— Ну понятно, — сказала она. — И что же ты ему посоветовал? Пускай обязательно приезжает? Решил свою молодость вспомнить, да? — Она опять засмеялась.
— Алла, — сказал он, — какие глупости!
— Олег, — сказала она, — ты же ничего не умеешь скрывать. У тебя же всегда все на лице написано...
* * *
В диспетчерской «Горэнерго» дежурный диспетчер Василий Егорович Антипов, отец Ирины Васильевны, держал возле уха телефонную трубку.
— Можешь хоть определить, где прорвало? — сказал он в микрофон служебной рации.
— Я же тебе говорю, угол Суворова и Космонавтов, — прохрипел в рации далекий голос.
— Это я уже слышал, Сорокин, — возразил Антипов. — Я тебя русским языком спрашиваю, что́ прорвало: центральную магистраль или ответвление? — Перед Василием Егоровичем лежал альбом схем, и, насупив брови, он разглядывал одну из них.
— А черт его знает, — прохрипел голос в рации. — Пар кругом... И темно...
Василий Егорович перевернул страницу, взглянул на другую схему, пожал плечами, перевернул страницу обратно...
— Но если ты на месте ничего не видишь, то как же я по схеме-то угадаю? — рассудительно спросил он.
* * *
— Ну и что будем делать? — кричал в микрофон своей рации дежурный слесарь Сорокин. — Дождемся, пока утонем в кипятке?
Сорокин стоял на тротуаре.
Откуда-то снизу, из-под асфальта, подымался густой белый пар. В двух шагах уже ничего не было видно.
— Надо воду перекрыть, — прозвучал в рации голос Антипова.
— Вот японский городовой, — выругался Сорокин. — Да как же я ее перекрою, когда не известно, где порыв?
Сидящий за рулем дежурного «пикапа» шофер Калганов восхищенно мотнул головой:
— Ну профессора!
— Где мастер Поддубный живет, знаешь? — спросил в рации голос Антипова.
— Ну? — сказал Сорокин.
— Езжай за ним. Он разберется.
Сорокин открыл дверцу машины.
— Постой, Сорокин, — сказала рация. — Надо бы место порыва огородить. А вдруг кто провалится.
— А чем я тебе огорожу? — поинтересовался Сорокин.
— В дежурном «пикапе» полагается иметь щиты ограждения, — объяснила рация.
— Полагаются блины на масленицу, — огрызнулся Сорокин.
— Ну профессора! — восхитился опять шофер Калганов.
Сорокин сел рядом с ним.
«Пикап» тронулся.
* * *
Из подъезда большого дома гурьбой, с возгласами, с хохотом, высыпала компания молодых людей.
Девушка в белом свадебном платье выбежала на середину улицы, раскинула в стороны руки, закружилась, запела:
— Приходите свататься, я не стану прятаться...
Парень в темном костюме подскочил к ней, упал на одно колено, крикнул:
— Сватаю!
Девушка остановилась, высокомерно посмотрела на него, спросила:
— А вы кто такой, гражданин?
Оба расхохотались.
— Горько! — закричали кругом.
Парень и девушка осторожно прильнули друг к другу, поцеловались.
Забренчали гитары.
Парень, рупором приставив ко рту руки, крикнул:
— Люди, не спите!.. Ну пожалуйста! Я сегодня женился, люди!
Гитара заиграла громче.
Шумная компания двинулась вдоль по улице...
* * *
Дежурный слесарь Сорокин стоял на лестничной площадке и жал на кнопку звонка.
Никто не открывал.
— Повымерли все, что ли? — проворчал он и толкнул дверь.
Она оказалась незапертой.
Сорокин вошел. Огляделся.
Прихожая была захламлена. У стены стоял старый велосипед. Рядом — детская коляска без колеса. Лыжи, обернутые в одеяло.
— Есть кто живой? — громко спросил Сорокин.
Никто не отозвался.
Он прошел на кухню.
