Среди обломков подбитой машины на коленях сидела Селестия, вот только я смотрел не только на неё. Гораздо больше меня заинтересовали церковные витражи, изображающие ворона (символ смерти), человекоподобного робота, а также женщину с рыжей прической, рисунком чернильницы с пером на одежде и огромным ножом в руках.

— Моя мать мне многое рассказала о своём мире, а также истинной природе магии, - Селестия говорила, не вставая с колен, я её не прерывал. — Представь себе, люди выяснили одну очевидность – душа человека - это нечто большее, чем электрический импульс, бегущий по нервным окончаниям… Вся магия нашего мира основана на душах миллиардов людей. Каждый убитый человек делал наш мир сильнее… но тебя здесь быть не должно!!!

Одновременно с выкриком Селестии произошла яркая вспышка, после чего я обнаружил себя совсем в другой локации – в каком-то депо метрополитена, нашпигованном вражескими человекоподобными роботами.

Пробегая сквозь роботов, вагоны, вагоны роботов, врагов в вагоне, вагоны роботов врагов, врагов в вагонах роботах, роботов в вагонах врагов, врагов у вагонов, врагов в дыму без роботов, в итоге выбрался на поверхность, на которой тоже было жарко. Заметил приближающееся АУП, которое уничтожил из РПГ, после чего вступил в перестрелку с СВВП, сбил его из ПЗРК и всё это, будучи в ПНИ… Слишком много аббревиатур.

— Хватит! – крикнул я вдаль. — Для чего ты мне это показываешь?!

— Моя мать считала эти события важными, - голос Селестии звучал будто отовсюду. — Мне показалось, что тебе будет интересно увидеть последние дни своего мира; хотя в данном случае речь идёт столетиях, но все эти события предопределили печальный конец. Как тебе известно - Земля давно уничтожена, однако перед этим твой родной мир был богат на события. Вопреки стереотипам твоего времени уничтожило его не истощение озонового слоя, не взрыв супервулкана Йеллоустоун и даже не астероид Апофис. Причина оказалась отнюдь не банальной.

— И как же Лорен описала эти события? – спросил я, параллельно ведя перестрелку.

— Всё началось с того, что ЗВЦ налетели жопой на забор, чуть не спровоцировав глобальную войну с ИИ. После отключения НЭВО ситуация стала по-настоящему критической.

— Что за НЭВО? Что за ЗВЦ? И… Жопой на забор?.. – удивился я необычному выражению из уст Селестии. Не пристало ей так выражаться.

— Это была прямая цитата. НЭВО - это Направленная Энергетическая Воздушная Оборона, а ЗВЦ - это Защитные Войска Цюриха. Но моя мать ещё это расшифровывала, как Зрелые Вагинальные Цефалоподы… Порой она выражалась так, что даже Литлпип бы смутилась… Но твой мир уничтожило не это. События, что ты видишь, были лишь прелюдией.

Я нифига не втуплял, о чём она говорила, да и, честно говоря, мне было не до этого, так что я попытался перевести тему:

— Копытным ты тоже собиралась рассказать историю другого мира?

— Не сразу. Мир должен узнать правду, пусть даже правда уже убила больше жизней, чем ты можешь сосчитать. Я не повторю прошлых ошибок и, вернувшись в реальность, буду грамотно раскрывать пони глаза. Чуть правды здесь, чуть правды там… В конце концов, они поймут, что именно было поставлено на карту, возродят цивилизацию и простят свою раскаявшуюся принцессу.

— После всего ты ещё собираешься сохранить за собой этот титул?

— Миру нужна принцесса, а, вернувшись в реальный мир, я стану сильной как никогда. После того, как я поглощу аномальное сознание призрака, я обойду рамки, что установила моя мать.

— Ты о чём? – спросил я у той, кто собиралась меня «сожрать».

— Неужели ты, будучи призраком, не заметил, что вовсе не обделён магией?

— Вообще-то заметил.

— Тогда должен был заметить, что, несмотря на её аномальность, она давала способность беспрепятственного взаимодействия не только с физическими, но и с магическими объектами, причём, на уровне, недоступном обладателям волшебного рога. Да кому я говорю, ты по облакам ходил! А теперь представь, если я, будучи аликорном, заполучу эту способность. Если я тоже смогу создавать ауру вокруг копыт. Никаких ограничений, наложенных меткой судьбы. Никаких рамок! Способность создавать аномальную магию призрака, которая не будет иметь ограничений, даст мне поистине божественные способности. Я стану такой же сильной как моя мать и, помимо и без того обширных способностей аликорна, смогу буквально всё.

— По воде ходить попробуешь?

— Обладание такими силами стоит любых жертв! Но, поверь, я не буду злоупотреблять. Никаких божественных титулов. Никаких требований преклоняться и почитать. Только использование вновь приобретённых сил во благо рода пони.

— И зачем ты это рассказываешь? – задал я резонный вопрос. — Зачем дополнительно мотивировать сопротивляться?

— Ох, неужели ты думаешь, что я бы стала рассказывать тебе свой план, если бы у тебя был хоть малейший шанс победить. Ты уже проиграл. Перенос сознания в сосуд души неизбежно «стирает» предыдущего носителя. Когда ты был перенесён в тело несчастного Грея Стоуна, тот земной пони уже был обречён. Заклинание зебр только ускорило процесс, от чего ты даже не заметил, как, лёжа в психушке, поглотил душу земного пони. В случае с ПНИ процесс будет не столь быстрым, так что мы успеем пообщаться, но результат будет один – твоё сознание будет поглощено, уступив место истинной правительнице нашего мира. Насылая на тебя немцев и роботов, я лишь проявляю акт милосердия, делая твои последние мгновения не такими скучными.

— Да ты просто боишься, - ответил я, пытаясь сыграть на самолюбии Селестии. — Боишься, что я тебя как героев пустоши… превозмогу, и тянешь время.

— Может, ты и прав, - ответила Селестия, а потом материализовалась передо мной в своём человеческом образе. — Может, я действительно необоснованно тянула время. Но так ли много времени нужно, чтобы раздавить клопа?

Тут правая ладонь Селестии внезапно воспламенилась, она с ухмылкой произнесла:

— Пусть ты и слабее меня, тебе не помешает немного огня.

После чего она выпустила из неё (ладони) струю пламени. К её удивлению, я не пытался прятаться за щитом, но и не сгорел. Вместо этого я вновь дал волю воображению и теперь стоял перед Селестией, источая пар, смотря на появившиеся из моих рук сосульки (https://youtu.be/WMwX8jDhstU?t=111). Моя призрачная любовь к холоду нашла своё отражение даже в мире снов.

— Нравишься ты мне, Селестия! Ей богу, нравишься! – сказал я на волне эйфории от приятного холода. — Как там у классика? Они сошлись - Вода и Камень, Стихи и Проза, Лёд и Пламень!

Себе я отвёл роль камня, прозы и льда, Селестии же достались вода, стихи и пламень. По мне это справедливо; хотя насчёт воды одновременно с пламенем были сомнения. Противница, поняв намек, напомнила, под каким именем я действовал в её мире и к чему это привело:

— Камешек раскололся, стоило ему раствор эфира в гениталии ввести, - сказала Селестия, вспомнив допрос в «Башне Десяти Пони».