Ужин наш был под стать «новостям» – вялая, но ещё не начавшая гнить, капуста и целых две лепёшки почерневшего, подгорелого хлеба. Это было бы трудно есть, даже если бы я был очень голоден, однако, мой товарищ по несчастью, видимо давно уже привык и монотонно жевал безвкусную капусту с горьким хлебом.

– Максим Виленович, и часто Вы так питаетесь?

– Ну, если не считать тех случаев, когда я остаюсь без еды, то, можно сказать, что хлеб удаётся достать почти всегда, овощи – уже реже, изредка перепадает каша, ну а мясо… я уже и не помню, когда в последний раз видел. – Ответил он мрачно, то ли всё ещё не мог переварить рассказанное мной, то ли с трудом переваривал свой обычный рацион.

От его слов у меня на глазах начали наворачиваться слёзы. Казалось бы, глупо двадцатипятилетнему лбу плакать из-за еды, но, видимо те, кто так думает, никогда не оставался без средств к существованию, посреди незнакомого средневекового города. Мне вспомнились заведения на центральной улице родного города, в которые изредка позволяла мне заглядывать моя зарплата, тонко нарезанная пропечённая картошечка с соусом в «Бульдоге» с кружкой хорошего пива, да даже за обычный обед в столовой, с борщом и пюрешкой, я сейчас, казалось, готов был продать душу.

– И как же Вас, от такого рациона, простите, периодически не проносит? – Спросил я старшего «коллегу».

Вместо ответа тот просто бросил на меня мрачный взгляд, в котором читалось: «Проносит, и не редко».

– Вот такие дела… – Как будто подытожил я всю мрачную картину. – Да, такое попаданчество нам не нужно.

– Похоже, к Вам, молодой человек, возвращается чувство юмора? – Заметил Максим Виленович. – Это хорошо, хотя, я думал, что в XXI веке уже позабылись эти древние оммажи.

– В наше время их называют отсылками. Но не совсем, просто это я такой… особенный. – Ответил я.

И это была чистая правда, казалось, природа наградила меня одним из самых бесполезных даров, что вообще могли бы существовать, я запоминал содержание, а главное, приметные фразочки из всего, что видел, слышал или читал. Притом даже не важно, был ли это последний блокбастер, аниме из той эпохи, когда их ещё умели делать, русская классическая литература или, как в этом случае, мемы советского периода. Но, более того, когда употреблял всё это в речи, то друзья и приятели, обычно недоумённо косились на меня. Помню случай, когда, в ответ на странную, неуместную фразу одного собутыльника, ввернул толстовское «надеюсь, это не история о привидениях?», чем заслужил от остальных только непонимающие взгляды.

– Хотя, если вернуться к вопросу, то, горелый хлеб, даже помогает в таких случаях. – Рассуждал бывший интеллигент. – Вот если бы ещё не вкус.

– Ну знаете, лекарство редко имеет приятный привкус. – Заметил я. – Подозреваю, микстуры доктора Вов-Ху, тоже на вкус не как абрикосовая воды были.

– Доктор Вов-Ху? Надо же, Вы читали, не самые популярные произведения О Генри? – Удивился попаданец из начала восьмидесятых.

– Ну, вообще читал, правда уже после того как фильм увидел. – Честно признался я.

– Фильм, его экранизировали?

– Ах да, – вспомнил я – он же вышел в восемьдесят третьем… – Продолжал говорить я, но мысли мои были заняты уже совсем иным.

– Да, увы-увы… – Грустно вздохнул мой собеседник.

– Максим Владленович, вот оно! – От озарившей меня идеи я выронил свой хлеб и перепутал отчество моего собрата по несчастью. – Вот оно! Доктор Вов-Ху! – Тряс я его за плечи.

– Молодой человек, я понимаю, что Вы сегодня испытали сильное потрясение, но держите себя в руках.

– Да как Вы ещё не поняли?! Микстура доктора Вов-Ху!

В его глазах, вспыхнула искра, кажется, до него начало доходить.

– Питерс, Такер и Сатана! – В возбуждении снова вкинул я отсылку, которую не мог понять мой собеседник.

