В этом случае нужно будет сосредоточиться на вопросах, связанных с маяком, червоточиной и так далее.

Если же картинки не совпадут, то я, по меньшей мере, рассчитаю наше реальное местоположение. А если повезёт, то объясню, как тут очутились.

Сопоставление данных займёт несколько минут. Я откинул голову назад, закрыл глаза и попытался отвлечься.

Командор потихоньку затягивает гайки. Ввёл на корабле подобие комендантского часа…

А Габриэль, как мне показалось, постоянно носит при себе оружие — старомодный длинноствольный лазерный пистолет. Угадывается под мешковатой толстовкой. А может быть, только кажется — в моём состоянии и не такое померещится. Тем более, толстовка у Габриэля действительно бесформенная и заскорузлая.

С тех пор как наши спустились на Юлианию, Габриэль сутками напролёт торчит в командном центре. Бдит, постоянно общается с экспедиционной группой. Вроде бы, и ночует там, в центре…

Дежурных теперь совсем не хватает — почти половина спустилась на планету, оставшихся Габриэль перевёл на казарменное положение с графиком почти как у тоннельной смены: двенадцать часов дежуришь, двенадцать — спишь, а потом — снова на дежурство…

В общем, весело тут у нас.

Но ничего — скоро разгадаю загадку, и всё встанет на свои места.

Я открыл глаза, и как раз вовремя: на экране высветилось сообщение о том, что результаты сверки готовы.

Ну вот и всё. Такие вещи нужно делать не торопясь. Манерно, как смакование изысканного и безвкусного десерта, приготовленного самыми высокопрофессиональными поварами.

Хотелось изящно протянуть руку и небрежно щёлкнуть по клавише, но вместо этого стремительно вскинул, почти ударил по клавиатуре и жадно впился глазами в экран.

Несмотря на наступившее прозрение и кристальную чёткость в голове, перечитал три или четыре раза, прежде чем понял смысл.

Первое, что пришло в голову сразу после осознания, — моя затея оказалась не напрасной. Не зря четверо суток мучился. Овчинка стоила выделки, цель оправдала средства.

Потом я рассмеялся — громко, во весь голос, зычно, как смеются в фильмах либо супергерои, либо отъявленные злодеи.

Прислушавшись к голосу, немного испугался: смех был нервный, отчаянный, на грани срыва. Голос человека, заглянувшего в кроличью нору, но увидевшего там не отгадку, не ответ на вопрос, а новую, ещё более сложную, загадку.

Как два зеркала, поставленные друг напротив друга, выстраивают бесконечный тоннель в пустоту, так и сводный отчёт — тупая констатация факта — уводит меня в неведомые дали. Причём, во мне успела зародиться, мгновенно окрепнуть и ноющей занозой впиться уверенность, что никогда не дойду до конца умопомрачительно рекурсивного фрактала. Я увязну в нём и пропаду в небытие.

Небо другое.

Карта звёзд и отдалённых галактик, составленная машиной на основании сканирования окружающего пространства, отличается от того, что мы должны были видеть, находясь в непосредственной близости от Юлиании.

То есть, в основном всё совпадает, но имеются неточности, мелкие отличия в положении звёзд и прочих удалённых объектов. С одной стороны, такая картинка походит на то, что можно наблюдать с Юлиании, с другой — не совсем то, что соответствует реальной диспозиции.

Я вскочил со стула и бешено забегал по каюте.

Что же получается? Вроде бы как Юлиания, но не совсем Юлиания. Похоже, но не до конца…

Параллельная Вселенная?..

Я остановился.

Мне доводилось слышать про параллельные Вселенные. В некоторых теориях присутствует такое понятие — множество миров, незначительно отличающихся друг от друга. Они существуют в разных измерениях, в разных пространственно-временных рамках или даже — в разных энергетических составляющих: Мир и Антимир.

Тёмная материя… и что-то ещё… нужно только вспомнить…

Так-то, всё бы ничего, я бы принял на вооружение эту гипотезу, но вот ведь незадача — это всё на грани фантастики. Современная наука не даёт однозначного ответа на этот вопрос. Не стоит давать волю воображению…

Вообще, на самом деле — стоит, но не сейчас. Сейчас нужно быть рациональным и экономным на теории.

