Памфлет обращается к теме – в Британии в 1944 году побеждает фашистская диктатура, возглавляемая успешным генералом, имеющим реальный (как я полагаю) прототип. Я счел этот памфлет интересным, потому что он дает представление о том, как выглядит фашизм с точки зрения типичного представителя среднего класса, и, что еще более важно, он перечисляет причины, почему фашизм может иметь успех.

После появления этого памфлета (помимо других, находящихся в моей коллекции) стало ясно, как далеко зашел типичный представитель среднего класса с 1939 года, когда социализм означал для него отъем и раздел денег, а то, что происходило в Европе, нас не касалось.

Кто это написал?

«Когда мы шли по Друри-Лэйн, из-под решеток подвалов поднималась отвратительная вонь, и одну из решеток я запомнил особенно отчетливо. Полуодетый мужчина толчком отворил сломанное окно под нами, как раз когда мы проходили мимо, и из раскрывшейся дыры на нас пахнуло невероятной мерзостью, смесью газов гниения, воздухом, который сотни раз вдохнули и выдохнули, воздухом, пропитанным невыразимой человеческой нечистотой и болезнью; вонь была настолько невыносима, что я невольно отпрянул к сточной канаве…

Я не знал, до тех пор пока не соприкоснулся с ними, насколько далеки классы, обитающие на дне большого города, от тех, кто обитает выше; насколько они глухи к мотивам, управляющим жизнью обычных человеческих существ, как глубоко они погрязли в пропасти, куда не проникают лучи солнца и звезд, погрузившись в эгоизм, естественно порожденный их беспрерывной борьбой за существование и беспрерывной войной с обществом.

Эта мысль, пронзившая меня в те воскресные дни, буквально ужаснула. Преследовала она меня и в другие времена, мысль о том, что мужчины, женщины и дети живут в условиях такой брутальной деградации, и что, когда они умрут, их место займут другие. Наша цивилизация есть не что иное, как тонкая пленка, или корка, прикрывающая жерло вулкана, и я часто думаю, что настанет день, когда вулкан извергнется, прорвет пленку и уничтожит всех нас…»

В любом случае вы наверняка догадываетесь, что это мог написать только писатель девятнадцатого века. Действительно, это отрывок из романа «Освобождение Марка Резерфорда».

Марк Резерфорд, настоящее имя которого было Хэйл Уайт, написал эту книгу как псевдоавтобиографию. По стилю можно догадаться, что это – книга девятнадцатого века, так как в ней говорится о невыносимой вони трущоб. Лондонские трущобы того времени действительно внушали ужас, и все честные писатели именно так их и описывали.

Но еще более поражает констатация факта: огромная часть населения деградировала настолько, что оказалась за пределами всяких контактов и спасти ее уже невозможно.

Почти все английские писатели девятнадцатого века согласны с этим, даже Диккенс. Большая часть городского рабочего класса, раздавленного индустриализацией, превратилась в обычных дикарей. На революцию не следует надеяться: она будет просто означать, что эти вандалы затянут цивилизацию в трясину.

В этом романе (а это один из лучших романов, написанных по-английски) Марк Резерфорд описывает открытие своего рода миссии или поселения на Друри-Лэйн. Целью было «постепенное усовершенствование и спасение Друри-Лэйн». Нет нужды говорить, что затея потерпела неудачу. Друри-Лэйн не только не захотела спасаться в религиозном смысле этого слова, она даже не захотела цивилизоваться. Все, чего смогли добиться Марк Резерфорд и его друг, – это обеспечить бегство нескольких человек из этого места, но эти люди и так были в нем чужими.

Вся остальная масса осталась за забором. Марк Резерфорд писал о семидесятых годах, и в комментариях к 1884 году он замечает, что «социализм, национализация земли и другие проекты» уже объявили о себе и, возможно, могут внушить проблеск надежды.

