Пока я привязывал к лапе Грамма записку, младенец трогал пёстрые соколиные перья и заливался счастливым смехом. Сокол мужественно терпел и делал вид, что не напрягается.
— Лети к Егору, — привязав записку, приказал я.
Грамм благодарно курлыкнул и исчез в небесах. Младенец взвыл от огорчения.
— Да ладно тебе, не ори, — утешил Захар. — Скоро назад прилетит.
Мы поднялись ко мне в башню. Я взял Захара за плечо и шагнул на Знак. Вышли мы из будки в Оплоте.
— Ещё пока даже не стемнело, — просительно заглядывая мне в глаза, сказал Захар. — А где мастер Сергий живёт, я знаю. К ночи прибегу. А?
— А Марфу твою господа Головины не взгреют за то, что вместо работы на свиданки бегает?
— Не! Господа у неё добрые. Катерина Матвеевна — вовсе сущий ангел, за Марфушу только радуется. Да и Марфуша моя — огонь, а не девка, у неё в руках любая работа спорится. Всё успевает.
— Ну ладно, хрен с тобой, — благословил я. — Беги.
Захар тут же исчез за дверью. А я потопал к Прохору. Егор появился через час после меня, не подвёл сокол.
Я обрисовал проблему. Егор и Прохор переглянулись. Мастера Сергия знали оба.
— Думаешь, вурдалаков Троекуров поднял?
— Думаю, что больше думать не на кого. Задача-то у тварей — сделать так, чтобы мастер амулеты изготавливать не мог. А кому это может быть нужно, кроме Троекурова? Мертвяков его мы ушатали, лабораторию разгромили. Другой лаборатории то ли нет, то ли мощностей не хватает. Вот и пришлось вурдалаков поднимать.
— Да, пожалуй, что так… А справимся мы с тобой, вдвоём-то? Сколько их там?
— Мастер Сергий сказал, около десятка. Справимся, к ночи ещё Захар придёт. Три охотника на десяток вурдалаков — с запасом, как по мне.
Тратить силы на перемещение мы с Егором не стали, до лачуги мастера Сергия дошли пешком. Старик, как и обещал, вернулся домой — двери были распахнуты настежь.
Мы остановились поодаль, рассматривая предполагаемое место боя.
— Западни расставить надо.
— Можно. Только попозже, чтобы не вляпался никто. И сделать это нужно незаметно.
Егор ухмыльнулся:
— Нешто думаешь, вурдалаки за домом присматривают? Они ж тупые, как пробки.
— Вурдалаки — тупые. А вот тот, кто их поднимает, точно не дурак. И присматривать может запросто. Ну-ка…
Я огляделся по сторонам. Никого не заметил и свистнул — постаравшись сделать звук похожим на тот, что издавал вчера Яшка.
Сработало. Из покосившегося сарая выглянула знакомая оборванная фигура. Я жестом подозвал Яшку к себе, выдал пару медных монет.
— Скажи-ка, дружище. Ты со своей братией и сегодня за домом мастера Сергия присматривал?
— Ага. Мы тут пока в сарае живём. Хороший сарай, щелей мало. Крыша целая, не дует почти. И хозяина нет, в Смоленск на заработки подался. Нам — чего не глядеть?
— А незнакомцев поблизости не видели? Того, кто за этим домом тоже присматривал бы?
Яшка кивнул:
— Отсвечивает один, мы его ещё вчера приметили. Потрётся-потрётся вон там, — он махнул рукой в сторону проулка, — на мастера Сергия дом поглядит, да уходит. Сегодня уж два раза появлялся.
— Ага. А можешь кого-нибудь из своей команды отрядить, чтобы когда он в следующий раз появится — проследили потихоньку? Куда он уходит?
— Сделаем, дяденька граф.
— Спасибо. И передай пацанам, чтобы к дому мастера Сергия не приближались. Мы там ловушки поставим. И для ночёвки лучше бы вам сегодня другое место выбрать.
Глаза у Яшки загорелись.
— С вурдалаками биться будете?
— Нет, кино восемнадцать плюс смотреть. Вам такое рано ещё.
— Кино? — озадачился Яшка.
— Кого увижу здесь ночью — уши оборву, — объяснил на понятном языке Егор.
Теперь перевода не потребовалось. Яшка поклялся, что ночью мы рядом с домом мастера Сергия не увидим ни одной живой души, и ушёл довольный, подбрасывая на ладони заработанные медяки.
Мы с Егором предупредили мастера Сергия, чтобы из дома не высовывался, и расставили Западни, по три на брата. После чего переместились в тот самый, облюбованный беспризорниками сарай. Дом мастера Сергия отсюда и впрямь был прекрасно виден.
