– Продолжай.

– Ну короче. Там мотор не заводился, а грохотал так, с короткими интервалами. Я на этот шум и пробрался. Смотрю из кустов. Там мужик непонятный, высокий такой, в кепке. Я ещё увидел – у него не пальто, а типа куртки было, с обрезанным до локтя рукавом. Грохот стоял неимоверный. Наконец, мотор завёлся, и он уехал. Вот и всё…

– Машина. Какая была машина? Грузовик? Легковая?

– Не, не грузовая, точно. Легковая, только у неё кузов как у грузовой. Я марку не рассмотрел. Хотел ближе подобраться, посмотреть, а он уехал.

– Спасибо, парень. И радуйся, что ближе не успел подойти. Он бы и тебя зарезал. Благодарю. Возьмите, это лично от меня.

Не глядя, сколько там, Гийом выгреб из кармана деньги и отдал женщине. Судя по её оторопелому лицу, сумма вышла достаточно большая, но это было неважно. Гийом, Ригур и его приятель вышли на улицу.

– Ну как, месье следователь? Годится зацепка? – довольным тоном сказал Ригур.

– Да, и за мной – как обещал, – дальше Гийом на пару секунда задумался. Потом решился: формально бумаги у него нет и информация не официальная часть дела, а лишь мнение майстера. Зато это кому-то, возможно, спасёт жизнь. – А теперь ещё вот от меня. В Бастонь я ездил советоваться с одним специалистом. Официальной бумаги нам не дали, сказали – интуицию к делу не пришьёшь. Но специалист очень знающий, и он сказал следующее. Он уверен, что на улице Пастухов и здесь работал один и тот же человек, и этот человек связался с демоном, настоящим. Первый раз удалось – чтобы и денег в кассе осталось много, и на другого почти удалось кражу свалить. Он и второй раз решил то же самое провернуть. Если бы его тогда Костье и Маре не спугнули, он бы и под нападение на вдову Бенош кого-то да подвёл наверняка. Потому, если ещё чего-то где-то узнаете – сами ловить его даже не пытайтесь, настоящий демон вам не по рукам.

– Вот как, – у Ригура мгновенно пропало веселье, он резко, свистящим звуком выдохнул сквозь зубы. – Спасибо, начальник. Буду знать и парней предупрежу.

Оказавшись в Управлении, Гийом сразу же направился к комиссару. Тот подчинённого приветствовал с порога:

– Доброго вечера, месье Лефевр. Судя по вашему виду, вы не зря ездили, и у вас прямо опять какие-то хорошие новости?

– Одна новость и впрямь хорошая, вторая пока не уверен. Зато теперь я точно знаю, почему был убит Костье. Но лучше, если вы позовёте комиссара Маршана. Чтобы не пересказывать и ему дважды.

– Вот как? – удивился месье Морен. – Хорошо, сейчас позову.

Заодно Гийом, пока ждал, ещё раз прикинул, что и как будет говорить – чтобы не соврать, но обойти стороной рассказ мэтра Робера, а главное – вывести из-под возможного удара Жюльетт.

– Ну так рассказывайте, месье Лефевр, – тут же начал комиссар, едва коллега из жандармерии занял кресло. – Вышел на связь ваш информатор?

– Да. Мне нашли свидетеля. В тот день на пустырях пацаны втихаря от родителей раздобыли бутылку вина и ночью пошли пробовать. Один из них видел нашего убийцу. На пустырях притаился его сообщник, который помог бежать – но мог и выдать. Там стоял локомобиль. Повезло, водитель не самый умелый, машина села в грязь, он не сразу выбрался, пришлось даже немного толкать. Место чуть в стороне, если бы пацан не сказал приметы – легко пропустить. Я сходил и проверил – если точно знаешь, чего искать, след ещё можно различить, машина довольно хорошо одним колесом зарылась в суглинок. И когда он выезжал – зацепился за дерево бампером, я нашёл осколок и отдал его экспертам.

– Значит, я был прав, что Маре поступил верно, оставшись рядом с Костье, – подвёл итог комиссар Морен. – Теперь понятно и другое: почему преступник, обычно не рискующий вступать в схватку с полицией, вдруг повернул навстречу. Костье висел у него «на хвосте», а удрать, бросив машину – равносильно саморазоблачению. Нет, это хорошо, что Маре вернулся к раненому товарищу. Этому терять было нечего, он и Маре бы убил.

