— А-а-а, наш терминатор проснулся? Как ощущения?

— Отлично себя чувствую. Какой терминатор? — Учитель засмеялся.

— Ха! Когда через три часа я решил проверить тебя, предо мной открылась удивительная картина. Вейла лежала без сил, едва дыша, а наш герой, без зазрения совести, увлекся физкультурой! Голышом, и твоя «волшебная палочка» была готова к бою. Когда мы наконец тебя вытащили, ты проревел: «Я ещё вернусь!», на что она, с трудом улыбнувшись, произнесла шепотом: «Заездил, терминатор, но я буду ждать». Ха-ха! Впервые вижу нечто подобное. Нет, не терминатор, терминаторище, человечище! Мне даже завидно стало, если между нами. Так заездил бедную, опытную ночную бабочку. — С каждым словом старика я, против воли, краснел, осознавая, как забавно и одновременно стыдно это всё выглядело.

— Мастер! — он усмехнулся в ответ на мой рык. Вскоре улыбка исчезла с его лица.

— Всё готово. Твои вещи собраны и ждут тебя у порога. Присядем что ли.

Я присел рядом с ним. Мы оба молчали. Гнетущая тишина висела в воздухе. Учитель хмурился, а я не мог придумать, как разрядить обстановку.Наконец он нарушил молчание:

— Бери с собой старую палочку. Она тебе пригодится. Но помни, она рассчитана только на одно заклинание, после которого сломается.

— Почему? — удивился я. — Палочка из остролиста и пера феникса?

Мастер только хмыкнул.

— Горе мне. За что я так провинился, что мне достался такой ученик? Ты стал другим — наполовину мертвец, наполовину живой, Еристарх. Эта палочка больше не твоя, она чужая. Используй только первый дар Светлейшей. Другая палочка пригодится в час скорой нужды. Понял?

— Да, мастер.

— Молчать, — произнес он, и я впервые улыбнулся за утро. — У меня для тебя задание. То, которое не смог выполнить никто, даже я.

— Даже вы? И вы, Мастер, думаете, что я смогу справиться?

— Да. Тебя ждет Авалон. Королевство эльфов, истинных, с острыми ушами, о которых столько сказаний и мифов шепчут в мире неодарённых — мои брови удивлённо приподнялись. Он снова сумел поразить меня загадками этого мира.

— Они существуют?! Как? Где? Почему маги не знают? — Учитель хлопнул по столешнице, и вдруг меня охватило странное чувство дежавю.

— Хорошо. Не спеши. Да, они действительно существуют. После эпохи Золотых костров они навсегда покинули нас, укрывшись защитой, которую неодаренные называют Бермудским треугольником. Площадь острова, конечно, в три, если не в четыре раза превосходит защитную зону, но это уже магия пространства. Забавно... — Мастер замялся, покачав головой. — Не важно. Важен мой наказ. Точнее, твой долг. Долг наследника. Ты должен вернуть четвертую реликвию рода Певерелл. Меч короля Артура.

— Я знал! Знал, что меч Пендрагона — наша реликвия! Но как его вернуть? Украсть? — Учитель усмехнулся, пытаясь изобразить улыбку, но его лицо осталось мрачным.

— Украсть? С королевой Авалона мы не справимся даже вдвоём, не уничтожив всех эльфов. И даже если победим, не факт, что сможем выбраться. Так что нет. Тебя ждут два испытания. — я наклонился ближе, прищурив глаза. Учитель, как обычно, закрыл свои.

— Три года жизни на Авалоне. Затем — бой с королевой. Главное — выжить, даже не думай побеждать. Она развоплотит тебя в прах. Я не шучу. И не вздумай поднимать мертвых! Не повторяй моих ошибок. Однажды я проиграл битву, впервые за две сотни лет, и меня захлестнула волна обиды и злости. Я поднял мертвых. И что ты думаешь? — голос мастера давил на меня тяжестью. — Одним мановением руки она их развоплотила! Даже нам нужны слова силы! А меня прокляла на вечную жизнь. Сурова ведьма.

— Мастер. Мы найдем способ снять это проклятие, — сказал я с отчаянием, но учитель лишь отмахнулся.

— Меня уже… скажем так, спасли. Светлейшая заберёт мою жизнь, когда сочтёт нужным. Когда все мои дела будут завершены. Она разорвет цепи проклятия, что удерживают мою душу. Но ты понял меня? Не смей поднимать мертвых! Не смей применять магию, иначе эльфы узнают, что ты Еристарх, и даже Богиня не спасёт тебя.

