— На Зерване-4 ничего не произошло.
Никто не смел распространяться о случившемся, однако скрыть всю правду было невозможно. Ведь на Зерване-4 присутствовали контингенты других легионов. Они всё донесли своим примархам, как и летописцам Имперская Армия может ничего и не говорила, но перед Террой тоже отчиталась. Простой народ пребывал в неведенье, но сильные мира всего содрогнулись от наглости Мойрана, который кажется не понимал, что творит и был полностью уверен в том, что поступает правильно.
Я же получил ранение и не смог поучаствовать в финальном захвате сердца планеты, однако даже находясь в госпитале слышал отголосок взрыва психической энергии. Проклятый меч явно хранил в себе нечто очень опасное, чем Мойран не гнушался пользоваться. И из-за осознания последствий даже по моей спине прошёл холодок. Последствия могли быть ужасными и раз я находился здесь, то за всем внимательно следил и Тзинч, что лишь омрачало возможное будущее.
— Зараза! — рявкнул я, когда хирург не очень аккуратно достал очередной осколок хрусталя.
— Обезболивающее и так на максимуме. Терпите.
Как иронично, сам я рассуждал о том как опасно использовать дары варпа, но при этом в бою тоже обратился к силе Тзинча. Снова. Мне казалось это "другим", что в отличие от Мойрана у меня всё получится. Наверное он, как и любой радикал, думал также. Только вот примарх по праву сил мог так считать, а я… я просто немного кривил душой и лицемерил, обманывая в первую очередь самого себя.
— Помните, как вы играли с Тюхе в регицид? — спросил меня хирург, который тоже посещал ложу.
— Да.
— А как назывался дебют вашей второй партии?
— Кажется… Сука! — снова ругнулся я, а затем стиснул зубы и завыл.
Хирург хотел отвлечь меня, чтобы достать новый осколок хрусталя. Он делал всё максимально аккуратно, но порой нельзя было достать хрусталь и не задеть нерва. Кроме того и потерять сознание он мне не давал, требуя чтобы я мобилизовал свои ресурсы с помощью психической энергии. Операция была на самом деле очень сложной и опасной для жизни. Я выжил только благодаря хрусталю, который в конечном итоге хоть и спас меня, но разлетелся на тысячи осколков словно динамическая броня.
В результате кумулятивная струя не убила меня. Рыцарю правда досталось, однако его тоже починят, ведь внутренности с большего остались целыми. Кроме того примарх уже одержал победу и прямо сейчас силы поднимались обратно на поверхность с трофеями. Нам удалось захватить склады, производственные цеха, а также адамантий. Надо будет его отжать и укрепить своего Рыцаря. И болтерных пушек поставить, штуке две, на голову.
— ДА ЧТОБ ТЕБЯ!!! — снова заорал я, увлёкшись мыслями и едва не сломал собственное плечо, когда попытался встать.
Встать мне мешали прочные ремни, однако покалечить себя попытками вырваться я вполне мог. Но так или иначе операция продолжилась и очень быстро меня подлатали. Кроме того силы варпа действительно увеличивали мою регенерацию. А ещё причёска у меня была теперь бомбезная благодаря сияющему радугой цвету. Приходилось правда красить их, чтобы не смущать членов экипажа.
В госпитале я решил не оставаться и сразу отправился на место ложи. После появления примарха многим было что обсудить и поэтому встречу собрали раньше назначенного срока. Там я нашёл раненых товарищей, а также тех, кто уже вернулся с боевых задач и хотел выдохнуть. Космодесантников сейчас было меньше обычного, они все находились рядом с примархом в момент финального штурма, но был Тюхе, лицо которого теперь закрывала маска.
— Выглядишь лучше обычного, — усмехнулся я, садясь рядом.
— У меня маска, — в шутку Тюхе сразу не въехал, ведь как и все легионеры, в том числе примархи, его социальные навыки были настолько же плохо развиты, насколько хорошо были развитые военные.
— А я и не заметил.
— О, сарказм, как же я сразу не понял, — ответил Тюхе и подмигнул, давая мне знать, что не ущемился: на свою внешность ему было плевать.
