- Я быстро – после чего он встал и, окинув местность суровым взглядом, вновь задумался. Видать выбирал, какой из кустиков достоин его посещения.

- О-оо, ну-у, это надолго – заверила Рыжая и откинулась на спину.

- Посмотри, пожалуйста, за сестрой, пока я это… - Чудовище вновь задумался, подбирая нужное слово, но не подобрал.

- Иди уже. – Фыркнул я.

- Слушай Дуда, я вот всё хочу спросить, - Кавка повошкалась, устраиваясь на рюкзаке, и сорвав травинку, засунула её в рот. Пожевав, продолжила. – Ты, что на меня так взъелся-то? Я вроде тебе лично, ничего плохого не сделала?

Я так же, как и она, подоткнул рюкзак и, откинувшись на него, стал смотреть в небо.

А, что это я действительно, на неё взъелся-то?

- Во-первых – подняв к небу кулак, я разогнул указательный палец. – Я терпеть не могу, когда меня заставляют что-то делать против моей воли. – Сказал я и скосил взгляд влево. Там за кустами колючей малины, крайне подозрительно загоношились сороки. Я совсем уж было собрался встать и посмотреть, в чем там дело? Но они, так же неожиданно, успокоились.

- Но тебе же за это заплатили? Вон Васька весь вечер ходил зубами скрипел – коробило его, что его драгоценное наследство кому попало раздают. – Хихикнула Рыжая.

— Это да. – Я нежно погладил по, красиво расшитым красной ниткой и украшенными медными набойками, ножнам. - Но это и есть насилие. Когда тебе предлагают то, от чего ты не можешь отказаться, это что…? Это, по-твоему, не принуждение, что ли?

- Можно поспорить, но ладно. С первым понятно. А во-вторых?

- А, во-вторых: – я добавил к указательному, средний палец, – Без обид Кавка, но ты обуза. Ты не умеешь ходить, ни умеешь исполнять приказы, ни умеешь вовремя молчать. Не умеешь прятаться, драться, не владеешь оружием, и ты ничего не знаешь о Диких землях. Из-за тебя я и сам, могу не дойти до Муравейника. Врубаешься о чём я?

Я думал, что она начнет возмущаться, спорить, но она лишь задумчиво кивнула. Выплюнув травинку, тихо спросила.

- В-третьих, есть?

- И, в-третьих. – Я разжал безымянный палец. – Тут два раза – «без обид», но ты Кавка, тупая. И это, пожалуй, самое худшее из всего перечисленного.

Здесь уже, она смолчать не смогла.

- Ну, уж нет. Здесь ты совершенно не прав, как говориться пальцем в небо. - И она ехидно кивнула на мою по-прежнему задранную вверх руку. – У меня отличные оценки по всем предметам. Я с шестого класса веду бухгалтерию в нашей семье. Шесть раз я вела диспуты в Ротлемском клубе и все шесть раз победила, причём дважды, не просто школьников, а опытных студентов из нашего Университета. Я могу по памяти….

- Я, я! Я – последняя буква в алфавите. – Перебил Рыжую уже я. – Дело не в том, что ты знаешь, чего ты не знаешь. Твоя тупость заключается в том, что ты не умеешь просчитывать ситуацию.

- Я не умею? Да я тебе в логических задачках сто очков форы дам, а потом обойду как стоячего и уйду в точку. Понял ты, умник? – Она села, лицо её раскраснелось, приобретя пунцовый оттенок, маленькие кулачки были сжаты, носик воинственно сморщен. – Да я тебя…

- Помолчи буквально секунду и выслушай меня. – Я разжал на кулаке все пальцы и выставил растопыренную ладонь в её сторону. Она с трудом, но замолчала. Сверлила меня взглядом и плотно сжав побелевшие губы, тихо пожевывала нижнюю. – Твоя глупость заключается в том, что вместо того, чтобы найти со мной общий язык, ты выпендриваешься и изображаешь обученную решать задачки сумасбродку. А от меня, на минуточку – зависит твоя жизнь. Это-то ты понимаешь?

- Но ты ведь тоже не ищешь со мной дружбы – почти выкрикнула она.