– Теперь понятно, почему мои парни с ним не встретились. Когда пришёл сигнал, они сначала перекрыли выезды из города, а только потом начали прочёсывать округу, да ещё и конными, по буеракам не полезешь. А он в это время уже выскочил через пустыри на дорогу в Бастонь. Спасибо, следователь Лефевр. Я брошу все силы, мы опросим всех в округе. Локомобиль ночью – не иголка в стоге сена, кто-то чего-то да видел. Его не могли не видеть.

– А теперь вторая новость. Именно за ней я и ездил сегодня в Бастонь. Вам чего-то говорит имя майстера Кассегрена?

Демонолог был личностью известной, потому комиссар Морен охнул и сказал:

– Этот-то тут ещё при чём? Да, я про него слышал.

– Он согласился помочь проверить. Вы же помните историю Бенжамена Дюрана и его клада?

– Конечно, – пришла очередь удивляться комиссара Маршана. – Я его неплохо знал лично. Да и без этого историю каждый во Флоране знает. Как они нашли клад, причём такой, что даже доли его бригады, которую отдают маги тем, кто такое золото находит, хватило стать обеспеченным человеком.

– У этой истории есть и вторая половина, вот, думаю, зря Дюраны поскромничали. Золото оставалось от Четырёх, а потому было проклято, на нём стояла ловушка – те, кто его найдут, просто обязаны были сойти с ума от жадности и перебить друг друга. Бенжамен Дюран оказался на редкость порядочным человеком и очень сильной воли, он смог преодолеть морок и остановить товарищей. Откатом разрушения колдовства демонов стал его иммунитет к магии Четырёх тёмных. По наследству эта способность передалась Жюльетт Дюран. Мороки и чары демонов отталкиваются от неё, как будто у неё броня. А если что и налипло, то так и остаётся «снаружи». Именно для этого мы с ней и ездили к майстеру. Он смог учуять остатки колдовства, которое застряло в её защите, а не впиталось или рассеялось.

Оба комиссара встревоженно посмотрели на Гийома. Первым заговорил комиссар Маршан:

– То есть вы хотите сказать, что у нас тут ещё и целый демон ходит? Этого ещё не хватало!

– Официального заключения мне майстейр, к сожалению, дать не смог. У них с этим строго, а интуицию к делу не пришьёшь. Однако по его мнению четыре из пяти – у нас демон. Причём давно, мы просто не знали, на что обращать внимания. Да что там, я сам его видел – и не сообразил, когда он стоял на полке у Альбера Ланжевена. А потом попал в мастерскую к Дюранам.

– Ланжевен? Этот?..

– К Дюранам?

Оба комиссара начали одновременно, дальше посмотрели друг на друга и смолкли, чтобы Гийом смог закончить рассказ.

– Насколько мы смогли восстановить события с помощью моей информации и опыта майстера, осуществить план убийства Альберу Ланжевену помогал именно демон. Не знаю, где он эту тварь отыскал, а потом запечатанную – выходил. Демон питается обманом, преступлениями, ложью и предательством. И только вроде бы убийство сошло с рук, а дальше можно развернуться вовсю – как Альбер попался. Но у него, похоже, был сообщник, про которого мы не догадались – Альбер же молчал, надеясь на тюремное заключение вместо петли. Петлю он всё равно получил, а дальше сообщник демона потерял. Тот пока ещё был заперт в статуэтке, а статуэтка случайно попала к Дюранам. Там работают очень честные люди, вдобавок Жюльетт своим присутствием гасила магию демона. Он затаился, всё вроде бы затихло – и тут эта девица Бланшар, крутившая одновременно с двумя. Её предательство и дало демону нужную силу.

– М-да, – непроизвольно перебил комиссар Морен. – Каждый год работы в полиции хочется попросить священников Единого включить глупость в число смертных грехов. Извините, месье Лефевр. Продолжайте.

– Дальше особо продолжать нечего. Получив силы, демон связался с сообщником. Мы думали, что лезли за деньгами, а статуэтку прихватили заодно. На самом деле демону нужно было срочно бежать, пока сила Жюльетт его не разоблачила, а крупную сумму через Бланшар и Мишеля демон организовал именно скорее как прикрытие. Ну а дальше, объединившись, они развернулись. Демон помогает грабежам и кражам, а взамен питается силой преступлений. Именно демон помог с проклятием и смог ненадолго пробить защиту полицейского амулета Костье, ослепить. Надо проверить наш округ и соседние насчёт схожих преступлений.