Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

- У нас обоих есть к нему личные счёты, - обращаясь к Дарию, проговорил Верховный Инквизитор, продолжая держать Розенберга под прицелом своего взгляда. - Поэтому я прекрасно понимаю, что вы чувствуете. Но всё же я предпочитаю, чтобы все законы были соблюдены.

- Разумеется, - отозвался Княжевич, хотя ему так и хотелось с этим поспорить.

Арест был произведён по всем правилам. Карла Розенберга доставили в темницу Инквизиции. Дальше началось расследование, закончившееся судом. В этом деле Дарий Княжевич оказался не только обвинителем, но и свидетелем.

Регина Воронич выразила желание ответить на все его вопросы и быть в курсе дела, но она не слишком много могла рассказать о том, почему её жених ввязался в эту историю с анонимными письмами, которая в результате привела его к гибели. Возможно, он верил в то, что так ему будет проще рассказать правду специалистам МН и заодно предупредить Веронику, оказавшуюся второй случайной свидетельницей убийства декана Университета Магии. Но Аркадий Фогль, бывший начальник Дария, был одним из людей Карла Розенберга и действовал в его интересах. Возможно, за содействие ему пообещали денег, а, может быть, усиление власти. Сейчас уже некому было ответить на эти вопросы - Фогля не было в живых, а Розенберг, по приговору суда полностью лишённый магической силы и находящийся в отдельной камере инквизиторской темницы, был погружён в полную апатию и ни с кем не разговаривал.

Несмотря на страшную потерю любимого человека, Регина держалась с достоинством и силой, которая, должно быть, была фамильной особенностью их семьи. Это восхищало Дария, но почему-то ещё больше разжигало в нём чувство вины. Он мог бы вычислить Фогля, мог бы первым найти автора анонимных писем, мог бы оказаться на том складе раньше. Но история не знает сослагательного наклонения, и даже магия не способна переиграть события прошлого. Во всяком случае, он таких случаев ещё не встречал.

Общение с Региной не прервалось после того, как приговор суда был приведён в исполнение. Княжевич надеялся, что эта девушка сможет вернуться к жизни и снова научится улыбаться, он по мере сил старался помочь ей в этом. Окончание университета обещало ей будущее, в котором не будет Артура, но, возможно, всё сложится не так уж плохо. Иногда, разговаривая с ней, Дарий ловил себя на том, что пытается отыскать в её лице черты Вероники. Он всё ещё скучал по ней, и это, чёрт возьми, продолжало сидеть в нём, подобно глубоко вошедшей занозе.

В этот вечер Княжевич собирался немного развлечь Регину, поздравить её с окончанием Университета Магии и расспросить о её планах на будущее. Но этому помешало появление Мартина Шталя. Он в самые неподходящие моменты выпрыгивал, как чёрт из табакерки, всё то время, что Дарий его знал, а знал он его давно.

Когда Мартин отклонил брошенный в его сторону бокал с водой, Регина поднялась с места и, развернувшись, направилась к выходу из кафе, по дороге едва не сбив с ног официанта с подносом. Шталь с ухмылкой проводил её взглядом, а Дарий бросился вслед за ней, чудом избежав столкновения с только что вошедшей в зал кафе молодой парой. Девушка уже вышла из помещения, когда он догнал её и тронул за плечо.

- Я тебя отвезу, - проговорил Дарий.

- Не нужно, я на машине, - ответила Регина, отводя взгляд.

- Прости...

- Это не твоя вина, - пожав плечами, произнесла девушка. - Наверное, я, в самом деле, слишком рано решила, что могу жить дальше. А тебе лучше вернуться туда.

- Вернуться? - переспросил Княжевич.

- Он явно хотел о чём-то поговорить с тобой. Пока он больше никому настроения не испортил, лучше вернись. Только не забывай, что я собираюсь прислать тебе приглашение и буду тебя ждать.

- Хорошо, - заставив себя улыбнуться, отозвался Дарий и, наклонившись, поцеловал девушку в щёку. - Я не хотел, чтобы этот вечер закончился так. В следующий раз выберем какое-нибудь место, где он точно не появится.

- Договорились, - проговорила она и, развернувшись, направилась к стоянке автомобилей.

