- И самое главное, что никто толком ничего не знает. – По-прежнему тарахтела Полина. – Что стряслось? Что случилось? Одни только домыслы. Кто говорит - что на шахтах опять бучу затеяли. Кто, что с поверхности стая высокоранговая прорвалась. В общем, всё как всегда, у ста нянек дитё без глаза.

Ника перекривилась и посмотрела на подружку. Сколько раз она её просила не употреблять эти допотопные поговорки, но ей всё попусту.

- Стой! – Прошипела Полина и остановилась у огромных, покрытых деревянными накладками, дверей. Оглядев Нику с ног до головы, она быстро поправила выбившуюся прядку у неё в волосах и выдохнула. – Ну, вроде норма.

И когда уже, Ника, взялась за ручку двери, пропищала ей в спину – Ни пуха тебе, ни пера.

- К чёрту – отмахнулась та и открыла дверь. Перешагнув порог и стараясь, чтоб её голос не сорвался на фальцет, спросила. – Вызывали?

Ей никто не ответил, но она всё равно, сделала два шага внутрь.

За массивным столом, занимавшим чуть не треть кабинета, сидели двое. Вдова и громадный, как тяжелый шахтёрский танк, Командор. Третий, щупленький, одетый в серую сутану и яркий малинового цвета пилеус, стоял возле высоких шкафов забитых под завязку древними книгами.

В центре, по праву хозяйки – сидела Вдова. Чёрный шерстяной костюм, чёрные стриженые под каре волосы и чёрные же, умные, пронзительные глаза Главного Цензора, придавали её образу слегка готический оттенок.

Плотно сжав тонкие губы, Вдова молчала. Слегка наклонив голову вниз, она отстранённо и неторопливо, ярким и заострённым ногтём, выводила на гладкой поверхности стола какие-то замысловатые и понятные только ей иероглифы. Иногда, правда, после очередной гневной тирады Командора, она отвлекалась, подкусывала нижнюю губу и зло прищурив глаза, тихо шипела на него, изображая толи мифическую Горгону, толи призрака Змей-ведьмы.

Услышав, как открывается дверь, она приподняла голову, посмотрела равнодушным взглядом сквозь Нику, вздохнула о чём-то своем, поправила идеально уложенные волосы и вновь вернулась к скучному рисованию.

Ника еле заметно скосила глаза.

Справа восседал, собственно, сам Командор. Огромный, литой, затянутый в серую лёгкую броню, (бугрящуюся сервоприводами и серебристыми модификаторами), он был весь словно из метала выкован. Чем, кстати, и внушал невольный трепет. Сразу было видно, что перед тобой не нежный парень из душного офиса, а истинный боец. Воин – в любое время дня и ночи готовый выхватить свой любимый «Прорыв – 6» и тут же вступить в схватку с врагом. И не в какую-то там, обычную драчку, а чтобы с превосходящими силами противника, чтобы на смерть, с ошмётками крови и костей, и обязательно до полного уничтожения одной из сторон.

Широко раскинув ноги, он упёрся в левое колено огромной, словно из дерева вырубленной ладонью, а вот правую руку или вернее кулак, оставил свободным. Дабы в случае необходимости, было чем карать и миловать. Так как "карать и миловать" Командор любил страстно. Возможно, даже более страстно, чем расстреливать из пулемёта тварей, что прорывались с верхних уровней Улья.

В основном, конечно, он любил карать, но и миловать, ходят слухи, у него иногда получалось.

Ника перевела взгляд влево.

Там, у заставленных книгами шкафов, стоял невысокий и крайне худой человек, – с острым интеллигентным подбородком, подвижными бровями, блёклыми водянистыми глазами и тонкими, угольно чёрными, ниточками усов. Бледное лицо его было скорбно и благовидно. Звали человека, Константин Джага. Впрочем, он так же был известен, как Епископ Новельский, Светоч Приода, Посредник Распорядительницы, Глас Божий и Хитрый Лис. Каких только прозвищ не заработал за свою долгую жизнь этот трусоватый, но на удивление пронырливый тип.

Окинув кабинет взглядом, Ника вытянулась в струнку и замерла, уставившись заледеневшими глазами в портрет Первого Цензора. Тот висел как раз над склоненной головой Вдовы.

- Ты Васса не забывайся. – Трубил в это время Командор, совершенно не обращая на Нику внимание. – Вспоминай хоть иногда, что мы здесь все, в одном жутко утлом и до крайности дырявом корыте находимся. И чем больше ты его раскачиваешь, тем быстрее оно идёт ко дну. Понимаешь о чём я?

