Третий крестьянин

На игры, друг!

Второй крестьянин

Да где же ты родился,

Что этого не знаешь?

Аркит

Недалеко.

Сегодня игры здесь?

Первый крестьянин

Такие игры,

Каких ты в жизнь не видывал: сам герцог

Присутствовать на них намерен лично!

Аркит

Какие ж будут состязания там?

Второй крестьянин

Бег и борьба.

(В сторону.)

А право, он красавчик.

Не хочешь ли пойти ты с нами?

Аркит

Нет.

Четвёртый крестьянин

Ну, нет, так нет; ступай своей дорогой.

Товарищи, идём!

Первый крестьянин

Подозреваю,

Что это парень дошлый: посмотрите,

Как он сложён.

Второй крестьянин

Пускай меня повесят

Когда решится он бороться! Он?

Чтоб он боролся? Этакая каша!

Яичница! Не медлите ж, идём!

Крестьяне уходят.

Аркит

Является такой удобный случай,

Какого я не смел и ожидать.

Мне приходилось много раз бороться,

И говорили знатоки, что я

Борюсь прекрасно; точно так же в беге

Я отличался: ветер, вдоль по ниве

Несущийся, колосья нагибая,

Не мог лететь быстрей, чем я летел.

Итак, решаюсь: в бедную одежду

Оденусь я, чтоб узнанным не быть;

Как знать: быть может, мне венок украсит

Чело; быть может, счастье приведёт

К тому, что буду жить я близко к милой!

(Уходит.)

Афины. Комната в тюрьме.

Входит дочь тюремщика.

Дочь тюремщика

Как мне любить такого человека?

Мы так различны: родом я ничтожна,

Простой тюремщик мой отец, а он

Он знатный принц! Чтоб он на мне женился,

О том, конечно, нечего мечтать,

А быть его любовницей – безумно.

Прочь эти мысли! Что за испытания

Готовятся нам, девушкам несчастным,

Как только минет нам пятнадцать лет!

Его увидев в первый раз, нашла я

Его красивым, – в нём так много есть,

Что женщинам понравиться могло бы,

Когда б желал он нравиться; потом

Жалеть его я стала, и, понятно,

Какая же из девушек, мечтавших

Когда-либо о женихе красивом,

Чтоб девственность свою ему вручить,

Его не пожалела бы! А после

Его я полюбила, – полюбила

Безумно, беспредельно! У него

Ведь есть кузен, – как он, красавец тоже,

Но в сердце у меня царит один

Лишь Паламон, – царит там безраздельно!

Как слушать я люблю по вечерам,

Как он поёт, хоть песни эти грустны!

А как он говорит! Нет дворянина,

Который бы изящней говорил!

Когда я утром прихожу, чтоб воду

Подать ему, – свой благородный стан

Сгибает он и так меня учтивой

Приветствует он речью: «С добрым утром,

Прекрасная девица! Пусть тебе

За доброту твою дарует небо

Хорошего супруга!» Он однажды

Меня поцеловал – и десять дней

С тех пор свои я обожала губы;

О, если б так он делал каждый день!

Но вечно он грустит и этой грустью

Моё терзает сердце. Чем могла бы

Я доказать, что я его люблю?

Как я его обрадовать хотела б!

Попробовать его освободить?

Что скажет правосудье? Иль я слишком

Забочусь о законе, о родных?

Так, решено: ему я дам свободу

И в эту ночь иль завтра, может быть,

Добьюсь того, что он меня полюбит!

(Уходит.)

Площадь в Афинах.

Короткие звуки рожков и крики народа за сценой. Входят Тезей, Ипполита, Пиритой, Эмилия и Аркит в крестьянской одежде, в венке, за ними народ.

Тезей

Ты действовал прекрасно; я не видел

С тех пор, как с нами Геркулеса нет,

Таких могучих мускулов; ты в беге

Был первым, и в борьбе ты отличился,

Насколько лишь возможно в наше время.

Аркит