С другой стороны, если топят и сжигают, значит, есть причина- ведь так? Но я пока что- увы мне- таковой не обнаружил. Не считать же за подобное бормотание какой-то приведенной моими соратниками бабки на мой разболевшийся зуб. Который, кстати говоря, после этого болеть почти сразу перестал… Но не сжигать же за это?! Или всё же- на всякий случай...

Между тем, успокоившийся было Марк, постепенно возбуждаясь от собственной речи, принялся перечислять наши трофеи, третья часть которых- львиная доля- принадлежит мне. В принципе, я и раньше знал, что война- дело очень опасное, но в такой же мере оно и прибыльно. Особенно осознал это сейчас, когда надо мной командиров нет, и, соответственно, ни с кем делиться не требуется- то есть вся капитанская доля отходит мне одному. Да, так-то можно воевать…

А после, хитро прищурившись, Марк добавил:

- Есть ещё кое-какая особая добыча…

И с ожиданием уставился на меня- типа интригует. Ладно- подыграем, и, якобы с огромным интересом, спросил:

- Да? И что же это за добыча такая?

- Пока не скажу. Вот чуть позже доставят сюда и тогда узнаешь- думаю, рад будешь…

Блин, да он смеётся надо мной что ли, так я этого точно не одобряю:

- Марк, ты бы заканчивал со своими шуточками…

- Даниэль, клянусь мощами моего святого покровителя- есть трофей. И скоро ты сам убедишься в этом!

Ну, если он костями святого Марка принялся клясться, то скорее всего- это правда. Подождём, твою маму…

Он куда-то убежал, наверное, с целью поторопить сюрприз, а я погрузился в размышления. Вроде всё прекрасно и враги наказаны, но резонанс от этого события по-любому разойдётся широкими кругами по Бургундии, а может и дальше, и как оно аукнется- никто не знает. Нужно будет, в этой связи, интенсифицировать переход на огнестрел. Разговор с кузнецом по этому поводу уже был, но там такой мастер… Придётся опять всё самому и методом тыка пробовать. Эх…

А потом мне резко стало не до высоких материй: вернувшийся Марк, открыв дверь, с поклоном пропустил в солар даму. Хорошо знакомую мне даму- Маргариту де Люньи- вдову покойного шевалье Жоссерана, сеньора де Люньи. Да, покойного, его уже опознали, когда собрали воедино две половинки черепа. Он оказался одним из тех трёх рыцарей, первыми ворвавшихся в наши боевые порядки, и, соответственно, первыми же и попавшими под топоры алебард. После такого не выживают… Но причём здесь эта дама?

Я поднялся и лёгким поклоном ответил на её реверанс, после чего вопросил:

- Сеньора?

Дама, ныне стоящая передо мной сильно отличалась от извлеченной некогда из застенков этого замка. Она поменяла предыдущую одежду на весьма пышное платье цвета индиго с красным лифом из дорогих материалов и более ярких расцветок, довольно откровенного по нынешним временам содержания с обнаженными плечами, сделала причёску и, судя по видневшимся из-под трессуара (сетка из металлических нитей, украшенных жемчугом) кудряшкам, завивку, но главное- она поменялась внутренне. Изменилась осанка, поведение, став более соответствующими владетельной сеньоре.

Мой вопрос она проигнорировала, и лишь гордым взглядом обожгла. После чего решительно повернулась всем корпусом к Марку, требовательно уставившись на него. Я тоже взглянул в ту сторону, начиная уже кое-что подозревать. Это ведь не то, что я думаю... Но, если это так, тогда с чего он решил, что это мне понравится?

- Сеньора де Люньи оказалась в захваченном нами лагере, и таким образом…стала нашей пленницей,- подтвердил Марк мои догадки.

Однако…

Под моим взглядом Маргарита выпрямилась, но даже сквозь надетую на лице маску высокомерия явственно проступал страх: ещё бы- дважды за короткое время оказаться в плену,- да, этого и врагу не пожелаешь. Особенно, вспоминая в каких условиях она была найдена мною в первый раз… А если она узнает, что стала по моей милости вдовой- то точно проклянёт...