***

Жители города Галлена, ещё никогда не видели такой странной процессии. Впереди шёл местный безобидный бродяга, которого все знали как Максима и кторый, судя по всему, от рождения немного не в себе, но, поскольку был безобиднее мыши, то все его жалели и не трогали. Сейчас же, несмотря на свои обноски, он гордо вышагивал по улице, и даже, более того, громогласно объявлял горожанам о необычном госте.

– Жители вольного города Галлена, горожане и горожанки, мужи и жёны, юноши и девицы, граждане и не граждане! Позвольте, представит Вам, прибывшего из дальних северных стран, из тех, что покрыты вечным, льдом, а люди живут только там, где огонь вырывается из-под земли, умнейшего и искуснейшего, всеведущего и всезнающего, всемудрого и всемилостивого, помнящего древние тайны и говорящего с птицами и зверями, целителя Кими Рсена! Только сейчас и сегодня, удача улыбнулась вам, поскольку знаменитейший целитель, оказался проездом в вашем славном городе! Более того, он привёз и свою невероятную, удивительную и редчайшую мазь от всех недугов!

Загадочный целитель Кими Рсен, действительно производил впечатление. Непривычно худощавый, бледный, выше многих мужчин в городе, с нечёсаными тёмными волосами до плеч и лёгкой щетиной на лице. Из одежды на нём были только синие штаны до колен необычного покроя, венок из цветов на голове и пышное ожерелье из трав, лицо его было покрыто красной глиной. В левой руке он нёс большой, потрескавшийся горшок, покрытый непонятными письменами и знаками, а в правой была крепкая, сучковатая ветка, которую он использовал как посох, обуви он не носил.

– Спешите, спешите, не упустите свой шанс, иначе будете жалеть до самой смерти! Только единожды в жизни выпадает возможность попробовать знаменитую мазь! Лечит от падучей и лежачей, от прострелов и недострелов, от лихорадки и полнокровия, от припадков и недомогания! Пучит живот? Разведи мазь с пивом и прими внутрь! Без кровопускания, без прижиганий и клизм! Спешите купить, если не подействует, мы вернём вам деньги! При покупке двух порций третья в подарок, но не больше двух порций в одни руки!

Через некоторое время процессия остановилась у входа на рыночную площадь, и чужеземец, скрестив ноги, уселся прямо на камни мостовой и поставил горшок, наполненный непонятный тёмной вязкой жижей прямо перед собой.

– Прошу, прошу, подходите, жители славного Галлена, первым пяти покупателям скидка. Отпускается прямо в руки, приходить со своей посудой. – Объявил оборванец.

– Эй, Максим, чего глотку дерёшь? Это ещё кто такой? – Покосился заинтересовавшийся необычным гостем широкоплечий кузнец Клод.

– Доброго утра тебе, Клод. Как я и говорил, уважаемый Кими Рсен, прибыл из дальних земель, а поскольку, так получилось, что я единственный, кто знает язык, на котором говорит целитель, тот взял меня в толмачи. – Пояснил Максим.

Внезапно, вечно хмурящийся иноземец поднял руку и заговорил на незнакомом наречии, в котором, будто перемешались все известные звуки, но в неправильном порядке. Городской нищий внимательно его слушал.

– Бамбарбия Киргуду! – Выкрикнул целитель, указав пальцем на кузнеца.

– Эй, чего это он? – Испугался детина. – Если этот красномордый вздумал тут меня проклясть…

– Ох, что ты, уважаемый Клод. Почтенный Рсен в своей мудрости, предположил, что возможно у тебя часто немеет плечо, ведь так?

– Ну, бывает. – Сознался здоровяк. Это было неудивительно при его ремесле, но при этом, догадка целителя, всё равно произвела впечатление на собравшихся.

Иноземец с голым торсом опять что-то изрёк на своём птичьем языке и его толмач тут же кинулся к кузнецу.

– Клод, почтенный Кими Рсен, в милости своей предлагает тебе первому опробовать чудодейственную мазь. – Максим почтительно взял кузнеца под руку.

– Да я даже как-то не знаю. – Замялся тот.

– Уверяю, если ты чего-то боишься, то это совершенно безболезненно.

– Я, боюсь?! – Возмутился здоровяк. – Тащи сюда эту свою жижу!

Несмотря на браваду, кузнец явно затаив дыхание наблюдал за тем, как Максим, зачерпнув в ладонь побольше мази, подносит ту к мощному оголённому плечу.