— Кто вы? — спросил я хриплым от безмолвия голосом, обращаясь к старику.
Все-таки он был тут больше моего и обладал кое-какой информацией.
Старик медленно поднял на меня глаза, мутные от печали. Ответил:
— Меня зовут Кристоф. Но я — никто, — прохрипел он, его голос был тих, как шелест листвы на ветру. — Просто тень, забытая в этом проклятом месте.
— Сколько же вы здесь? — вырвался у меня вопрос.
Старик задумался, словно пытаясь вспомнить давно ушедшее время.
— Не знаю, — пробормотал он. — Кажется, вечность. Меня просто забыли здесь, как ненужную вещь.
В его словах звучала не горечь, а скорее безразличие, словно он давно смирился со своей судьбой.
— Но почему? — не мог я успокоиться. — За что вас заточили в эту темницу?
Старик покачал головой.
— Не помню, — ответил он. — Память утекает, как вода сквозь пальцы. Осталась лишь пустота.
Я с сочувствием посмотрел на него.
— Мы должны выбраться отсюда! — воскликнул я, решимость загорелась в моих глазах.
Старик лишь горько усмехнулся.
— Многие так говорили. А в итоге, где они? Нету никого!
Но я не мог сдаться. Я знал, что должен сделать все возможное, чтобы спасти себя, Лариель и этого несчастного человека, даже если он сам уже не верил в спасение.
— Я не оставлю вас здесь, — твердо сказал я. — Вместе мы найдем выход!
Старик пристально посмотрел на меня, словно пытаясь понять — говорю ли я искренне, либо просто хочу выведать у него нужную информацию.
— Хочешь выйти отсюда? — спросил он с едва скрываемой усмешкой.
— Конечно!
— Есть один способ.
В этот момент я понял, что моя судьба переплелась с судьбой этого забытого старика. И я был готов на все, чтобы вырвать нас обоих из этого каменного ада.
— Какой? — с замиранием спросил я.
— Полезай наверх, — еще шире улыбнулся своей беззубой улыбкой старик.
— Куда?
— Видишь вон там, под самым потолком есть небольшое отверстие? Это воздуховод. На стене есть выемки, по ним ты сможешь добраться до верха. Ты молодой, сильный. У тебя получится.
Я не понимал зачем это надо — сквозь такое узкое окошко никто не сможет пролезть, максимум получится высунуть руку, — но полез.
Сердце колотилось в груди, как дикий зверь, а руки дрожали от напряжения. С трудом цепляясь за скользкие камни, я карабкался по стене темницы, одержимый жаждой увидеть, что творится за пределами моего каменного плена.
Наконец, добравшись до узкой щели, я прижался к ней всем телом, стараясь разглядеть хоть что-то в тусклом свете предрассветных сумерек.
— Есть! Я наверху.
— Хорошо. Теперь оглядись. Сквозь окошко много чего видно.
Передо мной раскинулась площадь деревушки, окутанная зловещей тишиной. В центре площади, под бдительным надзором вооруженных стражников, возвышалась жуткая махина из ржавого железа.
Это была пыточная машина, монстр из кошмаров, созданный для того, чтобы выкачивать из людей магическую силу.
Огромное колесо, усеянное шипами, медленно вращалось, готовое разорвать плоть на части. К колесу были прикованы цепи, а на них, словно жуткие куклы, висели люди.
Их лица исказили гримасы боли и отчаяния, а тела сотрясали судороги. Из их глаз, полных ужаса, лилась тьма, впитываемая мерцающим кристаллом, установленным в центре колеса.
От кристалла исходило зловещее сияние, наполняя площадь давящим ощущением безысходности.
Я с ужасом осознал, что стал свидетелем варварского ритуала, призванного высосать из людей последние крупицы магической силы.
В этот момент я понял, что не могу оставаться в стороне. Я должен сделать все возможное, чтобы остановить эту пытку, спасти людей от этой чудовищной машины и уничтожить источник тьмы, окутавшей деревню.
Но как? Как я, одинокий узник, смогу противостоять целой армии стражников и этой адской машине?
— Вы для этого меня заставили лезть сюда? — злобно произнес я. — Чтобы я увидел эту машину?