Глаза лихорадочно блестят, грудь взволнованно вздымается, руки нервно перебирают ткань платья- моя невольная гостья явно не в своей тарелке. И с трепетом ожидает моих слов и моего решения… Сегодня она особенно красива, даже и непонятно мне- и отчего я раньше как-то сего не замечал. Потому что волнуется? Но это не точно… А может этот непонятный, окутавший меня внезапно романтик- всего лишь последствия вынужденного воздержания и долгого- слишком- отсутствия рядом противоположного пола. В таких условиях, мы- мужики- обычно становимся очень жёсткими, прямо как мясо умершей от старости коровы, и агрессивными. Не каждый из нас сможет совладать с накопившимся от жизненных передряг стрессом, и его следствием в виде неконтролируемых порывов души, способных, в конечном счёте, привести к психическим отклонениям или криминалу. Подсознательно ищем выход, который часто и находим в чьих-то мягких объятиях… Или не находим… И так может быть. Впрочем, не о том я думаю…

Я опустил голову и спросил себя- а нужна ли мне она здесь в качестве пленника? И тут нету какого-либо эротического подтекста, а только рациональное зерно: принесёт ли подобное стабильность и безопасность, так необходимую моему отряду на данном этапе, или же наоборот- усугубит нынешнее положение. И пока что не вижу никакой выгоды- разве что кроме денежной, но и это ещё вилами на воде- в её нахождении в моём плену,- которое наоборот, вполне может привести к очередному противостоянию. Теперь, за отбытием на тот свет супруга присутствующей здесь дамы, такую роль может примерить на себя какой-нибудь брат… троюродный, или такого же уровня родства дядюшка. Или ещё кто-нибудь… Пока имеется в наличии хоть один представитель мужского пола этого рода, я буду находиться под ударом. Оно нам надо? Нафиг… И, кстати, о муже- надо бы как-то помягче сообщить девушке о постигшей её утрате…

Между тем, сеньора, не дождавшись от меня вразумительного отклика и терзаемая неизвестностью, решилась на самостоятельный диалог:

- Ваша Светлость, могу ли я рассчитывать, что вы будете обращаться со мной согласно моему положению в обществе?

Моя левая бровь слегка изогнулась, придав лицу недоуменное выражение- мол, о чём это она? Вроде как я ничего подобного…

- Что вы имеете в виду, сеньора?

- Вы ведь не посадите меня туда, обратно, в эти ваши…

- О, сеньора, как вы могли так подумать обо мне! - Я даже руками от неожиданности её предположений всплеснул- действительно, даже если решил бы оставить девицу в замке в надежде на выкуп, подземелье- это последнее место, куда следовало, по моему мнению, её поместить.- Вы можете быть благонадежны, темница- это место точно не для вас… И, собственно, почему вы решили, что я обязательно должен посадить вас в узилище?

- Но как же, сир, ведь ныне я ваша пленница?

Нормальная логика, если пленник, то обязательно должен помучаться, но таковы нравы...

- А вот тут вы ошибаетесь. Впрочем, как и некоторые из моих людей,- и искоса глянул на удивлённую физиономию Марка,- Вы не в плену, а вовсе даже наоборот- в гостях.

Она удивилась, а после, по мере понимания ситуации- её глаза набухли счастливыми слезами. Она подалась чуть вперёд, сжимая руки в кулачок на груди, и тихо, почти прошептала:

- Спасибо…

И тут же устыдившись своему порыву, опустила голову. А я продолжил демонстрировать благородство, которого, к сожалению, в себе совсем не ощущал... Но это же не повод огорчать милое создание.

- Что вы, сеньора, это мой, как благородного человека, долг- защищать слабых…

Наплел, конечно. И про мнимое дворянство вспомнил, и про рыцарский лозунг, который, надо сказать, эти самые рыцари и не думают претворять в жизнь- ничего не меняется в этом мире- но мои слова девушке, судя по заалевшим ямочкам на ланитах- весьма понравились.

В такой момент вспоминать о ещё не упокоенном шевалье совсем не хотелось, и я, малодушно отсрочив эту тяжкую необходимость на некоторое время, продолжил общение в выбранном ключе:

- Вам будут предоставлены наилучшие среди имеющихся в замке покоев- по вашему выбору. А если вы пожелаете отъехать в свои владения, я предоставлю лошадей и соответствующее вашему положению сопровождение.