Хотя последний факт меня совсем не расстраивает.

Даже наоборот…

До дома Глушко доезжаем за считанные минуты.

Уверен, если бы он был рядом с тем же домом, что и мы, то не успел бы доехать сюда так быстро, как мы, друг никогда не был любителем больших скоростей, поэтому…

Паркуюсь возле его дома, осматриваюсь.

Машины Глушко на месте нет.

Интересно…

Звоню ещё раз, трубку не берёт.

Не нравится мне всё это, очень не нравится.

— Останься в машине, — говорю Лиле, — сейчас вернусь.

Подхожу к дверям дома, прислушиваюсь, внутри как будто никого.

Звоню, жду.

В ответ снова тишина.

В голову продолжают лезть неприятные мысли.

Обхожу дом, заглядываю в окна, кажется, что внутри и в самом деле никого нет, больше того, судя по неубранной территории вокруг дома тут минимум неделю никто не живёт.

Звоню своим парням, спрашиваю видели они или нет сегодня вечером Глушко, все говорят, что утром он ушёл с собрание и больше не появлялся.

Проклятие, неужели друг в самом деле у меня за спиной дружит с Раженко и его племянницей.

Чёрт, уже и голова от этого кругом идёт!

Прошу парней, чтобы нашли Глушко как можно быстрее и связались со мной обязательно.

Всё романтическое настроение пропадает, уступая место злости и разочарованию, сейчас больше всего хочется вернуться домой и просто пообщаться с малой, точнее, с дочей, которая наверняка повеселит своей болтовнёй и рассказами о том, как она знакомила няню и охранника.

Возвращаюсь в машину, где меня терпеливо ждёт Лиля, смотрит какое-то видео на телефоне.

— Ну как, дома твой друг?

— Похоже, что нет. Никто не знает, где он. А ты что смотришь?

— Няня прислала видео, — улыбается Лиля, – с пометкой от Танюши.

— И что там?

Лиля даёт телефон мне, включает кнопку воспроизведения.

На видео Таня стоит во дворе дома, нацепив на голову большой синий бант, который неплохо сочетается с её платьем и опять же синими глазами.

Доча широко улыбается, держит на руках котёнка, громко говорит:

— Мы с Лызыком отклываем своё агентство по знакомству класивых пал! Есви вы одинокая класивая дама и…

Кто-то за кадром подсказывает Тане:

— И умеете вкусно готовить…

— Дя, — кивает доча, — и умеете вкусно готовить запеканку или вы холосый дядя, сивьный такой, с квалтилой, наплимел, облассяйтесь в насе агентсво, «Мавая и Лызык», мы подбелём вам класивую палу! Лызык даёт галантии, он по нюху мозет васу палу опледевить! Опвату белём молозенным иви савухой ну и колмом для Лызыка, он с кловиком вюбит! А есви… есви…

Таня на секунду запинается, но тут же находится с ответом.

— Есви васа пала не подойдёт вас иви будет вас обизать, обласяйтесь к детсадовским, мы всё быстло лазлувим! Да, Лызык?

Котёнок мяукает, правда, без особого энтузиазма.

Доча ещё секунду улыбается, а потом говорит:

— Ну сё, няня, выквюсяй, пойдём кусать!

На этом видео заканчивается.

— Как тебе реклама агентства «Малая и Рыжик»? — улыбается Лиля.

— Шикарно, хоть сейчас можно рекламную кампанию запускать, вот только про детсадовских я бы убрал, про них можно отдельную рекламу снять, частное охранное предприятие «Детсадовские», уберём пенку с вашего молока, заставим детей спать в сончас!

Лиля смеётся, а следом за ней смеюсь я.

Уже хочу отдать ей телефон, но в последний момент зависаю.

Увеличиваю изображение на стоп-кадре…

И сердце в груди пропускает удар.

На дорогое за забором, около которого стоит Таня, я замечаю чёрный фургон, тот самый, который видел, когда мы искали котёнка.

— Чёрт…

Тут же набираю охранников, они не отвечают!

— Звони няне, срочно!

Сам резко срываюсь с места, гоню домой.

— Что случилось, Вик? — испуганно спрашивает Лиля.

— Фургон подозрительный около дома крутится, не нравится он мне! Охрана не отвечает… что там с няней?

— Телефон недоступен…

— Проклятие!

