Когда все пострадавшие были доставлены в лазарет, остальные — успокоены, Ричард начал выяснять, куда его занесло.
Как он и ожидал, прыжок получился недалёким. В галактических масштабах — буквально топтание на месте, они сместились на какой-то десяток световых секунд сравнительно со своим прежним положением. Но когда Ричард сверил время, у него глаза на лоб полезли.
За их три секунды в Эмпирее для внешнего мира миновал целый месяц!
И ещё неизвестно, сколько времени им предстояло провисеть тут — без двигателей, без сверхсветовой связи, с дышащими на ладан системами жизнеобеспечения. Не имея ни малейшего понятия, что творится в Галактике, и не выскочит ли рядом с ними флот Жнецов.
Не самая приятная перспектива, но в сравнении с гарантированным распиливанием корабля теми же Жнецами — уже преимущество.
* * *
— Я не понимаю, зачем ты это сделал? Если ты уже понял, что я не та, за кого себя выдаю…
— Ну, во-первых, это была не моя идея — вытаскивать тебя живой, — откровенно признался Ричард. — Лично мне бы вполне хватило и спасения твоей Эссенции. Нет, мне конечно пригодится хоть один действующий телепат в команде, но не такой ценой. За то, что мы всё-таки пошли на большее, поблагодари 1337. Хотя лично я выразил бы ему благодарность парой хороших ударов по морде.
— Я тебя понимаю, — кивнула Дэйр-Ринг. — Это был уже не героизм, а фактическое самоубийство. Но всё-таки, даже просто Эссенцию — зачем? Ни один нормальный зелёный не упустил бы шанс от меня избавиться чужими руками…
— А кто сказал, что я нормальный? — хмыкнул Ричард. — Мне лично белые марсиане ничего плохого в жизни не сделали. Если уж говорить начистоту, то у меня гораздо больше претензий к моему собственному виду.
— Ты хочешь сказать, что сможешь относиться ко мне так же, как раньше?
— Да, именно это я и хочу сказать. Я не расист, я ненавижу всех разумных одинаково…
Дэйр-Ринг удивлённо на него посмотрела, затем напряжённо усмехнулась:
— Не шути с таким. Ты не знаешь, что такое настоящая ненависть ко всему живому, ты её не испытывал. Я знаю, ты думаешь, что у тебя отвратительный характер и даже гордишься этим. Но по сравнению с моим народом, ты чудесный добрый дядюшка из сказок.
Ричард в свою очередь усмехнулся про себя. Он охотно верил, что большинство белых было первостатейными негодяями, что по марсианским, что по земным меркам. Но вряд ли даже самому жестокому и коварному из них пришло бы в голову создать вирус, способный полностью истребить его собственный народ.
— Ну значит, побуду добрым дядюшкой для разнообразия, таким я ещё точно не бывал.
— Ты серьёзно? Ты правда думаешь, что я могу остаться в команде, и всё будет как прежде?
— Нет. Не как прежде. Лучше.
— Но что скажет Дж-Онн? И что будет, когда мы вернёмся?
— Я так далеко не загадываю. До возвращения ещё дожить надо. А что касается моего братца…
— Он же Преследователь… Он обязан меня арестовать.
Тут была интересная юридическая загогулина. В принципе, быть белым — не преступление. Но на Ма-Алека-Андре вообще не было преступлений — в земном смысле этого слова. За отсутствием уголовного кодекса. Как и Конституции, и любых других оформленных словами законодательных актов. Зелёные марсиане в самом буквальном смысле следовали не букве закона, но его духу. Каждый Преследователь мог в любой момент арестовать любого другого марсианина и доставить его в Храм правосудия. Никаких юридических оснований для этого не требовалось, вполне достаточно того, что «морда не понравилась». Здесь жрецы призывали двуглавого Духа Закона. Одна его голова воплощала понимание справедливости всеми ныне живущими марсианами, вторая — всеми когда-либо жившими. Прочитав память подозреваемого до самых глубин подсознания, Дух выносил приговор. Это могло быть как наказание любой степени тяжести, так и награда любой степени щедрости — предполагаемых героев доставляли в Храм точно так же, как и предполагаемых преступников. Поэтому невиновные марсиане не особо жаловались, когда их тащили в Храм. Они были уверены, что получат от Духа достойную компенсацию за необоснованный арест. Только если две головы Духа не могли договорится и выносили различные приговоры, дело передавалось Ассамблее Разумов. Такое нечасто, но случалось. Мнение предков не всегда совпадало со мнением потомков.
