Игорь вдруг осознал, что высказал свои мысли вслух, и теперь нужно как-то выкручиваться.
Елизавета подняла плечи, не давая ему возможности отвести взгляд от вздымающейся груди.
– Игорь, это ложь, – раздражённо воскликнула она, – все наши совместные годы ты не испытывал влечения ко мне. Ты…
Игорь сделал шаг вперёд, и, не давая Елизавете закончить фразу, наклонился, поцеловал в губы. Всё произошло на глазах у изумлённой дочери. Лиза не ответила на поцелуй, но и не оттолкнула. Из-за разницы в росте целоваться было неудобно, поэтому Игорь выпрямился и просто обнял Елизавету, прижал её к себе. Игорь бы поднял её вверх, но для этого Лиза должна была протянуть к нему руки.
Елизавета так и стояла в оцепенении. А Игорь обнимал её за плечи.
Очередь резко продвинулась, и Даша потянула родителей за собой. Они оторвались друг от друга, схватились за чемоданы. И до регистрации не проронили ни слова.
По билетам, в самолёте, Игорь должен был сидеть рядом с Елизаветой, но она попросила Дашу сесть между ними.
Дождавшись, когда Даша отлучится, Игорь пересел ближе к Елизавете и предложил:
– Давай на четыре дня забудем все обиды и проведём время вместе, как семья.
За бортом расплывались ледяные облака.
– Не вынуждай меня пожалеть о том, что поехала, – глядя в иллюминатор, попросила Елизавета.
Глава 8
День прошёл, и Игорь видел – она не пожалела. Елизавета прятала улыбку за бумажным зонтиком из бокала с коктейлем. Игорь понял, что она, так же, как и Даша, довольна, и был счастлив.
Времени не так много, Елизавету на работе отпустили всего на два дня. В субботу рано утром вылетели, а в ночь на среду уже нужно будет вернуться домой.
На завтра запланировали погружение с аквалангом, с него начнётся Дашин день рождения.
А сегодня заселились, искупались, плотно поужинали. И в баре на пляже, под шелест волн, наслаждались экзотическими коктейлями.
– У тебя обгорели плечи, – Игорь сидел рядом с бывшей женой, и едва сдерживался, чтобы не коснуться рукой покрасневшей кожи, – зря не послушалась, и сложила зонт.
Елизавета фыркнула, поджав губы.
Вместо неё ответила Даша.
– Мама стремится быстрее загореть, потому что в её молодости «жареные окорочка» были в моде, – в голосе Даши слышалась насмешка.
– Загар всегда в моде. – Игоря покоробила злая ирония дочери. – Но здесь нужно быть осторожнее с солнцем: мы в Африке.
Даша собиралась сказать что-то ещё, но Игорь остановил её суровым взглядом.
Елизавета поставила бокал на стол, зонтик от резкого движения выпал из коктейля. В глазах бывшей жены читалась благодарность, Игорь понял: не всё у неё с дочерью гладко.
Елизавета поправила волосы, и Игорь увидел то, на что обратил внимание ещё на пляже: уродливый рубец на надплечье. Коснулся, чуть сдвинул вырез её платья.
Елизавета дёрнула плечом. Шов кустарный, грубый, неровный.
Игорь сразу понял, что это за травма.
– Перелом ключицы. Лет семь назад, – уверенно диагностировал он.
– Восемь, – Елизавета убрала его руку и вернула бретельку платья на место.
Ей не хотелось вспоминать то время: в гипсе, она была абсолютно беспомощной, сама почти ничего не могла делать. Даша её кормила, умывала, переодевала.
Игорь сжал руку в кулак.
– Восемь лет назад я ещё работал. Почему тебя оперировал какой-то мясник?
Елизавета усмехнулась.
– Мы живём в разных городах, – ей вдруг захотелось, чтобы он вернул руку обратно, под бретельку её платья.
– Я бы прислал машину. Неужели ты сомневалась? Доверила своё тело непрофессионалу. Шов можно сделать аккуратным, нужно лишь немного собранности и бережного отношения к женскому телу.
Последние слова вызвали у Елизаветы бурю эмоций.
– Именно из-за твоей любви к женским телам, я не стала тебе звонить. – Елизавета выплеснула накопленные за многие годы упрёки, отчаяние и боль. На этом бы остановиться, но она зачем-то добавила:
– Я бы не смогла видеть твоих медсестер.