— Нет, — отмахнулся старик. — Ты смотришь совсем не туда. Хотя и на машину тоже погляди. Скоро и тебе придется на нее взобраться.
Издевательская манера старика начала меня раздражать, и я хотел уже было спуститься вниз, как он произнес:
— Смотри левее.
Я пригляделся. Возле поста охраны виднелась деревянная коробка с рычагами.
— Увидел ее? Отворницу?
— Коробка с рычагами?
— Да! Она самая! Там есть один рычаг, черный такой, посредине. Вот он открывает двери на нашем этаже. В том числе и от нашей камеры. Если его нажать, то мы на свободе.
Старик сипло рассмеялся.
— Вот видишь! Это и есть способ выбраться отсюда! — старик схватился за живот от той шутки, которую он разыграл со мной. Старик за долгие годы пребывания в заточении наполнился ядом желчи и сейчас выплескивал ее, радуясь тому, что смог найти простака, которого так легко разыграть.
Но я не обиделся. Напротив, я даже был благодарен ему за такую весьма полезную и ценную информацию.
— Кристоф, спасибо! Ты очень сильно помог мне! — воскликнул я, осторожно спускаясь вниз.
Такие слова сильно удивили старика.
— Глупый мальчишка! — пробормотал он. — Что ты задумал? Эта темница — наша могила. Никому не удалось сбежать отсюда. У тебя ничего не выйдет!
— Кристоф, ты настолько долго просидел тут, что привык к этой темнице, — произнес я, подходя ближе к старику. — Ты боишься выйти наружу, потому, что не хочешь покидать свой новый дом. Не так ли?
Старик замешкался. Он хотел ответить что-то едкое, обидное, но не смог ничего придумать. Мои слова пробрались в самую глубину его души.
— Определись, старик, — с нажимом произнес я. — Либо ты остаешься гнить тут навсегда, либо идешь на свободу. В любом случае я не намерен тут оставаться.
— Я иду с тобой! — дрожащим голосом произнес старик.
— Так то лучше! — я похлопал его по плечу. — А теперь давай, помоги мне. Насобирай камешков. Чем больше они будут — тем лучше.
— Камешков? — удивился старик. — Но зачем?
— Увидишь. А сейчас собирай камни. Отламывай от стены, ищи на полу.
Задача была сложной. Но появилась хотя бы сама возможность, а это уже многое дает. Та самая коробка с рычагами, которую старик назвал отворницей, располагалась шагах в десяти от выхода из каменной темницы. Рядом с ней располагался пункт охраны. И это было логично — устанавливать механизм, который открывал двери тюрьмы, снаружи. В случае, если кто-то один из заключенных каким-то образом выберется из своей темницы, он не сможет освободить других сидящих и поймать его будет гораздо удобней. К тому сам выход будет заблокирован.
Но я хотел кое-что провернуть. Кое-что невероятное, но все же возможное. Я приметил, что открывающий рычаг был направлен в нашу сторону. Значит, чтобы его открыть двери нужно нажать его от нас. Если получиться запустить камешек точно в цель, то получится силой инерции переключить его. Но для этого нужно попасть.
Я тяжело вздохнул. У меня был дар — я никогда не промахивался. Но сейчас…
Мои руки, огрубевшие от каменной сырости, сжимали гладкие камешки, один за другим. Старик, мой единственный компаньон в этом каменном аду, сидел рядом, его дряхлые пальцы ловко подбирали подходящие экземпляры. А их тут было предостаточно — темница была очень старой и сырой и от каменной кладки порой отщелкивались небольшие камешки.
В полумраке темницы, мы трудились, как кроты, роя путь к свободе.
— Столько хватит? — спросил старик, протягивая мне горсть.
Я сомневался, что у нас будет больше двух попыток, поэтому кивнул.
— Хватит.
Сжав зубы, я принялся карабкаться по скользким выступам стены, цепляясь за малейшие неровности. Камешки, сжатые в ладони, мешали, но я не смел их выпустить.
Наконец, добравшись до заветного окошка, я с трудом протиснул в него руку.
Рычаг был близко, попасть не составит труда… не составило бы раньше. Я сделал глубокий вдох. Прицелился. Охраны рядом не было, они делали обход и у меня было ровно секунд двадцать, чтобы попытаться открыть двери.