. — Николас Сейнт.

— Подожди… Разве не так зовут твоего начальника?

— Да.

— Но ты же говорила, что он — тот еще придурок и не отпускает тебя домой на праздники.

— Он глубоко раскаивается в этих словах, — ответил Николас за меня.

— Ну… ладно тогда. Очень приятно наконец-то познакомиться лично, Николас. — Она улыбнулась, явно собираясь сказать что-то еще, но, к счастью, сдержалась. — А кто ваш друг позади?

— Никто, — ответили мы хором.

— Джеремайя Ривз. — Он протянул руку. — Я просто по делам, хвостом. Делайте вид, что меня здесь нет.

— Как скажете… — Она жестом предложила нам снять пальто.

— Мы много пропустили? — спросила я.

— Ага, конечно. — Она фыркнула. — Алкоголь только начали разливать, а дядя Джон еще никого не успел выбесить своими историями, так что вы слишком рано.

Ну просто замечательно.

— Николас, мне нужно попросить тебя об одном большом одолжении ради Дженны, пока ты здесь, — сказала она, глядя на него. — Может, при знакомстве ограничишься словом «парень»? А то ее отец устроит допрос с пристрастием и накричит. Ему совсем не понравится, что ты не спросил разрешения на свидания заранее.