Надо же, она знала про интрижки с медсестрами. А Игорь-то всегда считал, что берёг жену от лишней информации.
– Никого бы ты не увидела под наркозом, – Игорь не выдержал, нервно рассмеялся, но быстро взял себя в руки. – Ты до сих пор злишься на меня? У тебя своя жизнь, и… ты же знаешь, меня не исправить, такой уж я человек.
Даша с интересом наблюдала за ними, и не понимала, почему мама не кричит в ответ: «Да, ты безнравственный, безответственный человек». Она изо дня в день повторяет это как мантру.
– Игорь, ты прав, я сама тысячу раз пожалела, – в голосе Елизаветы слышалось искреннее сожаление, – я привыкла к этому шраму, но понимаю, что он безобразен.
Игорь почувствовал угрызения совести. Да, он – последний человек, к кому бывшая жена обратится за помощью. И дело не в нём, и не в его изменах. Многие годами мирятся с изменами. Елизавета – гордая и независимая. Категоричная. Будет упорно отрицать, что нуждается в поддержке и помощи. Призналась, что пожалела, но в своё время была сильно обижена. Зачем она доводила до крайностей – Игорь не понимал. Как мог, сглаживал. Но ему тоже хотелось ласкового слова, доброго взгляда. А Елизавета тогда переключила внимание на ребёнка и отдалилась.
– Пап, ты что, можешь поставить диагноз через восемь лет? – удивилась Даша.
Игорь с Елизаветой переглянулись. Да, дочь мало знает об отце.
Елизавета опустила глаза, Игорь подумал, что она расстраивается из-за рубца.
– Шрам тебя не портит, – успокоил Игорь, ласково погладил Елизавету по плечу, – но его можно было сделать менее заметным. Сейчас – только корректировать лазером. Решишься – дам контакты специалиста.
Вот оно, счастливое мгновение. Во взгляде Елизаветы Игорь уловил едва заметную нежность.
Елизавета повернулась к дочери. Голос её стал мягче.
– Даша, я же говорила: твой отец профессионал.
Даша не понимала.
– Ты говорила, что он бабник, избегающий ответственности, – напомнила дочь.
Игорь развёл руками.
– Спасибо за правду. Девочки, я рад, что вы обе согласились приехать сюда со мной.
Даша не могла поверить, что её папа гениальный врач. А то, что мама его защищает – вообще осталось за гранью понимания.
Даша весь вечер наблюдала за гостями отеля. Сомнений не было: самый яркий и представительный мужчина сидит за их столиком, ухаживает за мамой, и за Дашей тоже. Не обращает внимания ни на кого вокруг, хотя на него женщины заглядываются. Родной папа. Совершенно чужой и незнакомый.
Глава 9
В день рождения Даши сразу после завтрака вышли на причал, откуда стартовала группа дайверов.
Елизавета наотрез отказалась от погружения. В руках у неё был фотоаппарат, а Даша и Игорь, в костюмах аквалангистов, позировали для фото.
Елизавета подумала, что со стороны их трио выглядит как обычная семья. Ей понравилось так думать. Дашка светилась от счастья – сбылась её мечта. А для Елизаветы счастьем было уже то, что Даша не вспоминает про ралли.
Дочь отчаянно искала экстрима, и ей не хватало отца. Сегодня всё при ней.
Подошёл инструктор. Игорь и Даша присоединились к группе.
Утреннее солнце ещё было щадящим, можно посидеть под зонтиком на берегу. Но Елизавета не стала добавлять солнечных ванн на пострадавшую кожу. Елизавета поняла: курортный отдых ей нравится вечером. Вернулась в номер, чтобы поговорить с Серёжей без свидетелей. Он выйдет на связь, как только закончится гонка.
Сергей появился в сети раньше. Он рассказал сокрушительную новость. На трассе произошла авария. После этого смысл слов доходил до Елизаветы плохо. «Даша, Даша, Даша» – стучало в висках. Даша так рвалась участвовать в этой гонке.
Впереди машина перевернулась, и машина Сергея в неё врезалась. Серёжа в больнице с переломами, штурман в реанимации. Штурман, которого Серёжа наспех нашёл на замену Даше – крупный мужчина. Ему зажало ноги. Его вырезали из машины. Серёжа продолжал говорить, но Елизавета слушала через слово. С ним самим всё в порядке – наложат гипс и отпустят. Пожаловался, что ему больно, упрекнул, что Лиза не рядом, когда он страдает.