– Любезный, постой, – закричал обрадованный неожиданной встречей Николай. Ему показалось, человек его испугался и пытается убежать. – Не бойся, тебе нечего опасаться. Я лишь заблудившийся путник, а не разбойник.
Николай и сам поморщился, почувствовав, как пафосно прозвучала его речь. Излишняя витиеватость, может быть была бы одобрена его французом-гувернёром, но теперь это явно неуместно, и Николай понизил тональность к более привычному и естественному градусу.
– Добрый человек, прости, что мой конь тебя напугал.
Варя едва усмирила свою лошадку, и теперь пыталась понять, что за встречу ей приготовила судьба. Мужчина на коне. Бормочет что-то про разбойников и заблудившихся путников. Может, чудак какой? Девушка беспомощно стала озираться по сторонам. Совсем они с Агашей беззащитны сейчас.
Николай видя, что с ним не очень-то хотят вступать в диалог, спешился и подошёл ближе. Нет уж, каким бы пугливым не был встречный, пока он не выяснит, как выбраться из этого странного леса, он его не отпустит.
Но встречной оказалась девица. Она пыталась хоть немного скрыться за свою лошадку, поэтому только подойдя ближе Николай понял это. Теперь понятно, почему она испугалась.
– Ты чья же будешь? – теперь Николай разглядел и крестьянскую одежду.
– Варя… Палетова… Я из усадьбы Глафиры Никитичны Гружевой.
– Поместье Гружевой? Эк, куда я попал. Не зря мне показалось, что я забрёл на край света. Но видать тебя само небо послало за всё хорошее, что я когда-то, может быть, сделал. Скажи, мой ангел, как же добраться мне хоть и до усадьбы госпожи Гружевой.
Варя объяснила. Да что там объяснять. Езжайте по этой дороге никуда не сворачивая, мили через три будет поместье.
Варя так и не обнаружила искомый поворот.
– Благодарю, милая девушка, – обрадовался Николай и вскочил на коня. И уже тронулся с места. А потом резко натянул уздечку. Да что это с ним? Или от усталости у него совсем голова не соображает?
Николай спрыгнул с седла, бросил уздечку и подошёл к девушке:
– Почему ты одна ночью в лесу?
Глава 15
Доброе участие воспитанного молодого человека вызвало у Вари сильные эмоции. Девушка почувствовала, как огромное напряжение, в котором она находилась в последнее время, а в последние часы особенно, готово прорваться горькими-горькими рыданиями. Лишь огромным усилием воли она сдержалась, но слёзы всё же нашли выход.
– Я тоже заблудилась, – Варя старалась говорить спокойно. И если не вытирать щёки, мокрые от безостановочных слёз, незнакомец в темноте и не заметит, что она плачет. Поэтому стояла прямо, опустив одну руку, второй придерживала своего коня.
Но ошибалась Варя. Как раз её слёзы, словно капли росы на траве, в лунном свете были отчётливо видны.
И это сочетание полного спокойствия и блестящих от влаги щёк поразило Николая.
– Значит, сначала найдём твою дорогу, – Николай старался говорить мягко и уверенно, чтобы успокоить девушку. Только теперь он осознал, что она только что испытала. Мало того, что одна в лесу, так к тому же он чуть не наскочил на неё конём. – Куда ты идёшь?
– К Несупе.
– Где же она живёт? Или это он?
– Это колдун.
Николай постарался и эту новость принять спокойно, но она всё же поколебала его. В наступившей тишине он с интересом рассматривал девушку. Луна освещала её чуть сбоку.
Юная. Лет семнадцать. Очень хорошенькая, насколько он мог видеть. Интересно, зачем ей колдун? Он слышал, что иногда крепостные девушки, да и не только крепостные, привораживают женихов. Но какую же храбрость нужно иметь, чтобы одной ночью направиться к колдуну. Тут, наверное, самой нужно быть немного ведьмой.
И эти блестящие от слёз щеки, и это странное спокойствие теперь уже напрягли Николая. Неужели, деревенская ведьма? Он наслышан был и о таких.
– Как же ты идёшь к колдуну, а дороги не знаешь?
– Мне объяснили. Тут где-то должен быть поворот, но я его не могу найти.
Да нет, вряд ли ведьма была бы так по-детски растеряна.
