Марк тут присутствует потому, что пришёл со мной и вовремя не успел ретироваться.

Сато же давно хочет что-то сказать своему начальнику, видимо, доложить о чём-то важном. Вот только, явилась несколько не к месту и стоит в нерешительности, переминаясь с ноги на ногу и поджидая момента.

В создавшейся ситуации они напоминают оруженосцев, сопровождающих военачальников, но не смеющих мешать их беседе.

Если уж дальше продолжать аналогию, то остальные дежурные, что сидят за пультами управления, в некотором отдалении от нас, представляются лагерем противника. Тогда, мы с Марком — делегация, явившаяся в стан врага на переговоры.

Пауза затягивается, нужно что-то говорить. Я собрал скопившийся во мне сарказм и сдавленным голосом, через силу произнёс:

— Это очень большая работа. Сейчас нет сил и времени на реконструкцию климатической системы.

— Почему? — сухо осведомился Кнопфлер.

— Хотя бы потому, что не располагаю достаточными людскими ресурсами. Вернёмся на базу — там видно будет.

— Когда? — спросил Кнопфлер.

В этом он весь, это всё его. Ставит в тупик такими вопросами: нет конкретики, а без конкретики не могу решать проблемы.

Увидев моё замешательство, Габриэль идёт капитану на помощь:

— Ты обещал перманентно заниматься этим вопросом. Когда будут результаты?

Лучше бы этого не говорил. Я и без них знаю, что обещал, и занимаюсь вопросом.

Взывая к внутреннему спокойствию, терпеливо произношу:

— Мы постоянно там что-то ремонтируем, модернизируем и так далее. У меня есть план реконструкции систем корабля, я вам уже много раз его показывал. Если хотите, могу показать ещё раз.

— Это хорошо, — упрямо продолжал Кнопфлер. — Но мне не понятно: когда будут результаты?

Нет, я так не могу. Похоже, сегодня командор доведёт меня до белого каления.

Не в силах дальше препираться, я отвернулся и встретился взглядом с Сато. Черноглазая красавица, видимо, уловила немое отчаяние и решила помочь.

— Габриэль, прошу прощения… — встряла она.

— Да-да, — отозвался тот. — Что такое? Говори.

— Я только хотела сказать, что мы завершили манёвр разгона, показатели в норме, без происшествий.

— Хорошо. Спасибо, Сато.

— И ещё: у нас там археологи… — Сато кивнула в сторону рабочей каюты Габриэля.

Точнее — отросток помещения командного центра, отгороженный от основного пространства большущей матовой выдвижной дверью.

— И что с ними?

— Пришли минут пятнадцать назад, хотят пообщаться с капитаном. Я не стала их сюда пускать — помнится, ты запретил доступ пассажиров в служебные помещения. Но с другой стороны, не торчать же им в коридоре. Ваше совещание затягивалось, и я отвела их в твою каюту.

— Ага, всё правильно сделала, — недовольно буркнул Габриэль. — Чего ж они хотят-то?

— Не знаю, сказали — поговорить с командором. — Сато сморщила милую мордашку и посмотрела на Кнопфлера.

Габриэль тоже посмотрел на командора. Тот — на меня, затем — на Марка, решая, хватит ли нам на сегодня или стоит продолжить.

— Зови их сюда, — решил Кнопфлер.

— Хорошо, командор. — Сато развернулась и двинулась в сторону каюты Габриэля.

Потом обернулась и, удостоверившись, что никто кроме меня на неё не смотрит, показала Кнопфлеру язык.

Я одобряюще усмехнулся и подмигнул Сато.

Археологи, как мы их называем, были единственными пассажирами в этом рейсе. На самом деле, они не совсем археологи, скорее — ксенологи или что-то в этом роде.

Несколько недель назад на Юлиании обнаружены странные артефакты, которые сочли за постройки некой древней инопланетной цивилизации. Научное сообщество живо отреагировало на находку — были выделены необходимые ресурсы, собрана команда специалистов.

Для доставки одиннадцати археологов на Юлианию и зафрахтована «Артемида».

Я уже познакомился с некоторыми из них — на мой взгляд, слишком шумные ребята. Поэтому не горю желанием оставаться. К тому же, есть смысл слинять, пока Кнопфлер не взялся за старое.

