Однако его взгляд устремляется в сторону и фокусируется на пустом углу.

— Она так не поступит! — задыхаясь, кричит он невидимке. — Даже если ты сам так поступил!

— Кейн… — пытаюсь я снова.

— То было другое! — огрызается он.

Зыркнув напоследок на своего фантомного собеседника, мужчина встает и бредет в противоположный конец номера. Раскидав груду сваленной одежды, он отгибает пару матрасов и достает некий темный предмет. Что-то вроде кейса.

После некоторых колебаний Кейн несет добычу. И лишь когда он протягивает мне вещь, я узнаю ее. Это же один из наших наборов инструментов с ЛИНА: на передней панели ярко-красными буквами напечатано обозначение корабля и логотип «Верукса».

Еще даже не открыв чемоданчик, я уже знаю, что найду внутри: комплект небольших инструментов — отвертки, гаечные ключи, универсальные ножи, пластиковые стяжки и даже микропила, все аккуратно разложенные по размеру и расцветке.

Одна ячейка, естественно, пустая. Отсутствует самая большая отвертка, с синей рукояткой. Потому что она так и торчит из головы Ниса, в атриуме. Воткнутая в ухо в попытке положить конец страданиям — или хотя бы заткнуть нашептывающие голоса.

Я морщусь, но все же киваю Кейну.

— Спасибо.

Теперь мне понятно, с кем он якобы разговаривал минуту назад — с галлюцинацией Ниса, предостерегающей о моем замысле.

Да пошло оно все! Да, черт побери, я замышляю использовать эти инструменты для бегства — но на этот раз просто через гребаную дверь.

Вторая по величине отвертка в наборе оказывается совершенно бессильной против затвердевшего вещества, которым Диас залила дверной замок. Нельзя даже кусочков отколоть, только наконечник инструмента и затупляется.

Микропила раскалывается на две части, не оставив на таинственной субстанции даже заметной вмятины. Чего бы только сейчас не отдала за наш плазменный бур!

— Ты слишком сильно нажимаешь! — заявляет Рид, наблюдая из-за моего плеча. — Это же «БыстроЗамок». Мы разработали его для колониальных модулей, запирать помещения или преступников. Так просто его не пробьешь. Я лично контролировал испытания качества этого средства.

Стиснув зубы, встаю, сую ему в ладонь обломки пилы и приглашающим жестом указываю на замок:

— В вашем распоряжении!

К моему удивлению, он неуклюже подходит к двери — на нем по-прежнему скафандр и шлем — и опускается на колени. Затем обломком пилы покрупнее принимается осторожно скоблить «БыстроЗамок» по кромке, снимая микроскопическую стружку.

Я закатываю глаза, руки сами собой сжимаются в кулаки. Да мы умрем от старости, прежде чем Рид расковыряет замок!

Впрочем, конечно же, нет. Потому что еще задолго до этого нас разорвет на кусочки взрывом.

Черт побери! Мысленный таймер у меня в голове отсчитывает, как иссякает каждая драгоценная секунда. В любой момент мы можем услышать и ощутить грохот отдаленного взрыва — и уже в следующий наше убежище разнесет, вместе с нами. Липкий пот страха пропитывает каждый клочок моего комбинезона, да и болтающийся на поясе скафандр не добавляет приятных ощущений.

В довершение всего, в номере не смолкает тоненькое хихиканье Бекки, буквально на пороге моей слышимости. Едва различимый и приглушенный смех можно даже принять за механический шум — гул в вентиляционной системе или отголосок воя двигателей на холостом ходу.

Еще краешком глаза я то и дело замечаю маму. Мелькает белый халат, развеваются темные волосы, рот широко раскрыт в безмолвном предостерегающем крике. Начинаю подозревать, что мама показывается лишь в случаях, когда меня угораздило влипнуть в настоящие неприятности. Текущая ситуация, безусловно, всецело подтверждает догадку.

А вот Лурдес и Воллер, доходит до меня, ни разу не показывались — с тех самых пор, как я вступила на борт «Авроры». И что же это означает? Да откуда мне знать…

Внезапно Кейн хлопает меня по плечу, и от неожиданности я подскакиваю на месте. Он протягивает руку, и сначала я решаю, будто он хочет взять меня за руку. Потом соображаю: ему всего лишь нужна отвертка, которую я по-прежнему сжимаю в кулаке.