– Знаешь, Варя, думаю к колдуну дорога будет не слишком разъезженная. Наверное, её в темноте найти непросто. Давай-ка в подробностях расскажи, как тебе объяснили.
Варя понимала, что незнакомец принял её за крестьянку, но разубеждать его в этом не захотела. В конце концов, это не имело никакого значения. Слёзы её уже высохли, она немного пришла в себя. Рядом с сильным добрым мужчиной, который захотел ей помочь, мысли её перестали метаться, как тревожные птицы, напуганные темнотой и лесом.
Действительно, она просто не заметила нужный ей поворот. Теперь надо двигаться назад.
– Сударь, если вы поможете мне развернуть телегу, то, думаю, дальше я справлюсь. Действительно, поворот где-то должен быть. Я просто невнимательно глядела.
Николай молча взял её лошадку за уздцы и стал разворачивать. На узкой дороге сделать это было не просто, но не это озадачило юношу. Речь девушки. Так крестьянки не разговаривают.
Между тем Варя шла рядом с повозкой и тихим нежным голосом кого-то успокаивала. На возу явно кто-то был.
– Спасибо, думаю, дальше я сама, не смею задерживать.
– Нет, я должен помочь Вам. Давайте вместе отыщем дорогу к этому Несупе. Надеюсь, он хоть не плут. – Николай не заметил, как перешёл на «вы».
Варя с сомнением посмотрела на незнакомца. То, что он, возможно, знаком с Глафирой Никитичной, может вызвать в дальнейшем неприятности. Но Агаша в тяжёлом состоянии, с обеда не приходит в себя, тут любая помощь может иметь решающее значение.
– Я Вам буду очень благодарна.
Глава 16
Луша управлялась по хозяйству. Дело это привычное, давно уверенно стоящее на извилистой ежедневной дороге, и Луше надо только двигаться по этому пути, не слишком мешкая временами, тогда к вечеру успешно доберётся до конечного пункта уставшая, но довольная собой.
Матушка с барщины придёт, а всё переделано, можно отдыхать. Правда, батюшкины дела ей неподвластны, батюшка почти совсем не отдыхает, вздыхала Луша.
Печку теперь топит во дворе. Хорошо летом, привольно. Поросёнку уже, наверное, сготовился целый котёл пареных очисток и шкурок от овощей. Луша открыла крышку, осторожно заглянула, горячий пар так и повалил. Вкусно, наверное. Схватила тряпку, с трудом перенесла тяжёлый котёл на лавку. Пусть остывает пока, потом она накрошит туда крапивы. Ещё вкуснее станет… Наверное. Во всяком случае поросёнку нравится.
Теперь пора для людей готовить, то есть для матушки, батюшки и для Луши. И ещё для Стёпки. Так-то Стёпка не любит чужую еду. И берёт неохотно, чаще отказывается. Если только не их очередь кормить пастуха. Тогда берёт, потому что положено.
Сегодня не их очередь кормить, но рыбу для ухи, которую сварит Луша, они наловили вместе. Рано-рано сели на бережку Русы и поймали несколько зубастых щук. Поэтому Луша отнесёт ему его долю. Возьмёт наверняка, а то так нечестно.
Луша зачерпнула ковшом воду и заскребла по дну. Вода заканчивается. В другом ведре уже давно пусто. Пора бежать к колодцу.
Дверь закрывать не стала, колодец недалеко, просто воткнула палочку в петлю, теперь всякий будет знать, что дома никого нет и заходить не станет.
Хотя, в это время к ним редко кто заходит. Бывало, подружка Маняша прибегала на дню по несколько раз, а то и Луша бегала к Маняше. Но теперь всё, набегались. Забрали Маняшу в барскую усадьбу. Давно забрали, месяц прошёл, должно быть. С тех пор она домой ещё не приходила.
Луша нахмурилась, с трудом представляя, как это день и ночь жить в чужом доме, с чужими людьми. Бедная Маняша!
А вот и сам барин едет в бричке. Луша остановилась переждать. Когда бричка поравнялась, поклонилась, не замечая долгого взгляда хозяина. Побежала дальше с вёдрами, а хозяин всё оглядывался на неё.
Глава 17
– Дорогой, последние приглашения я сегодня уже отослала, – сообщила Ольга Павловна мужу.