— Я уже отправила их тебе, но это то, что составила Третьяковская. Что-то мы смогли сделать и сами, пока добирались. Хотя бы разобрались с энергосистемой, так что больше таких косяков, как пару дней назад больше быть не должно.

Александр поморщился.

После того издевательства, которому подверглась энергосистема корабля во время их короткого сражения в Офелии, начались постоянные проблемы с энергоснабжением в отсеках. Часто питание пропадало вовсе, что несколько раз приводило к тому, что люди оказывались заблокированы в собственных каютах и отсеках. Хорошо ещё, что система связи была автономной и их успели достать до того, как они задохнулись бы от нехватки кислорода.

— В общем, общий фронт работ будет понятен уже после того, как нас осмотрят ремонтные бригады с верфи, но там подождать надо, — продолжила Анна. — Но уже сейчас я могу пообещать, что итоговое заключение нам не понравится.

— Хорошо хоть нам место в доке быстро дали, — перебив её проворчал Павел. — Даже удивительно.

— Зря удивляешься, — возразил ему Александр. — Ситуация такая, что чем быстрее мы вернёмся в строй — тем лучше. Учитывая возможность нападения на систему, от этого буквально зависят наши жизни. К слову, пока не выйдем из дока, обучение будем вести в симуляторах. Я договорюсь с капитанами насчёт этого…

Он прикинул в голове свой график.

— Думаю, что завтра на первой же встрече и обсудим этот вопрос. Паш, подготовь варианты тренировок. Я хочу, чтобы ты рассмотрел возможные варианты противодействия нашим собственным тактикам…

— Нашим?

— А ты забыл, кто сейчас по «ту» сторону?

Павел помрачнел.

— Точно. Да, ты прав.

— Так, с этим вроде всё, — Александр сверился с заметками, сделанными в комме ещё на станции «Карфаген».

— Саша, а ты сообщил адмиралу о том, что… — Анна кивком указала на коммуникатор в его руке. — Ну, ты знаешь. О том, что тебе оставил Арах.

Зарин кивнул.

— Да. И Адамс тоже в курсе. Думаю, что она передаст это ребятам от разведки. Пусть сами решают, что с этим делать…

Прервавшись, Зарин взял в руки комм и быстро просмотрел только что полученное сообщение.

— Так, Женя говорит, что бригада техников для осмотра прибудет с верфи через сорок минут. Так что на сегодня всё. Работы я вам навалил, вот ей и занимайтесь.

— Вы, где его так изуродовали?

— Сцепились с шестёркой крейсеров, — пояснил, Александр. — Там всё сложно вышло.

Начальник ремонтной бригады верфей присел, осматривая пятидесятиметровый оплавленный шрам на броне дредноута. Последствия удара одного из крейсеров.

— Без щитов? — в его голосе слышалось искреннее удивление, смешанное с возмущением. — Капитан, вы, конечно, простите, но у вас там совсем с головой проблемы?

Зарин пожал плечами.

— Другого выхода не оставалось. Либо так, либо корабль достался бы им.

Сотрудник верфей покачал закрытой шлемом головой.

— М-да… В таком случае можно и простить… Нет, всё равно не прощу. Блин, такого красавца изуродовали. Уроды.

Поняв, что именно он только что сказал, начальник бригады быстро опомнился.

— Не вы, сэр. Я имел в виду тех, кто это сделал… В смысле…

— Да понял я, не переживайте насчёт этого.

В этом плане Александр не мог с ним не согласиться. Сейчас, будучи одетым в контактный скафандр и стоя на броне собственного корабля он впервые смог осознать, насколько в действительности тяжёлым был прошедший бой с эскадрой Абруцци.

Корабль выглядел так, словно прошёл через метеоритный шторм. Весь в шрамах, подпалинах и пробоинах. Часть брони вообще отсутствовала, превратившись в спёкшийся шлак. В одном месте лазерный импульс пробил броню, подброневой корпус и стенки одного из ракетных хранилищ. Не будь он пустым, последствия могли бы быть самыми плачевными.

И не один Александр это подметил.

— М-да, тут вам, конечно, дико повезло. Ладно. Большая часть брони левого борта под замену, — выдал заключение он. — Придётся снимать всё до подброневого корпуса и менять. Здесь часть силовых конструкций тоже под замену. Как и большую часть коммуникаций здесь…

Перечисления растянулись почти на пять минут. Начальник бригады осмотра просто перечислял список того, что только на «первый», но без сомнения опытный взгляд придётся менять полностью.

