Она покусывает губу, и мне приходится держать себя в руках, чтобы не засосать эту губу в рот. Ее руки скользят по моему животу, и она тяжело вздыхает.

— Ты мне нужен, Щелчок.

Она выглядит чертовски идеально в своём белом кружевном бюстгальтере, её тёмные волнистые волосы падают ей на плечи.

Я прижимаюсь к ней, и она издаёт сексуальный, хриплый стон.

Я чувствую, как она дёргает за пряжку моего ремня, и разворачиваю её, чтобы усадить на столик в прихожей.

Я едва успел снять ремень, как в дверь резко постучали.

— Черт, — бормочу я.

Я никому не открывал домофон, так что если этот кто-то зашёл так далеко, то значит, это, скорее всего, кто-то из моих знакомых.

Кто-то, кто не должен знать обо мне и Пэрри.

Глаза Пэрри расширяются, и она слезает со стола.

Я подношу палец к губам, жестом говоря ей, чтобы она молчала.

Она мечется, подбирая с пола свою одежду, пока я застёгиваю пуговицы на рубашке и разбираюсь со своим стояком.

Тот, кто стоит у двери, снова стучит.

Я указываю на спальню, и она бежит по коридору.

Я не могу сдержать улыбку, иногда скрываться очень увлекательно.

— Я иду! — кричу я, застёгивая последнюю пуговицу и заправляя рубашку обратно в джинсы.

Понятия не имею, презентабельно я выгляжу или нет, но у меня закончилось время.

Я отпираю дверь и распахиваю её.

— О, эй, — говорю я, когда вижу Линка, стоящего по другую сторону двери.

Может быть неловко, если он пришёл посмотреть игру или что-то в этом роде. Я не могу просто оставить Пэрри запертой в спальне, пока он не уйдёт.

Я смотрю на его руки, но в них нет коробки пива, которую он обычно приносил, если были планы на игру.

— Привет, — отвечает он напряжённо.

Вот тогда я действительно смотрю на него.

Что-то не так.

Это не дружественный визит. Даже не близко.

Мой желудок делает кульбит.

Я могу думать только об одном, что заставило бы его посмотреть на меня с таким же разочарованием, как сейчас.

— С тобой все в порядке? — осторожно спрашиваю я.

Он смотрит на меня с болью во взгляде.

— Почему бы тебе не сказать мне?

Я нервно смеюсь.

— Что ты имеешь в виду?

Он вздыхает.

— Брось, Лиам, я только что разговаривал по телефону с Люсией.

Блять.

— Линк...

— Представь моё удивление, когда она сказала мне, что ты разводишься с Эйприл, потому что у тебя появилась новая девушка.

— Я могу объяснить...

— Но это удивление было пустяковым по сравнению с тем удивлением, которое я испытал, когда узнал, что твою новую девушку зовут Пэрри, — продолжает он, игнорируя мои протесты.

Моя голова опускается вперёд в знак поражения.

Дерьмо. Он знает все.

Я должен был понимать, что Люсия все расскажет.

— Ты сказал ей, что Пэрри студентка? — спрашиваю я.

— Господи, это правда? — требует он.

Я киваю.

— Ты сказал ей? — повторяю я свой вопрос. Мне нужно знать, предоставил ли он Люсии информацию, которую она могла бы использовать, чтобы действительно навредить нам.

— Я был слишком шокирован, чтобы сказать ей что-нибудь. — Он стонет. — Я не хотел в это верить, я думал, что Люсия снова сходит с ума, но, блять, Лиам, о чем, черт возьми, ты думаешь?

Я отхожу в сторону и жестом приглашаю его войти, чтобы мы могли обсудить это наедине. Меньше всего мне нужно, чтобы весь этаж услышал наш спор.

Он врывается внутрь, входит в гостиную, а затем выбегает обратно.

— Я не могу поверить, что ты настолько глуп. Она твоя студентка, ты это понимаешь, верно?

— Я знаю.

— И все же ты все равно это сделал. Господи, скажи мне, что ты с ней не спал? — Он в отчаянии трет виски.

Я глубоко вздыхаю, но, прежде чем успеваю ответить, он снова стонет.

Очевидно, моё лицо рассказывает историю без слов.