Жму на газ, выезжаю на свою улицу, мчу к дому.

Только бы с дочей всё было в порядке…

Лихорадочно осматриваюсь, нигде не вижу чёрный фургон.

Неужели показалось?

Тогда почему никто дома не отвечает?

Подлетаю к воротам, выскакиваю из машины и… застываю в ужасе.

— Чёрт… только не это!

Двери дома сорваны с петель, а внутри…

Вик

— Таня, — забегаю внутрь, лихорадочно оглядываюсь, — доча, отзовись, ты здесь? Ты дома?

Куда пропала охрана? Неужели всех пятерых устранили?

Быть такого не может!

Но факт остаётся фактом: дом пуст, внутри и снаружи никого.

Следов борьбы тоже не видно, такое чувство, что негодяи просто вошли в дом и забрали Таню…

И всё равно я поднимаюсь наверх, снова и снова выкрикиваю имя дочери, в надежде, что она спряталась где-то внутри, что мерзавцы не смогли забрать её у меня!

Лиля следует за мной по пятам, прижимается, в ужасе спрашивает:

— Что мы будем делать, Вик? Надо звонить в полицию!

— Нет, — отрезаю, — никакой полиции, Лиля, они только мешать будут, мы потеряем кучу времени, я наберу своих парней, соберу всё правление, всех свободных людей подтянем и найдём нашу дочь, обещаю!

Уже достаю телефон, но в этот момент слышу какой-то странный шум в своей спальне.

Что там происходит?

Бесшумно передвигаюсь по коридору, открываю дверь комнаты.

Слышу шорох, который доносится из шкафа.

Подхожу, резко открываю его и… внутри никого!

Но я же слышал шорох.

Включаю фонарик на телефоне, ещё раз осматриваю шкаф.

И слышу глухой стук где-то за стеной.

— Выпутите, — слышу знакомый детский голосок. — Я не могу вывезти! Мы застляви!

Это Таня!

Но как она оказалась за стеной?

— Сейчас, — кричу дочери, — сейчас мы тебя вызволим!

Как я мог забыть, что у шкафа есть потайной отдел, где можно спрятаться? Вот только сам я даже не пользовался этим отделом и не помню, как он открывается?

— Потерпите, Таня, ещё немного!

Простукиваю стенку шкафа, а потом вспоминаю про кнопочку внизу, которая и открывает потайной отдел.

Вспоминаю, что она где-то внизу, нащупываю её, нажимаю и…

Потайной отсек открывается, а счастливая дочь бросается ко мне.

— Спасибо, сто спас папа, — прижимается она ко мне, вытирая слёзы, — мы с Лызыком так испугавись, мы быви навелху, когда плисви стласные дяди и заквисяви, сто забелут нас.

— Что это были за дяди? Ты видела их?

— Неть, — мотает головой Таня, — мы усвысави и побезави в твою комнату, я помню, сто у тебя бовьсой скаф, хотева сплятаться там, завезва и… отклывась двелка, за котолой мы сплятавись.

— Ты большая умница, — говорю дочери, радуясь, что негодяи не смогли её похитить, — не растерялась, спряталась, ещё и Рыжика спасла, горжусь тобой, доча.

Лиля тоже обнимает дочь, гладит её по голове.

— Как я рада, что ты здесь со мной, моя малышка. Я испугалась, что тебя забрали… я бы этого не перенесла.

— Но бойся, мамоська, — отвечает Таня, — я в садике вутьсе всех в плятки иглаю, меня никто найти не мозет. А где Ависа и Авик?

— В доме их нет, — вздыхаю, снова набираю своих парней, — но мы их обязательно найдём и ещё поженим.

Пока Лиля обнимает дочь, я вызваниваю начальника охраны.

— Объявите план-перехват по городу, номера…

Проклятие, на стоп-кадре их не было видно.

Может, удастся найти другие приметы?

Прошу у Лили телефон, снова разглядываю чёрный фургон.

И замечаю, одного из стёкол у фургона треснутое.

— Новая примета, парни, ищем чёрный фургон с разбитым стеклом! Работайте, обо всём сообщайте мне!

Я даже не сомневаюсь, что это Раженко, старый урод!

Мало ему было всех предыдущих козней и шантажа?

Решил снова дочь мою похитить!

Снова меня шантажировать!

Старый мерзавец.

Никому не позволю так обращаться с моей семьёй!