Меня, однако, одолевают сомнения как, наверное, и его самого пару минут назад, когда я спросила об инструментах.

— Не буду. Обещаю, — хрипло заверяет меня Кейн моими же словами.

Надеюсь, это не просто подражательство, вроде неосмысленного повторения ребенком «пожалуйста» или «спасибо».

Он кивает в сторону двери, и я прослеживаю его взгляд, направленный на… петли. Ох, черт, ну конечно же! Петли здесь расположены внутри помещения! В отличие от ЛИНА, «Аврора» — пассажирское судно со всеми удобствами и фишками пространства, предназначенного для человеческого проживания. В том числе и дверьми, открывающимися вовнутрь.

— Стоит попробовать, — киваю я и вручаю Кейну отвертку. Да уж, если угораздило угодить в ловушку на готовом взорваться корабле, несомненно, лучше оказаться в ней с превосходным и наблюдательным механиком — пускай и полубезумным.

— Отойдите, — говорю я Риду.

— Нет. Я знаю, что делаю, — отвечает тот, даже не поднимая головы.

С терпением у меня всегда были проблемы, и я без всяких церемоний пихаю Дэрроу в плечо. В своей коленопреклоненной позе, да еще в тяжелом шлеме на голове он моментально теряет равновесие и заваливается набок.

Признаю, крошечная и мелочная часть меня получает удовольствие от зрелища.

Впрочем, Рид немедленно снова встает на колени — физиономия красная, губы поджаты от злости.

— Да как ты смеешь…

— Смею, посмела и посмею снова, если не заткнетесь. Я пытаюсь вытащить нас отсюда. Строго говоря, в данный момент пытается Кейн, но ведь это одно и то же.

— Неудивительно, что твоя команда взбунтовалась и вышвырнула тебя в спасательной капсуле, — огрызается младший следователь и, опираясь о стену, неуклюже поднимается на ноги.

Машинально демонстрирую ему средним палец, толком даже и не осознав смысла ею фразы А ведь прежде Рид говорил совсем другое, точно-точно. Обычно в его версии развития событии я выступаю убийцей, злодейкой и стяжательницей, ради собственной выгоды жертвующей всеми и вся.

Да какая разница. Сейчас у меня нет времени на такую фигню.

По устранении помехи в виде Рида, Кейн принимается за самую верхнюю петлю двери.

Он резко бьет по основанию рукоятки отвертки, и металлический винт выскакивает до смешного быстро. Второй оказывает некоторое сопротивление, а от поведения третьего у меня и вовсе перехватывает дыхание, Однако нашему замечательному механику удается справиться и с ним.

Но вот с громким треском выскакивает последний винт, и дверь тут же перекашивается в раме. Ее правая сторона, с петлями, теперь слегка заваливается внутрь — по-видимому, залитый Диас «БыстроЗамок» разбух и сместил изначально отвесное положение двери.

Я втискиваюсь рядом с Кейном, сажусь на корточки и осторожно подсовываю пальцы в узкую щель под дверью.

— Готов?

Однако мужчина молчит, лишь тупо таращится на гладкое дерево перед собой.

— Кейн! — повышаю я голос.

Он осматривается по сторонам, и поначалу его взгляд лишь скользит по мне, словно бы я невидимка, но затем все же возвращается на меня.

— Ты, — выдавливает Кейн.

— Да, по-прежнему я. — Меня одолевают отчаяние и страх. Буквально минуту назад он был в порядке. Ну, вроде того. По крайней мере, достаточно вменяемым, чтобы понимать происходящее и какие действия от него требуются. А сейчас от того Кейна и следа не осталось…

Я вся холодею от подобной метаморфозы.

Что же сейчас творится у него в голове? Окружены ли мы массой людей, которых я не вижу? А вдруг слушать меня для него все равно что пытаться разобрать шепот в переполненной народом комнате? Что, если он потерялся в этой иной версии мира — в постоянно набитом призраками номере — навсегда?

Передо мной встает мысленный образ Кейна в серой пижаме Башни покоя и гармонии. Он одиноко сидит в углу комнаты отдыха и что-то бормочет себе под нос.