— Ну, давай, комментируй произошедшее. Оценивай безумство своего отца от нуля до десяти.
— Полегче юноша, не забывайся. Мы хоть и находимся в ложе, можем говорить прямо и открыто, но уважение быть обязано. Ты не знаешь Мойрана столько, сколько знаем его мы. Он многое сделал как для Империума, так и для легионов.
— Легионов?
— Да, не только для нас, но и для других наших братьев. Поэтому не говори о нём в таком тоне.
— Хорошо, больше не повторится. Но всё же… он не уничтожил тот проклятый меч, не передал его куда следует, а оставил себе, так ещё и явно использовал какую-то магию, чтобы переплавить его на оружие по меньше. И смею заметить, что металла с того клинка хватило бы на куда больше мечей.
— А куда Мойран должен был его передать? Лично на Терру отвести?
— О, так ты всё же тоже знаком с сарказмом и иронией.
— Быстро учусь у смертных и надеюсь, что ты тоже будешь учиться у нас. Примархи находятся на совершенно ином уровне. Мойран одновременно способен командовать сразу всеми ротами, отдавать максимальное чёткие приказы им и координировать всю битву. Он знает, что делает и мы не способны с ним спорить, ведь не можем заглянуть в будущее настолько же далеко, как он.
— И в каком это будущем использование проклятых мечей может довести до чего-то хорошего?
— В том же, в котором тебя не сожгли за магию на Камелоте, Мордред. Мир полон хаоса и этого не изменить. И то, что мы не можем победить, мы должны возглавить.
— Чумба, ты чё несёшь? Ты себя слышишь? Мятеж удумал? — шикнул я, перейдя на несвойственный ложам заговорческий шепот.
— Да чтоб тебе на голову трон упал, какой мятеж, Мордред? Природа храм и мастерская человечества в равной мере. Варп не исчезнет, мы должны учиться жить с ним и делать его собственным инструментом. Мы должны покорить его!
— Какая природа, Тюхе? Ты пьяный?
— А что по-твоему варп? Это такое же явление природы.
— Природа это деревья, цветочки…
— Вот из-за такого узкого мышления между нами и существует пропасть под названием "непонимание".
— Расизм, я почувствовал запах расизма.
— Мы одной расы, Мордред, — вздохнул Тюхе, после чего устало опёрся подбородком на подставленный кулак. — Сложно всё это. Ты конечно тоже в чём-то прав, но я верю, что Мойран знает, что делает. Он не безумен и крайне силён. В нём воли побольше, чем в любом из других примархов.
— Может и так, — примирительно сказал я, понимая что наш спор лишь благодаря спокойствию и хладнокровности Тюхе не перерос на повышенные тона. — В конечном итоге не мне об этом говорить.
— Ещё партейку в регицид? У тебя получается всё лучше.
— А ещё я заучил двадцать три дебюта, что позволит сэкономить нам время в начале партии. Тебе наверное невероятно скучно было ждать пока я сам дойду до правильного хода.
— Лицезреть развитие одна из прелестей смертной жизни.
Тюхе был удивительным космодесантником и действительно очень сильно отличался от всех других. И порой мне действительно казалось, что подобное вовсе не ошибка. Ведь так или иначе создавая примархов Император создавал для себя и инструменты. Каждый должен был играть свою роль и решать свою задачу, при этом делая это идеально. Так может быть Мойран и его сыновья должны были служить примером человечности?
Астартес не были следующей ступенью эволюции, они были созданы для войны на благо Человечества. Однако с такой силой об этом можно было легко забыть, превратившись в просто убийц, для которых насилие и война должны продолжаться вечно. Моя теория мне нравилась, хотя и сам я видел некоторые несостыковки в ней.
Однако стоило нам лишь расставить фигуры на доске, как гул двигателей десантных шаттлов затмил всё. Словно в яростной атаке к земле мчались корабли, а затем началась высадка сил Тёмных Ангелов.
— Что происходит? — тут же Тюхе попробовал вскочить, однако не смог этого сделать из-за ещё незаживших ран. — Зачистка этой зоны завершена, как и в целом главные силы должны выводиться.