Тем не менее он допускает, что положение рабочего класса со временем будет ухудшаться, а не улучшаться. Такая точка зрения в то время казалась вполне оправданной (кажется, даже Маркс ее придерживался), потому что в то время было трудно предвидеть невероятный гигантский рост производительности труда. Благодаря чему были зафиксированы улучшения условий жизни, такие, какие Марк Резерфорд и его современники посчитали бы решительно невозможными.

Лондонские трущобы до сих пор представляют собой неприглядное зрелище, но это пустяк по сравнению с тем, что они из себя представляли в девятнадцатом веке. Канули в Лету времена, когда в одной комнате теснились четыре семьи, по одной в каждом углу, а инцест и детоубийство воспринимались почти как норма жизни.

Помимо всего прочего миновали дни, когда представлялось совершенно естественным писать о целом слое населения как о неисправимых дикарях. Самый закоренелый сноб тори не напишет о лондонском рабочем классе того, что писал Марк Резерфорд. А Марк Резерфорд был радикалом – как и Диккенс, разделявший его взгляды!

Прогресс действительно налицо – в это трудно поверить в эпоху концентрационных лагерей и больших чудесных бомб.

В недавнем номере дополнения к «Нью Репаблик» вышла статья «Негр: его будущее в Америке», которую стоит прочитать. Однако она скорее обозначает проблемы, чем обсуждает пути их решения.

Откровенно говоря, неграм в США не позавидуешь. Их до сих пор не берут на квалифицированную работу, сегрегируют и оскорбляют в армии, на них нападают белые полицейские, их третируют белые чиновники. В ряде южных штатов их лишают гражданских и избирательных прав – с помощью подушевого налога.

С другой стороны, те из них, кто имеет право голоса, настолько пресытились нынешней администрацией, что качнулись в сторону республиканской партии – то есть они готовы отдать свои голоса большому бизнесу.

Но это лишь один аспект всемирной проблемы цветных. Единственное, чего не удалось отразить авторам статьи, так это того, что эту проблему невозможно решить в рамках капиталистической системы.

Одним из наиболее вопиющих позорных политических фактов является разница в уровне жизни. Английский рабочий тратит на сигареты приблизительно такую же сумму, какая составляет весь доход индийского крестьянина. Социалистам нелегко признать этот факт или каким-то образом предать его огласке.

Если вы хотите, чтобы люди восстали против существующей системы, надо показать им, насколько плохи их дела. Но было бы сомнительной тактикой начать с сообщения англичанину, живущему на пособие по безработице, что в глазах индийского кули он почти миллионер. По этому поводу царит полное молчание, во всяком случае, в Европе, и это способствует отсутствию солидарности между белыми и цветными рабочими.

Практически не зная этого – и, возможно, не желая знать, – белый рабочий эксплуатирует цветного рабочего, и в отместку цветного рабочего можно использовать, и его используют – против рабочего белого.

Мавры Франко в Испании занимались тем же – просто более жестоко, – что и полуголодные индийцы на бомбейских фабриках или японские фабричные девушки, проданные родителями в полурабство. По существу, Азия и Африка стали бездонным резервуаром штрейкбрехерства.

Цветного рабочего нельзя упрекнуть за отсутствие солидарности с его белым товарищем. Пропасть между их уровнями жизни так велика, что любая разница между социальными слоями на Западе представляется ничтожно малой.

На взгляд азиатов, европейская классовая борьба – это сплошное мошенничество. Социалистические движения никогда не обретали популярности в Азии или Африке и даже среди американских негров. В их среде оно повсеместно вырождается в национализм и расовую ненависть.

Потому появляются негры, которые призадумались и готовы голосовать за Дьюи, а индийские конгрессмены (члены партии Индийский Национальный Конгресс) предпочитают собственных капиталистов британским лейбористам.

Нет и не может быть никакого компромисса до тех пор, пока жизненный уровень миллиарда небелых людей не сравняется с нашим. Но так как это может означать временное снижение нашего уровня жизни, то обсуждения этого предмета избегают как левые, так и правые политики.