Стемнело быстро.
— Что-то Захарки нет, — заметил Егор. — Долго он там ещё миловаться будет?
Я пожал плечами.
— Миловаться — дело такое. Если от души, то и сутки напролёт можно, не надоест.
Егор завистливо вздохнул.
— Я вот задумался намедни: чего в тебе, Владимир, бабы находят? На вид-то ты — не сказать, что красавец писаный. Деньгами не кидаешься, дворянством не бахвалишься. Поглядеть на тебя — простой охотник, такой же, как мы. А бабы так и липнут. И всё — сами, прямо гроздьями. Почему такое? А?
— Да откуда же мне знать? Я-то не баба.
Егор хохотнул.
— И то верно… Вона, глянь — топает наш жених. Отженихался.
В проулке действительно показался Захар. Я выглянул из сарая. Свистнул, помахал рукой. Захар присоединился к нам.
— А чего вы тут сидите? Почему не в доме у старика?
— Так бить удобнее будет, когда вурдалаки полезут. Ты только, как начнётся, держись позади нас. Мы там вокруг Западни расставили, вдруг не все на тварей сработают.
Но сработали все. Нашествие началось ровно в полночь. Как только часы на башне у рыночной площади закончили бить, к дому мастеру Сергия, как по команде, ломанули вурдалаки. Миг — и вокруг дома образовалось одиннадцать тёмных фигур. Ещё миг — и шесть из них вляпались в Западни.
Улица наполнилась воем. Таким пронзительным, что жители окрестных домов полезли если не в подвалы, то под кровати — точно.
— Егор, я направо, ты налево, — приказал я. — Захар, добиваешь. Погнали!
И мы погнали. Одного из вурдалаков, что наметил для себя, я размазал издали Костомолкой. Принял на грудь две родии. Судя по тому, как тряхануло лачугу мастера Сергия в следующую секунду, Егор слева от меня сделал тоже самое. Второму вурдалаку я снёс башку, Захар пронзил её мечом. На этом эффект неожиданности закончился, но вместе с тем почти закончились и вурдалаки, избежавшие ловушек. Всего два осталось. При их скорости — пришлось, конечно, повозиться, но в итоге одного встретил Мечом я, по второму Егор, изловчившись, ухитрился попасть Костомолкой.
Пришёл черёд тех, что угодили в Западни. Времени они даром не теряли и пытались избавиться от ловушек уже известным мне способом — подпрыгивали вверх. Один даже ухитрился выскочить и в тот же миг оказался за спиной у Захара.
— Захар, ложись! — рявкнул я.
Захар без лишних рассуждений бросился на землю. А я Ударом впечатал вурдалака в стену дома. Тут же оказался рядом и срубил ему башку. Еще три родии, итого восемь. Добрая охота, спасибо, мастер Сергий!
Егор между тем разделал двух вурдалаков из пяти, оставшихся в ловушках. Захар поднялся с земли и вместе со мной бросился к невидимому «стакану» — тому, из которого тварь уже почти выпрыгнула.
Когда улица вдруг наполнилась новым адским воем. Из-за приземистых покосившихся домов на нас ринулась новая армия вурдалаков.
— Защитный Круг! — крикнул я.
Мы втроём мгновенно оказались под защитой, спинами друг к другу.
— Во влипли, — пробормотал Егор.
Да уж… Собирались-то мы добить оставшихся тварей, руки отряхнуть да по домам идти. Второго пришествия вурдалаков никто не ждал.
— Сколько их там? — Захар всматривался в беснующихся у Круга вурдалаков.
— Десятка два, не меньше… Ну? Что раскисли? Кости, родии — никому не нужны, что ли? Егор, ты слева, я справа! Захар, добиваешь! Огонь!
Мы зарядили по беснующейся толпе Костомолками. Одного вурдалака я зашиб сразу, получив ещё две родии. Второго, помятого, добил Захар. И Егору тоже помог. Азартно крикнул:
— Красным Петухом долбаните!
— Я вот тебе по шее долбану! — рявкнул Егор. — Пожаров давно не тушил? На дома вокруг погляди, им одной искры хватит, чтобы загореться!
Захар притих.
— Бей Костомолкой, — сказал Егору я.
Ещё два наших удара с огневой поддержкой Захара вынесли ещё четырёх вурдалаков, а я обогател на три родии. И всё бы хорошо, но вот мана из-за Костомолки просела изрядно, и Круг продолжал тянуть силы. Оставшиеся вурдалаки, в количестве двенадцати штук, бросались на него с удвоенной яростью. К ним присоединились ещё и те трое, что выбрались из ловушек. Итого пятнадцать