За столом сидел старик и пил чай с вареньем.
— Чего дверь-то нараспашку? — спросил Сорокин. — А если украдут тебя, отец?
Старик заулыбался.
— Проголодался маленько, — объяснил он.
— Приятного аппетита, — пожелал Сорокин. — А сын твой где, Василий?
— Это? — старик показал на банку с вареньем. — Райские яблоки. Желаешь?
— Сын где, спрашиваю? — крикнул Сорокин.
— Чего орешь? — обиделся старик. — Я не глухой. Уши только не слышат. Кого тебе?
— Мастера Поддубного! — крикнул Сорокин старику в ухо.
— А! — сказал старик. — Нету его. На именинах у тещи. Я один дома. — Он засмеялся. — Имущество от воров стерегу.
...Сорокин стоял у «пикапа» и говорил в рацию:
— Нет Поддубного и до утра не будет.
Рация молчала.
— Ты меня слышишь, Антипов? — поинтересовался Сорокин.
— Я обдумываю, — прозвучало в рации. — Придется к начальнику района ехать, к Иванову... Энгельса три, квартира пять.
— А ты ему позвони.
— Невозможно, — ответила рация. — Новый дом, телефонов еще нет.
Сорокин сел рядом с шофером. Захлопнул дверцу.
— Ну работнички! — сказал шофер Калганов.
* * *
Шеренгой, держась под руки, компания молодых людей — в центре жених и невеста — шла по улице.
Пели песни, играли на гитаре.
Дежуривший на посту милиционер увидел их и пошел навстречу.
Ребята остановились.
Милиционер взял под козырек.
— Лейтенант Ковалев.
— Добрый вечер, — весело и нестройно прозвучало в ответ.
— Доброе утро, — поправил милиционер.
Ребята засмеялись.
— Обязан сделать замечание, — сказал милиционер. — Нарушаете постановление горисполкома о соблюдении тишины в вечернее и ночное время.
— Разрешите вопрос? — сказал жених.
— Слушаю.
— В постановлении горисполкома указано, что в свадебную ночь тоже нельзя шуметь?
Милиционер посмотрел на невесту, спросил:
— Он у вас что, из клуба веселых и находчивых?
— Понятия не имею, — сказала она. — Только сегодня познакомились.
Кругом опять засмеялись.
— Где такую красавицу нашел? — спросил милиционер жениха.
— В универмаг завезли, а я мимо проходил, — ответил тот.
Грянул смех.
Лейтенант Ковалев тоже улыбнулся и взял под козырек.
— Желаю счастья, товарищи новобрачные, — сказал он.
* * *
Слесарь Сорокин стоял в прихожей квартиры, где жил начальник района Иванов.
Жена Иванова, в длинном байковом халате, распаренная со сна, говорила громким шепотом:
— И не мечтай!.. Не пущу!.. Еще чего?.. Грипп у него. Тридцать девять и три. Обойдетесь.
— Так ведь авария, — объяснял ей Сорокин. — На углу Суворова и Космонавтов трубу прорвало. Иванов знает, какие задвижки закрывать... Неужели не ясно?
— Мне все ясно, — сказала женщина. — Как авария — так Иванов. А как детям второй срок в пионерлагере — так Иванову места нет... Извини-подвинься... Последняя спица в колеснице. Все, хватит! Как вы к нам — так и мы к вам... Не имеете права подымать больного с постели.
— Кто там? — раздался из-за стены простуженный голос.
— Спи, Коля, — сказала женщина. — Это не к нам, это к Рябининым гости из Саратова.
...Сорокин стоял возле «пикапа» и слушал в рации голос Антипова.
— ...Надо было ее отстранить и войти, — объяснил Антипов.
— А ты приезжай и дерись с бабами, — посоветовал в ответ Сорокин.
Шофер Калганов посмотрел на часы.
— Знаешь, что я тебе скажу? — сказал он. — Гнать вас всех метлой поганой...
* * *
Руднева разбудил телефонный звонок.