Не успела я переступить порог комнаты, на меня устремилось куча взглядов. Рея уставилась на меня тревожными, перепуганными, круглыми глазами, нервно комкая краешек желтого платьица. Мерак посмотрел на меня с поддержкой и надеждой одновременно, этот взгляд всегда меня предупреждал, что дело плохо. Мама, по-моему, недавно плакала, о чем мне говорят красные глаза, что ей не совсем свойственно, а папа… Папа как обычно строго смотрел на меня, но постукивающие пальцы по коленке говорили о том, что и он был обеспокоен.

Тишина продолжалась секунд тридцать, пока я не задала вопрос что происходит и все дружно, как сговорившись, предложили сесть мне в кресло. Первой не выдержала Рея:

— Астра, ты только не кипятись, — дернулась она.

Я усмехнулась, потому что меня сложно вывести из себя. Наверно поэтому у меня редко получается выдавить из себя магическую искру, всегда из меня один дым исходит. Помню, как преподаватель в школе всегда мне говорил, что я слишком неэмоциональная.

— Астерия, — твердо начал папа, — как ты знаешь, мы давно конкурируем с Тиграном. В этот раз тоже самое. — Он тяжело вздохнул, но до меня пока не очень доходило, причем здесь я. — Мы нашли землю, которая богата блокирующими кристаллами и если ими правильно воспользоваться, то мы с мамой сможем в этих пределах безопасно обучать ребят полукровок пользоваться своими возможностями, — папа запустил ладонь себе в волосы, — Но…Тигран хочет использовать этот участок для различных своих магических и военных экспериментов. И наши переговоры зашли в такой тупик, что мы в полушаге от войны между семьями, — он сказал все на одном дыхании, так быстро, что я еле успела уловить смысл сказанного, — и ты знаешь, что внегласным законом принято не вмешиваться в подобные войны, потому что каждый, кто влезет, станет участником этой бойни.

Я сидела, не дрогнув не одной мышцей лица. Просто понимала, что нас ждет очень весёлое время и, возможно, мы все там погибнем. Класс… День Атии говорите? Мм…обожаю. А вообще не понимаю, как можно из-за какого-то участка развязать целую войну, это же абсурд! Папа явно не все договаривает, а на самом деле не говорит ничего! И тут еще столько подводных камней, что вытягивать их придется долго.

— Астерия, папа долго сопротивлялся, но у нас нет выбора, — пришла на помощь разнервничавшемуся папе мама, — есть только одна возможность предотвратить эту войну. Это предложил Тигран, хотя против этого все, даже его жена, но он не идет на другие условия — как бы успокаивающе ни говорила мама, но меня это как-то напрягло сильнее.

Так, чтобы сейчас не сказали, нужно показать, что мне все равно и я спокойна. Я не дрогну, буду сидеть так же, как сидела. Буду же?..

У меня засело стойкое чувство того, что во всем этом я буду ключевой фигурой и мне это, ой, как не понравится, вот прям вообще.

Я опустила взгляд на свои пальцы. Лучше рассматривать их, чем показать все то, что я буду чувствовать, когда услышу.

— Ты должна выйти замуж за их сына, — сказал папа и даже его голос дрогнул, как бы он не старался выглядеть невозмутимым.

Я вскинула брови, не убирая взгляда с дрожащих пальцев, но в остальном также сидела на месте. В тот момент, не заметила, как случайно царапнула себя, и теперь оттуда текла струйка крови, с каждым разом все больше. Но я не чувствовала боли. Видимо сейчас мой мозг не может обрабатывать ничего кроме как слова сказанные папой.

Я издала глухой смешок, подумав, что это шутка. Но ответом послужило всеобщее молчание.

Поняла, что никто не шутит. Не стала ничего говорить, и все в молчании уставились на меня. Повисла долгая мучительная тишина.

Я стала в голове все переваривать. Было очень сложно мыслить трезво. По телу пробежала крупная дрожь, а глаза грозили налиться слезами и затопить весь дом к чертям. Да как?! Какого черта?! Почему наша столь уважаемая семья не может решить такой пустяк?! Родители — герои народа, дети учатся в лучших университетах страны! В конце концов, Рея — страж Земли, а это автоматом семью делает выше в обществе. И мы не можем решить какую-то проблему с дележкой земли? Или может отец снова не хочет уступить? Идиотские принципы!

