– Ах, ты об этом, дорогой муж, – как будто, немного с издёвкой произнесла она – как раз с этого дня я считаюсь совершеннолетней. – С улыбкой ответила эльфийка.

Я до сих пор не понимал зачем она вообще на это пошла, явно не из-за внезапно вспыхнувшей любви. Честно говоря, немного зная её характер, я бы не удивился, если бы узнал, что дочь Фэйдхана решила выйти замуж за человека, только чтобы позлить приставучего Арроганта, такое было вполне в духе сумасбродной эльфийки. Удивлённая Луминия тут же кинулась поздравлять подругу, но её голос был заглушён объявлением герольда.

– Правитель Хойиль-Мхора и всех эльфов, король Теадессар!

В воздух взлетело множество волшебных шаров, которые в наступающих сумерках должны будут освещать нам место для пира. Вскоре к нам подошли несколько деловитого вида эльфов и вежливо провели к нашим стульям. Конечно же, самое почётное место предназначалось для короля, однако нам, как виновникам торжества, предстояло восседать прямо рядом с монархом. Среди гостей, конечно же, знакомых лиц было мало, если не считать Гилгэлайна и тех страейшин, кого я видел сегодня на заседании совета.

Угощения подавали на серебряной посуде, явно гномьей работы, видимо подарок королевскому двору от соседей с севера. Помимо редких для эльфийского леса блюд, гостям наливали и самое настоящее вино из винограда, явно привезённое издалека. Среди всех яств, что было неудивительно, преобладала оленина, во всех видах: запечённая, жаренная на вертеле, варёная, тушёная в молоке, тушёная в ягодном сиропе, тушёная на меду.

Вскоре после начал пира, настало время и для подарков, чему я удивился, учитывая то, насколько сумбурным было само это бракосочетание. Правда, когда дело дошло до самих даров, в меня начало закрадываться всё больше подозрений. Луминии, преподнесли новый посох, из ветви Дара Асэйда, с тусклым, непрозрачным кристаллом на навершии, конечно же я ничего не смыслил в магических инструментах, но сама магичка лишилась дара речи от удивления. Для Сеаллад имелся новый лук, с изогнутыми плечами и шёлковой тетивой, а также длинный охотничий нож и дюжина стрел со стальными наконечниками. Мне же, из самой королевской сокровищницы, достался старинный меч гномьей работы, учитывая то, что эльфы предпочитали не прямые клинки, а тонкие изогнутые скимитары, скорее всего это оружие пылилось без дела долгие годы, если не века. Всё это слишком походило на то, что нас собирают в опасный поход, что, в общем, было не далеко от правды. Когда один из гномов, присутствовавших на пиру, встал, чтобы произнести речь, я уже был готов к тому, что сейчас он выкрикнит: «И мой топор!». Однако, вместо этого он стал долго извиняться за то, что их подарок ещё не готов, поскольку никто не ожидал, что им сегодня предстоит присутствовать на столь радостном событии. Я их не винил, ещё с утра я сам не ожидал, что к вечеру буду женат.

– Уважаемые гости, прошу прощения, – взял речь Фэйдхан – мне тоже нечем поделиться с женихом кроме отцовской мудрости, поэтому я должен на некоторое время украсть у вас Виктора.

Мы с моим новым тестем спустились на небольшую смотровую площадку, что была чуть ниже основной, по сути, её можно было бы назвать беседкой.

– Итак, судя по выражению Вашего лица, Вы хотели меня о чём-то спросить. – Начал он разговор.

– Фэйдхан, Вам не кажется, что вместо того, чтобы спасти нас, отправляете прямо в пасть к неизвестному чудовищу? – Наконец смог высказать я всё что хотел. – К тому же, теперь ещё и вместе со своей дочерью.

– Во-первых, как я уже говорил, я не смею указывать своей совершеннолетней дочери как ей поступать. – Ответил он с лёгким нажимом. – А во-вторых, никто и не ждёт, что вы полезете, как Вы выразились, «в пасть к чудовищу».

– Но, для чего же тогда все эти подарки, оружие? – Недоумевал я.