При упоминании таких вещей как современная наука и рациональность я сразу успокоился. Стало тихо, мирно, разумно. И как будто бы даже светлее в комнате.

Габриэль же на смех поднимет, если начну рассказывать про параллельные Вселенные. Будет крутить пальцем у виска и отпускать мерзкие шуточки. А Кнопфлер даже слушать не станет…

Нет, это я хватанул лишка. Как говорится, перегнул палку. Параллельных Вселенных не существует, это всё бред…

Неужели?..

Что-то выпало у меня из рук. Поглядев вниз, увидел приземлившийся на пол стаканчик остывшего кофе.

Это даже не догадка. Неясная тень, мелькнувшая где-то в глубине подсознания. Вектор, указующий перст — да всё что угодно. Всё то, что другие, более одарённые люди называют прозрением. Но интуиция… Да что там интуиция — всё моё существо подсказывало… Нет, не подсказывало — восторженно вопило о том, что я решил эту задачу, я добрался до конца кроличьей норы.

В системе уравнений появилась ещё одна переменная, введя которую, всеми остальными можно пренебречь. С лихвой окупит неточности, двусмысленности и допущения.

Я рухнул на стул. Пальцы забарабанили по клавиатуре, будто живут своей, отдельной от меня жизнью. Столбец за столбцом я вбивал данные, а когда они закончились, торжественно замер в ожидании результатов вычислений.

Не сошёл ли я с ума?

— Нет, не сошёл! — с вызовом воскликнул я.

И машина выдала резюме.

Я оказался прав…

Звук, резкий щелчок. Нарушил наступившую тишину. Я обернулся, но ничего не заметил.

Мой взгляд упал на зеркало. Я увидел своё отражение…

Мне никогда не забыть этого лица. Лица человека, который только что приоткрыл завесу одной из тайн Мироздания.

Кэрри заглянула за камни. Украдкой, будто с той стороны скалы за ней кто-нибудь наблюдает. Потом повернулась ко мне и шаловливо улыбнулась.

— Работают? — спросил я.

— Работают, — подтвердила она.

Из-за скалы роботов не видно и почти не слышно. Иногда в голову приходит дурацкая мысль, что их там нет, что они давно взбунтовались, бросили работу и убежали. Либо их захватили и похитили тайные недоброжелатели. Это, конечно, ерунда, стараюсь не обращать внимания на навязчивое ощущение, но иногда слегка досаждает.

За два дня роботы сделали много: построили периметр нового лагеря, сейчас трудятся над возведением основного здания. К минусам выбранного нами места можно отнести отдалённость источника стройматериалов — лес в трёх километрах, но ничего страшного: я, к примеру, никуда не тороплюсь.

Кэрри спрыгнула с камня — легко и изящно, словно лань. Направилась ко мне. Прошлась голыми ножками по воде, намеренно разбрызгивая в стороны. Подол лёгкого платьишка намок, прилип к бёдрам, плотно обтянул, и это очень красиво.

Кэрри напоминает маленького ребёнка, которого выпустили на улицу после долгой болезни. Или — щенка, что вышел прогуляться впервые. Всюду суёт нос, с живым и непередаваемым интересом оглядывает окружающее. Делает это увлечённо, самозабвенно и восторженно. Не хватает только маленького хвостика.

А ещё она постоянно ко мне льнёт. Впрочем, я к ней тоже.

Кэрри присела на камень рядом и взяла мою руку.

— О чём сейчас думаешь? — промурлыкала и прикоснулась щекой к моему плечу.

— Всё о том же. Не могу понять, куда они ушли.

Она сразу нахмурилась. От нежности не осталось и следа. Убрала ладошку из моей, слегка отодвинулась и опустила взгляд.

Эта тема Кэрри не по душе. Лишь ради приличия холодно осведомилась:

— И какие мысли у тебя по этому поводу?

— Не знаю… — Сделал вид, что не заметил её обиды. — Беспокойный Матиас подозревает их в заговоре. Говорит, что терраформирологи заодно с пришельцами, поэтому и прячутся.

— Матиас… — Кэрри задумалась, подбирая слова. — Болтун твой Матиас. Трепло. Много говорит, мало делает. Вот и всё.