Но по вопросу «Что делать с пойманным белым марсианином?» головы всегда были на редкость единодушны. Ссылка в Зону Сохранения. Никаких исключений.
Впрочем, не так уж много белых им после войны попалось. Легко поверить, что все они были не слишком приятными типами. Так что обвинять коллективный зелёный разум в предвзятости рановато — не хватало статистики. Но отдавать им на расправу Дэйр-Ринг Ричард уж точно не собирался. Будь эта двухголовая тварь хоть самым справедливым судьёй во Вселенной.
— Знаешь, малыш Джонни конечно отличается некоторой твердолобостью. Но вряд ли до такой степени. Он ведь по внутренней профессии у нас философ. По идее должен понимать, что такое источник права. До возникновения его юрисдикции ещё миллиард лет. Ну предположим, арестует, и куда он тебя потащит? И куда сошлёт, если Зона Сохранения ещё даже как пространство не возникла? Ну а если вдруг окажется, что именно настолько, что свой философский ранг он получил просто за красивые глаза, что ж, в ловушке для душ у него будет достаточно времени, чтобы пополнить своё образование.
* * *
Первым делом он решил восстановить связь. Благо, сам сверхсветовой передатчик почти не пострадал — превратились в непонятные произведения абстрактного искусства только излучающие антенны. Их снятие и установка запасных не должны были занять более суток, если направить на это усилия большинства хурагок.
И вот тут Ричарда ожидал первый за день приятный сюрприз (ну, исключая тот, что они вообще остались живы). Хотя антенны и деформировались в кошмарно изогнутые спиралевидные кристаллы, от одного взгляда на которые начинали болеть глаза, их работоспособность от этого ничуть не упала! Наоборот — новая форма каким-то образом способствовала фокусировке сигнала в Эмпирее. Так что стоило лишь заменить сгоревшие предохранители, и они заработали — да ещё как! Радиус связи возрос на порядок и превзошёл теоретически доступную для технологий Ковенанта дальность.
Более того, этот сигнал шёл не по прямой (насколько вообще в Эмпирее бывают прямые линии), а по какому-то замысловатому изгибу. Попытка запеленговать его источник ничего бы не дала — она бы указала совершенно иную точку.
«Кто вообще мог надумать такое?! Лучший специалист на борту по многомерной физике — это я. И да, я разрабатывал в своё время концепцию многомерных антенн. Ещё на верфях. Но математического решения я так и не нашёл, просто сумел доказать, что оно в принципе возможно! И… вообразить во всех подробностях столь сложную топологию за ТРИ СЕКУНДЫ?! Когда все мои мысли были заняты только одним — как вырваться и выжить?!»
Но расследование могло подождать. Сейчас нужно было воспользоваться этим подарком судьбы, и узнать, наконец, что творится в космосе…
* * *
— Всё-таки живой? — Святейшая чуть удивлённо наклонила голову. — Потрясающе. Удивительная ты субстанция, «Ма-Алефа-Ак». В воде не тонешь, в огне не горишь. Я уже начала готовиться к эвакуации без тебя.
— И я тебя рад видеть, хвостатая. Что творится в космосе? Вас ещё не съели?
— Если под «нами» ты имеешь в виду Ковенант, то ещё нет. Сейчас они с аппетитом кушают Империю Сангхейли. Закончат с ними — примутся за нас.
— А Кортана?
— Сотворённые пропустили Жнецов через своё пространство. Боевые действия с ними прекратились.
— Ничего не понимаю… а человеческие планеты?
— Их тоже пожирают, но медленнее. Похоже, пауки договорились. Катализатор даёт ей время на эвакуацию части планет, а она сдаёт остальные.
— Что-то совсем непохоже на Сотворённых. А как же Мантия Ответственности?