— Я вам ещё нужен? Или мы можем идти? — спросил я, поднимаясь с кресла.

— Нет-нет, — ответил Кнопфлер. — Пока останься, мы ещё не закончили.

«Не получилось», — подумал я и плюхнулся обратно.

Археологов было двое.

Первый — полноватый смуглый мужчина в полупрозрачных сиреневых очках — показался очень похожим на Габриэля: такой же неряшливый, небритый и коротко стриженный. В придачу — подвижный и громкий.

Одет в белый лабораторный халат, наверное, для того чтобы придать себе налёт академичности, как бы говоря: «Я — археолог». Он пытался шутить и улыбался всем направо и налево. Не спрашивая разрешения, схватил одно из кресел и со всего размаха в него шлёпнулся. Потом спохватился, вскочил, пожал присутствующим руки:

— Стивен, очень приятно, можно просто Стив.

Вторым археологом была девушка. Такая же живая и смешливая как её товарищ, но слава богу, не такая тучная. Я бы даже сказал — излишне худа, что, впрочем, не портит её внешности. Видимо, из-за комплекции всё в ней казалось острым: худые, острые плечи, выглядывающие из вырезов лёгкого цветастого платья, острые сапожки, острые, длинные ногти на узких и очень женственных руках, хитрые лисьи глаза с острыми уголками, острый носик, явно любящий соваться в чужие дела.

— Это Кэрри, — пояснил Стивен, — ведущий специалист в нашей группе.

Кнопфлер по очереди представил нас археологам и предложил кофе. Стивен, само собой, не преминул угоститься, а Кэрри отказалась, так же как отклонила приглашение присесть. Вместо того, смущённо улыбаясь, предпочла постоять, демонстрируя нам свою великолепную фигурку.

Через пару минут я заметил, что красотка постоянно смотрит куда-то за мою спину. Сначала не понял, что могло привлечь внимание, но, обернувшись, увидел Марка, который тоже не сводил с неё взгляда.

Они переглядывались, улыбались друг другу — в общем, времени зря не теряли.

Ну, Марк, вот даёт, не подумал бы, что он такой ловелас.

Между тем, Стивен объяснил причину визита. Как оказалось, он руководитель научной группы, а его коллеги — достаточно весёлые люди и не желают весь полёт киснуть в каютах. Кроме того, почти все увлекаются разными видами спорта, а посему таскают с собой кучу инвентаря. В это путешествие взяли восьмиугольный стол для тенниса и в данный момент выискивают достойного соперника, так как играть между собой надоело. Соответственно, кроме как с экипажем, на космическом корабле играть больше не с кем, вот они и пришли.

— Раз уж предстоит провести эти четыре недели вместе, — заключил Стивен, — давайте и развлекаться совместно!

Кнопфлер благосклонно принял вызов и пообещал собрать команду. Соревнования, а с ним и вечеринку, назначили на сегодняшний вечер.

По-моему, капитана просто утомил шумный весельчак Стивен, поэтому и не стал особо упираться. Согласился, дав понять, что разговор окончен и археологам пора возвращаться в пассажирское отделение.

К удивлению, Стивен сходу уловил намёки Кнопфлера и засобирался.

— До вечера, друзья! — помахал на прощание ручкой и двинулся к выходу.

Кэрри грациозно последовала за ним, но перед дверью обернулась и сказала, обращаясь то ли ко мне, то ли к Марку:

— Кстати, ребят, у меня что-то с кондиционером — совсем не дует холодным. Не могли бы посмотреть? Конечно, если у вас есть время…

Хитрый ход, ничего не скажешь.

Я посмотрел на Марка. Его взгляд красноречив — не просьба даже, а мольба, в глазах явственно читается «Гленн, дружище, выручай!»

Что верно, то верно — такой подарок у судьбы второй раз не выпросишь.

— Марк, будь добр, — сказал я, стараясь соблюсти невозмутимый тон, — помоги нашей гостье.

— Да, Гленн, конечно! — выкрикнул Марк и кинулся вслед за Кэрри.

Габриэль понимающе хмыкнул.

— Ну, что же, коллеги, — сказал Кнопфлер, когда археологи исчезли за дверью, — нужно срочно собирать команду. Кто у нас играет в настольный теннис? Только — хорошо играет, чтоб не ударить в грязь лицом.