— Понял. Я верну реликвию обратно в род. Клянусь словом некроманта! — Учитель открыл глаза и улыбнулся. Мы замерли, каждый погруженный в свои мысли. Меня ждёт новое испытание. Непреодолимое испытание. Но где наша не пропадала? Правда, рядом со мной нет Рона. Дружище И вновь наша встреча откладывается. Но это обязательно случится. Когда-нибудь.

Решительно поднявшись, я закинул маленькую сумку за плечо. Взяв в руку палочку из остролиста, я только грустно хмыкнул. Когда-то тёплое, пульсирующее в такт моему сердцу, дерево стало безжизненно холодным, не отзываясь на мою руку. Прости, родная. Сколько же мы с тобой пережили! Ты всегда выручала меня. А я подвёл тебя. И даже хуже: когда придёт время, ты в последний раз почувствуешь, как по твоей сердцевине пронесется магия, разнеся дерево вдребезги.

Было до обидного грустно. Хотя, приятно, что другие эмоции, кроме ненависти и злобы, снова появились. Эти две предвестницы безумия отошли на второй план.

Убрав палочку в подаренный Хагридом мешочек на шее, я положил бузинную палочку в набедренный чехол. Учитель, наблюдавший за мной, встал со стула и подошел ближе.

— Вот, возьми этот портал на Авалон и обратно в Певерелл-мэнор, — сказал он. Приняв портал, я неожиданно протянул руку в привычном жесте приветствия и прощания. Мастер, с легкой улыбкой, сразу же ответил тем же. — Только не вздумай меня трогать, непутёвый. Я знаю вас, сопли, слёзы, обещания писать. Тьфу, срань небесная!

— Как ты мог так подумать, Старик? Это не тот случай. Ещё получу я от тебя! — Мы дружно рассмеялись, наполняя момент легкой радостью перед расставанием.

— Всё, всё. Проваливай! Того и гляди слезу пущу старческую. Это вредно для моего авторитета!

Снова рассмеявшись, мы кивнули друг другу. Я мгновенно развернулся и вышел за дверь. Учитель не изменится. Старый хрыч. Мне тебя будет не хватать. Прощай, Мастер. Слегка улыбнувшись своим мыслям, я шагнул в вихрь портала.

На Авалон!

* * *

Старый некромант замирает, наблюдая, как портал, уносящий его друга и ученика, исчезает. Ему предстоит ещё долгая жизнь, по меркам смертных. По крайней мере, до того момента, когда он сможет обучить следующее поколение искусству некромантии. Знают ли они что ждёт Гарри в будущем? Несомненно. Он был хорошим учеником и всё понял. Истина одна: играя за одним столом с высшими силами, будь готов отдать всё.

Испытывают ли они грусть? Да. Тяжесть расставания — сильное чувство. Однако для некромантов это обычное явление. Они не могут позволить себе оглядываться назад; их путь — это движение только вперёд. Нет времени на горечь разлуки и скупые слезы по ушедшим друзьям; остановка означает поражение. Поражение из-за собственной слабости.

В сердце некроманта, как в темной бездне, горит решимость и холодная уверенность. Его обязанность — передавать знания, укреплять могущество Госпожи. Вечная память о тех, кого он потерял, станет топливом для его дальнейших шагов. Напоминая, что в этом мире побеждает лишь сила и нежелание поддаваться меланхолии. Вперёд, обязательно вперёд — там, за горизонтом, ожидают новые ученики, готовые постигнуть тайны смерти.

* * *

Авалон, я стоял на протоптанной тропе, вдыхая кристально чистый воздух. Даже в уютной долине Мастера атмосфера не могла сравниться с этой свежестью. Лиственные и хвойные деревья сплетались между собой, создавая узоры, которых не увидишь в обычном лесу.

— Какие же они высокие. — восхитился я, запрокидывая голову, пытаясь увидеть вершины деревьев. Деревья Авалона возвышались в небо, теряясь в облаках. Мой взгляд с восторгом блуждал по лесу, где тропинки извивались, соединяясь подобно кровеносным сосудам, пронизывающим человеческую кожу.

Лес определённо был обитаемым — протоптанные тропы говорили сами за себя. Трудно было сказать, что лучше: обилие путей или неизвестность. Кто знает, какие существа скрываются в его глубинах? Однако углубиться в размышления мне не дали отдалённые звуки. Лязг стали и крики, напоминающие человеческие, смешивались с незнакомыми восклицаниями. Хм. Неужели на Авалоне наступили времена войны? Надеюсь, эльфам может понадобиться моя помощь.