- Святые Крестоносцы – вздохнул я. – Повторяю ещё раз. И на этот раз, слушай меня очень внимательно. Слушай и одновременно рисуй картинку. Если вдруг случится, что тебя утащит Бледная Лиана, обгложет с тебя мясо и выплюнет на тропинку твои косточки. То, что сделаю я? А я переступлю через них и, посвистывая, пойду дальше. А вот если меня, сожрёт Хрустальный лев или та же Бешеная синявка. То и ты тоже сдохнешь. И сдохнешь очень быстро, буквально через пару часов. Без вариантов. Понимаешь о чём я?

- Нет. – Невпопад буркнула Кавка.

- Да – Хмыкнул я.

Уставившись в синее, абсолютно безоблачное небо, я совсем уже было, собрался прогнать Сет Холодного Ветра из малого медитативного комплекса, как до моего уха донёсся звук сломанной ветки. Я резко сел и по удобней подтянул ножны.

- Да хватит уже скрываться, - донёсся до меня приглушённый голос Бульдозера. – Я же вам говорил у него слух как у грёбаной Снежной крысы.

Я встал, матюкнулся про себя и вытянул из кармана перчатки: грубые, сшитые из толстой кожи водяного дьявола, с нашитыми на костяшки медными пятками и с застежкой на запястье. Одев их, отстегнул держатель на ножнах и попробовал, легко ли выходит тесак.

Через минуту на поляну вышел Ромка Чертополох.

- Что голубки, отдыхаете? – И смущённо опустив голову, он ехидно произнёс. – А мы тут мимо проходили. Случайно.

Затем он хрюкнул в нос и радостно заржал.

- Да хрена ты этому гаду, что-то объясняешь? – Рыкнул Бульдозер и, набычившись, кинулся на меня, впрочем, не забыв при этом добавить. – Я ему щас башку разнесу.

В руках у него была здоровенная колотушка. Такими лесовики сбивают орехи с кедра. Втыкают длинной ручкой в землю и долбят по стволу пока все шишки не осыпаться.

Вот и у Бульдозера была такая же, только слегка модернизированная. Ручка немного обрезана, а на ударной части набит толстый железный кругляш.

- Стой! – Рявкнул Чертополох.

Но было поздно. Остановить ринувшегося в атаку Бульдозера ему не удалось. Тут одним грозным «Стой!» вряд ли можно было чего-то добиться. Жаха пёр словно двухтонный Изумрудный Жеватель заметивший соперника на своей территории. Сосуды в его глазах полопались и залили белки кровью, мясистые губы растянулись в хищный оскал явив миру крупные желтоватые зубы, вены на лбу вздулись. Здоровенная колотушка взлетела в небо.

Стало страшно.

-Ждать, ждать, - тихо сквозь зубы приказал я себе.

Хотя, если не врать, то очень хотелось, отскочить подальше от этого безумного быка и дать дёру.

Главный навык Жахи был завязан на силе, об этом все знали. Да и как не знать, если он от груди сто шестьдесят жал? Тут, догадаться, большого ума не требовалось. А вот со скоростью у него были проблемы. От того, можно сказать так – на меня пёр большой, безумно сильный, но совершенно неповоротливый Бульдозер.

Загнав страх в район пяток, я дождался, когда колотушка взлетит выше солнца и по широкой дуге полетит точнехонько мне в голову.

Чёрт! Если бы я остался стоять на месте, то этот ублюдок меня реально зашиб бы. Точно зашиб. Развалил своим деревянным молотком мне череп и разбросал мозги по всей поляне. Но я не стал этого дожидаться. Довольно легко поднырнув под колотушку, на выходе из нырка, в разрез рук, жёстко, аж казанки ломануло, пробил снизу в челюсть.

Хороший апперкот он априори страшен, а если на встречу, да ещё если у противника шея напряжена, то и вовсе, смерти подобен. Бульдозер как налетал на меня, со своей деревяхой в руках, так и улетел куда-то за кочку. Там и затих.

Я на него не стал отвлекаться, развернулся к Чертополоху. И как оказалось вовремя.

Их было трое. Сам Ромка, Сашка Костыль и Рохля, высокий, под два метра ростом, жилистый парень. Очень опасный.

Пятого члена их пахи, парня по прозвищу Яблочко видно не было. Чему, надо признаться, я был несказанно рад. Так как этот самый Яблочко настолько ловко стрелял из арбалета, что попадал болтом в подброшенное в воздух яблоко. Будь он сейчас здесь, то мне пришлось бы, или бегать, уворачиваясь от его болтов, или попросту улепётывать, припустив во все лопатки к ближайшим деревьям.