Вдова после этих его слов, неожиданно всем телом встрепенулась, вскинула голову и криво усмехнулась направив ухмылку прямо в раскрасневшееся лицо Командора. Затем, она, перевела взгляд на Нику.

И теперь это был совершенно другой взгляд – нехороший, острый, оценивающий. Нику словно бы, в мгновение ока раздели, обрили, и бесцеремонно заглянули во все самые потаённые места. Абсолютно во все. Даже в те, в которые она сама стеснялась заглядывать.

Не отрывая от Ники взгляда, Вдова на секунду задумалась, затем подняла указательный палец вверх и, едва заметно дёрнула им в её сторону. Дескать – жди. И, вновь вернулась к рисованию. Ника, коротко кивнув, тут же превратилась в деревянного истукана.

Затуманив взгляд и переведя его с картины на люстру, она окаменела лицом и, постаралась не слушать, о чём собачатся сильные мира сего, дабы не услышать что-либо такое, за ради чего её потом удавят прямо в собственной постели, а тело выкинут на нижние уровни. Случались уже прецеденты и не раз.

- Ну и что же ты предлагаешь Павел? – Воткнув хмурый взгляд в Командора, спросила Вдова.

- Я предлагаю вернуть парня мне…, то и есть Корпусу, и этим закрыть вопрос. А уж мы-то, быстро вытянем из него всё, что нам нужно. – Прогрохотал он и чтобы закрепить свой посыл, коротко рубанул кулаком о стол. Стол вздрогнул, скрипнул, но остался стоять на месте. Переведя взгляд на Вдову, Командор поиграл бровями и хмуро добавил. – Ты же понимаешь, как Корпусу нужна эта информация?

- Я-то понимаю. – Хмыкнула та. – Но если тебя волнует только информация? То ты зря беспокоишься Командор. Лучше чем в Управлении ты мастеров в деле дознания не сыщешь. Сам это прекрасно знаешь. – Выдав это заключение, Вдова, ещё и кивнула. Мол – да, да. Подтверждаю лично. Самые лучшие следаки, именно у меня в управе сидят. Затем коротко улыбнувшись, вновь взглянула на него. – Мои ребята вытащат из него всё, что он знает. И поверь я, по первому же твоему требованию, этой информацией с тобой поделюсь.

- А рожа у тебя не треснет, дорогуша? – Моментально воспламенился Командор. – Поделится она…. Это мой парень. Я его нашёл. А ты дрянь такая, его нагло выкрала. А теперь, поделится она…. – В его голосе, явственно послышались рычащие нотки. – Я вот сейчас прикажу, и мои ребятишки разнесут всю твою Управу в пыль. Перетрясут тут всё и заберут парнишку. Как тебе такое, а…?

Вдова в ответ, полыхнула на него злым взглядом и уже рот открыла, чтобы достойно ответить, но тут, в разговор вмешался епископ.

- Стойте друзья, стойте. Прошу вас не ругайтесь. – Пропел он и подошёл к столу. Тщательно разгладив серую сутану, он сел на стул, кротко вздохнул и аккуратно сложил руки друг на дружку. Словно и не всесильный епископ перед тобой, а прилежный ученик из приюта инферантийцев. И лишь затем, повернув лицо в сторону Вдовы, продолжил. – Васса. Мы все прекрасно знаем, как ты умеешь вытаскивать из людей то, что тебя интересует. А уж за тебя Паша, я и вовсе молчу. Обе ваши организации и я в этом ни капли не сомневаюсь, имеют в этом деле непревзойденных специалистов. - И как будто в плен решив сдаться, поднял вверх свои изящные, узкие ладони - Здесь, спорить глупо.

При этих его словах, Командор презрительно хмыкнул, мол – ещё бы ты спорил, – и, вскинув голову, гордо выпятил мощную грудь. На Вдову же, лесть Хитрого Лиса не произвела никакого впечатления. Как смотрела на епископа, плотно сжав губы, так и продолжала смотреть.

- Но тут, как говорится, – есть нюанс. – Продолжил Епископ. – Как это не прискорбно осознавать, но после общения с вашими… эм-м… специалистами, люди в основе своей, – или умирают мучительной смертью, или становиться калеками. – И словно подводя черту, епископ тряхнул головой. – Да, именно так, умирают.