— Это хуже, чем я думал, и поверь мне, то, что я думал, было чертовски плохо.

— Я не планировал, что это произойдёт, просто так вышло.

— О, просто так вышло? Что ж, это делает все чертовски лучше, — саркастически отвечает он.

Он ходит по комнате взад-вперед, а я не могу придумать, что сказать, чтобы всё стало лучше.

— Ты должен положить этому конец. Прямо сейчас. Занятия закончатся через несколько недель, и она двинется дальше, а тебе больше никогда не придётся её видеть.

— Линк...

— Просто брось её и забудь, что она когда-либо существовала, — продолжает он, бормоча что-то себе под нос, как будто формулирует в голове какой-то план.

— Этого, черт возьми, не произойдёт. — Мой тон грубый, но устрашающе твёрдый.

Слова вылетели из моих уст ещё до того, как у меня появилась возможность их обдумать, но я о них не жалею.

То, что он говорит, неправильно. Гораздо более неправильно, чем то, что двое взрослых людей по обоюдному согласию вместе, что бы там ни говорили другие.

— Что? — требует он.

— Я не собираюсь бросать её как игрушку, которой я пользовался и которая мне наскучила. Она лучше этого, и я тоже.

— Она просто девушка на раз, братан, сексуальная, согласен с тобой, но ты не можешь рисковать своей карьерой, своей репутацией ради какой-то цыпочки.

Я хватаю его за шиворот и прижимаю спиной к стене ещё до того, как он заканчивает фразу.

— Никогда больше не говори о ней так, — рычу я.

Его глаза расширяются от удивления.

— Ты сейчас серьёзно? Набрасываешься на меня? Меня? На твоего лучшего друга... После всего, через что мы прошли, ты собираешься угрожать мне из-за какой-то цыпочки, которую трахаешь?

Я прижимаю его к стене ещё сильнее.

— Она не какая-то цыпочка, — угрожающе говорю ему я. — Ее зовут Пэрри, и я не просто «трахаю» её, я в неё влюблён.

Он втягивает воздух, и тут до меня доходит то, что я делаю.

Я в тридцати секундах от драки с моим самым близким другом.

Мой кулак медленно разжимается, и я отступаю назад, глядя на свою руку так, словно она мне не принадлежит.

— Ты любишь её?

Я смотрю на него так, будто он больше даже не говорит по-английски.

— Ты. Любишь. Ее? — требует он, говоря со мной так, словно я тупой.

Я медленно киваю, правда всплывает наружу.

Он знает.

Я с Пэрри, и он знает об этом.

Он мог уничтожить меня этим знанием, но что ещё более важно, он мог уничтожить её, и после того, как я только что с ним обращался, я бы даже не стал винить его за это.

— Прости.

— За что? За то, что связался со студенткой или за то, что подрался со мной, словно дворовой мальчишка?

Я встречаюсь с ним глазами.

— Мне жаль, что я поставил тебя в такое положение, мне жаль, что я поднял на тебя руку… Но за неё мне ни капельки не жаль.

— Ты действительно готов ради неё потерять работу? — спрашивает он с недоверием на лице.

— Если это то, что должно произойти, то да, так и есть.

Он выдыхает.

— Я не знаю, что на тебя нашло, чувак.

Я пожимаю плечами. Я тоже не уверен, что на меня нашло.

— Тот Лиам, которого я знал, никогда бы не переступил такую черту.

— Ну, может быть, я больше не тот Лиам, которого ты знал. Я изменился после той аварии, не так, как Эйприл, но и я уже не тот. Как я могу быть таким же?

Он смотрит на меня с выражением боли на лице, и становится очевидно, как сильно он на самом деле заботится обо мне... Я знаю, что хочет мне только добра, но я не собираюсь стоять в стороне и позволять ему проявлять неуважение к женщине, в которую я влюбился.

— Разве ты не можешь просто порадоваться за нас?

Он на мгновение задерживает на мне взгляд, прежде чем выдохнуть и опустить глаза в пол.

— Если бы это была не студентка, я был бы за тебя на седьмом небе, ты же знаешь. Но это… Я это не поддерживаю. Я не могу.

— Она не будет моей студенткой долго, как ты и сказал, занятия закончатся через несколько недель, и тогда мы сможем делать все, что захотим.