– Разве не очевидно, потому что их принято дарить новобрачным? – С лёгкой издёвкой в голосе изумился Фэйдхан. – А если говорить по правде, то король Теадессар должен продемонстрировать делегации гномов, что он его не на шутку заботит проблема Ужаса из Глубин, для этого и клинки, лук, посох. Но при этом, чтобы у некоторых старейшин не подозрений, что правитель эльфов слишком много внимания уделяет проблемам гномов…

– Он посылает на разведку людей. – Догадался я.

– Я хотел сказать чуть более завуалированно, но суть именно такова. – Улыбнулся Фэйдхан. – Но при этом, как уже говорил, вряд ли кто-то ожидает, что вы действительно полезете в бой с самим Ужасом из Глубин, поговорите с гномами, выясните всё, что только можно узнать, передайте сведения старейшине из Клах-Байэля и будете свободны.

– Как вижу, с годами Вы совершенно не утратили своей проницательности, учитель. – Раздался смутно знакомый голос позади нас.

– Ваше Величество. – Тут же вежливо поприветствовал вошедшего Фэйдхан.

– Оставьте это, учитель, зовите меня просто по имени. – Произнёс правитель всех эльфов, приобнимая и дружески похлопывая по плечу моего тестя.

– Тогда и Вы зовите меня Фэйдхан. – Ответил старейшина.

– Ладно. – Как-то через чур обыденно согласился эльфийский король.

Хотя с другой стороны, сейчас он меньше всего походил на правителя древних, сказочных земель. В руке монарх держал глиняную флягу, из которой периодически что-то попивал прямо из горла, облокотившись о перила, он протяжно выдохнул и встряхнул головой, будто сбрасывая со своих плеч непосильный груз. Если и было в нём какое-то величие, то сейчас его не осталось и следа, я бы нисколько бы не удивился, если бы король эльфов достал из складок мантии помятую пачку дешёвых сигарет и с удовольствием затянулся едким дымом, изредка поплёвывая через перила.

– Всё так плохо, Теадессар? – Спросил старейшина.

– Нет, всё ещё хуже, Фэйдхан. – Мрачно ответил король.

– Амайдэах?

– В основном да. Знаешь, что он недавно выдал? «Интересы эльфийского народа и Ужаса из Глубин временно совпали, поэтому мы должны этим воспользоваться и привести гномов к покорности» – ну или как-то так, я не дословно не запоминаю весь тот бред, что он несёт. – Казалось, правитель эльфов хотел выговорится. – Он обещает своим последователям, что эльфы, наконец получат безграничный доступ к желанному железу.

– Но, как бы сказать, среди нашего народа совсем нет тех, кто хоть немного смыслит в горном деле. – С сомнением произнёс Фэйдхан.

– Вот именно! Амайдэах не упускает случая выставить себя защитником традиционного уклада жизни и обычаев эльфов, но при этом покушается на самые его основы. – Опустив голову, Теадессар выдал фразу, которая, казалось, должна была сказать куда больше Фэдхану, чем мне.

– Неужели?! – С неподдельным ужасом в голосе изумился он. – Рабство?!

– Да. – Голос короля делался всё мрачнее. – Он всё настойчивее требует ввести войска в Райтур Фьётранну, ещё при этом говоря, что под властью эльфов самим гномам будет только лучше. И ведь это ещё даже не самое худшее, Фэйдхан.

– Что же может быть ещё хуже?

– С каждым днём у него появляется всё больше последователей, притом, не последнюю роль в этом играют и сами гномы.

– Беженцы. – Снова высказал догадку старейшина.

– Да, учитель. Они всё пребывают, мы пытались выделить им земли в окрестностях Клах-Байэля, но это было временным решением. Всё чаще приходят сообщения о конфликтах и, даже, прямых стычках между гномами и эльфами, всё же, мы слишком разные, чтобы ужиться вместе.

– Ваше Величество... – Вмешался я в разговор двух старых знакомых.

– Теадессар, – перебил он меня – сейчас можешь звать меня Теадессар. Этот церемониал и так выматывает за целый день.

– Теадессар, как я понимаю, эта проблема возникла не вчера? – Осторожно спросил я.

– Говори прямо, Виктор. Ты хочешь знать почему никто за всё это время так и не выяснил ничего про Ужас из Глубин? Ну, сегодня ты уже видел, что происходит с гномами, стоит только упомянуть его.

– И, неужели нельзя найти никого покрепче разумом, кто смог бы сообщить большее?