Я сжала ладони в кулаки до побелевших костяшек и так же резко разжала. Сначала положительные стороны: так никто не погибнет. Я все равно собиралась остаться в девах и больше не заводить ни с кем отношения, так? Если что я смогу его ночью аккуратно убить и все будет хорошо. Так, стоп. Куда-то я не туда вырулила.

Что из плохого? Ну, то, что теперь я не смогу завести отношений, если бы все-таки даже когда-то решилась. То, что теперь по приколу не пофлиртую с парнями, хотя…почему? Брак фиктивный, думаю парень тоже не в восторге. То, что начнутся сплетни, и на меня обязательно накинуться фанатки этого паренька. Кстати, как он выглядит хоть? Хоть и мелькают наши семьи во всех соцсетях, я обычно всегда пролистываю. Насколько помню, он был типичным «смазливым мальчиком». Из моих рассуждений меня вырвали женские крики:

— Может все-таки есть другой выход? — сорвалась мама.

— А вдруг они это намеренно? — слова Реи имели смысл.

Папа молчал, да и мама с сестрой знали ответ, просто давали себе надежду, пытаясь успокоиться. Но как же меня бесило это чувство недосказанности!

— Пап… — все замолкли. Толи в надежде, толи в страхе посмотрели на меня. Я не поднимала глаз, чтобы не сбить настрой и не сорваться. Хладнокровие сейчас мне поможет больше, чем ярость. Сердце стучало в бешеном ритме, а разум колебался продолжать ли мысль, — а ты Рею тоже выдашь замуж за кого-нибудь, если снова с кем-нибудь поссоришься? — усмехнулась я и подняла взгляд, полный ненависти.

Все наблюдали за моими реакциями и движениями очень настороженно и перепугано, потому что прекрасно понимали, что я могу выкинуть совершенно любой фокус. А если мое лицо не выражает совершенно ничего — значит, может случиться тихий взрыв.

Что такое тихий взрыв? В каких бы мы с папой не были напряженных отношениях, характер во многом достался мне от него. Только вот… он позитивен в кругу друзей, но строг и хладнокровен в обществе, а я каменная в любой ситуации. Я даже когда родилась, не плакала. Так вот если в каких-то напряженных ситуациях мое лицо долго не изменяет выражения, значит, потом я буду вести себя так, что всем захочется чтобы я кричала и проклинала всех на чем свет стоит. Сложно представить? Ну да, есть такое, но представьте если бы вы предали человека и ждали от него плача, крика, истерики, а он улыбнулся и продолжил с вами общаться будто все хорошо. А если это еще и близкие друг другу люди… человек просто не выдержит этого молчания.

Сестра вздрогнула и округлила глаза. Мерак посмотрел на меня, перевел взгляд на Рею, потом нервно переглянулся с мамой и все уставились на отца. У нас с папой напряженные отношения, потому что разные взгляды на жизнь. Он любит рассчитывать наперед, знать, чего ждать от других людей и вести спокойную жизнь. Последнее не очень выходит. Я же люблю жить настоящим и не думать о будущем, потому что мне так хочется.

[Потому что так не страшно…]

Отец буравил меня тяжелым взглядом, в зрачках которых сейчас бушевал ураган, но я лишь сверкнула своими в ответ. Внезапно он резко стукнул по столу с бешеной силой, что все подпрыгнули. Кроме меня. Я ждала подобного, я знала, что ему тяжело, и моя наглость добивает, но в этом виновата не я. А он.

— Астерия! Мне и так сложно далось это решение, — в меня прилетел бешеный воздушный поток, взлохмачивая волосы.

Всегда так, когда папа злится, то стихия воздуха начинает все сдувать, то землетрясения все разрушать. А, ну вот и тряска началась, вещи на полках затрещали — вторая стадия гнева.

— А что? Меня же выдаешь, — все также спокойно, но уже увереннее и громче говорила я, хотя слезы уже подступали и сдерживать становилось все сложнее, — я уже давно совершеннолетняя, мне 21 год, и я в праве сейчас встать и уйти, не думая ни о ком и ни о чем, — в моих глазах сверкнули огоньки ярости.