Возвращаясь в кафе, Княжевич надеялся на то, что, испортив им вечер, Шталь куда-нибудь удалился, но тот по-прежнему сидел за столиком и даже успел заказать себе бутылку бурбона. Глядя на невозмутимое лицо Мартина, Дарий вспомнил Аркадия Фогля. Он знал, что Мартин убил его, обставив всё так, чтобы это выглядело как самоубийство, и для самого Шталя тоже не было секретом, что Дарий знает об этом. Вот только арестовать его пока было невозможно. Мартин Шталь, несмотря на то, что был связан с Розенбергом, ловко сумел выкрутиться и убедить всех, что он не имел никакого отношения к его грязным делишкам. Возможно, в отношении жены Мартина Инны это и было правдой, её отец и жених предпочитали держать вдали от своих дел, но Дарий ничуть не верил в то, что Шталь мог чего-то о них не знать и не быть замешанным в том, что делал и планировал Карл Розенберг.

- Угощайся, - кивнув на бутылку, бросил Мартин, и Княжевич невольно задался вопросом, откуда Шталь мог узнать о его последнем пристрастии в крепких напитках.

- Каким чёртом тебя сюда занесло?

- Хотел с тобой встретиться, а в офис МН меня как-то не тянет, - отозвался Шталь. - Неприятное местечко. И как только ты можешь там работать?

- Нам не о чем говорить, - произнёс Дарий.

- На твоём месте я бы не был так в этом уверен. Мне кое-что стало известно. Я бы держал это при себе, но, видишь ли, приходится признать, что может понадобиться твоя помощь.

Глава 7

Я не помнила, сколько времени проспала, но, когда открыла глаза, за окном уже было светло, а из коридора доносился голос миссис Лукас, которая отчитывала Тео за то, что он не допил чай и не доел свою порцию овсянки. Это утро казалось таким же обыденным и привычным, как и предыдущие. Мне потребовалось несколько минут, чтобы осознать события прошедшего дня. Я сдала сложный экзамен, затем мы гуляли по Лондону, а вечером в дом пришли гости, чтобы отметить день моего рождения. Мне исполнился двадцать один год - переломный момент в жизни любой ведьмы или мага. Не было ничего удивительного в том, что после столь шумного и наполненного событиями дня ночь показалась какой-то скомканной, да и уснуть мне удалось далеко не сразу.

Вот только кое-что тревожило меня и не давало, как обычно, сразу же подняться с кровати и, умывшись, присоединиться к Тео за завтраком. Я села и, обхватив колени руками, на некоторое время задумалась. День рождения не был безалкогольным, но не столько же я выпила, чтобы не отличать друг от друга сон и реальность!

Я помнила, как, поворочавшись в постели, отправилась на кухню, чтобы попить воды. Полезная привычка держать на столике возле кровати бутылку или графин с водой ещё не была мною освоена, поэтому пришлось спускаться и подниматься по лестнице в полутёмном доме. На обратном пути я наткнулась на Тео. Мы были в доме одни - миссис Лукас приходила утром и уходила по вечерам. Ему тоже не спалось, и, налетев на него, я едва не свалилась с лестницы.

Дальнейшие воспоминания выглядели странно и казались куда более бледными, словно я не была до конца в них уверена. Я собиралась вернуться в свою комнату и снова попытаться заснуть - это я знала совершенно точно. А Тео... Кажется, он сказал что-то о том, что хочет ещё раз меня поздравить, а после этого... Вот чёрт!

Я попыталась оживить в памяти события этой ночи, но они продолжали путаться и норовили ускользнуть от меня, как рыбки в освещённой солнцем воде, если бы мне вдруг вздумалось ловить их руками. Тёплые ладони Тео на моих плечах, моя осторожная, чтобы не споткнуться на ступеньках, попытка вырваться и проследовать дальше, неловкие объятия. Поцелуй - поначалу короткий и донельзя осторожный, словно он боялся обжечься, но постепенно становившийся всё более уверенным, долгим, даже напористым. Его пальцы, развязывающие пояс моего халата, шорох соскользнувшей на ступени лестницы ткани, снова поцелуи. Прохладная шероховатость стены, к которой я оказалась прижата спиной, когда Тео вдруг резко развернулся, всё ещё прижимая меня к себе.

75
{"b":"603957","o":1}