И список выглядел удручающе долго.

— И? Сколько времени это займёт? — почти что с содроганием поинтересовался Александр, внутренне ожидая, что ответ ему не понравится.

— Ну-у-у… думаю, что от полутора до двух месяцев, — сделал он свой вывод.

— Это слишком долго.

— Всё будет зависеть от того, как будут обстоять дела с поставками, — пожал тот плечами. — Людей у нас хватает, а вот со снабжением есть напряг.

— Всё плохо?

— Ну, не слишком хорошо, я бы сказал. Флот гоняет караваны с транспортами к мирам ядра. Точнее начал, недавно. Промышленность на Аркадии может дать многое, но далеко не всё, что нам нужно. Раньше большая часть материалов шла изнутри сектора, а сейчас… сами понимаете. С этим сейчас стало сильно сложнее.

— Всё равно слишком долго, — повторил Александр.

— Да, я понимаю. Поверьте, наши ребята будут работать в три смены, чтобы вернуть этого здоровяка в строй, но всё будет упираться в количество необходимых материалов и оборудования на складах. Тут я уже ничего поделать не смогу.

— Понятно.

Осмотр внешней поверхности дреднуота занял ещё по меньшей мере тридцать минут. За это время группа специалистов вместе с маленьким флотом небольших дронов буквально исползали корабль снаружи и изнутри, дабы составить ремонтные списки.

И ведь Александр прекрасно понимал. То, что происходило на его глазах — далеко не весь процесс. Сколько ещё неприятных открытий ждёт сотрудников верфи после того, как начнутся первые работы он даже и не хотел представлять. Полтора — два месяца не такой уж и долгий срок для ремонта подобного корабля. На самом деле его можно было бы счесть довольно-таки быстрым. Но только не тогда, когда враг стучится в вашу дверь.

Оставив людей работать дальше, Зарин направился обратно к шлюзу, обдумывая свои мысли.

Добравшись до него, он отключил магнитные захваты на подошвах скафандра и держась за аварийный поручень оттолкнулся от поверхности бронеплиты на которой стоял. Подлетел к люку и коснулся панели доступа.

Прошло несколько секунд, а люк так и остался закрытым.

— Что за хрень, — Зарин ещё раз коснулся пальцем панели и отключил блокировку люка.

Тот по-прежнему остался запертым, даже несмотря на то, что на экране статус обозначался, как «открыт».

Списав происходящее на постоянные проблемы на поврежденном корабле, Зарин достал комм и связался с Третьяковской.

— Да, капитан?

— Женя, я у шестнадцатого внешнего шлюза, — произнёс он, прочитав нанесенный на люк шлюзовой камеры номер. — Внешние люк заблокирован, и я не могу его открыть.

— Странно… сейчас, погодите, я проверю по системе.

Прошло не больше тридцати секунд с того момента, как из динамика вновь зазвучал голос главного инженера «Ганнибала».

— Странно. Капитан, у меня на схеме этот шлюз вообще числится открытым, но почему-то не сработало предупреждение. Бред какой-то.

— Что?

— Сейчас, погодите, я подключу удалённое управление.

— Хорошо, — Александр зевнул и обернулся, осматривая открытый док на орбите Аркадии. — Как будто у меня есть выб…

Он едва успел его заметить. Один из тех дронов, что летал вокруг вместе с техниками и занимался сканированием внешнего корпуса «Ганнибала». Слишком быстро он двигался, целенаправленно летя прямо в его сторону.

Александр сработал практически на одних инстинктах, раньше, чем даже подумал об этом. Резко оттолкнувшись ногами от шлюзового люка и бросая себя в сторону от корабля.

А через мгновение дрон врезался в корпус дредноута, вспыхнув яркой вспышкой беззвучного в вакууме взрыва.

На мгновение ослеплённый, Александр почувствовал, как что-то ударило его. Сначала в ногу, а затем и в голову, заставив тело бесконтрольно вращаться в невесомости. Практически в тот же момент часть скафандра в верхней части бедра сжалась с такой силой, что он едва не оглох от звука собственного крика внутри шлема.