Литмир - Электронная Библиотека
A
A

— В таком случае запретил бы ей или придумал что-нибудь.

— Но он тебе не соперник, и…

Василию пришлось поспешно схватить Дмитрия за руку, поскольку тот широкими шагами устремился к танцующим. Оттащив друга в сторону подальше от любопытных ушей, он прошипел:

— Да ты рассудка лишился! Устроишь сцену лишь потому, что она танцует и веселится? Ради всего святого, Митя, что с тобой?

Дмитрий с бешенством воззрился на Василия, но тут же медленно перевел дыхание:

— Ты прав. Я… о дьявол… влюбленный школьник, это еще мягко сказано.

Лицо его осветилось извиняющейся улыбкой.

— Так ты ее еще не завоевал?

— И что же? Думаешь, моя страсть от этого стала меньше? Заверяю, ты ошибаешься.

— Тогда тебе необходимо отвлечься, друг мой. Кстати, Наталья здесь.

— Мне совершенно все равно.

— Болван, конечно, все равно, — нетерпеливо бросил Василий. — Но она так старалась и наконец нашла тебе невесту, если, конечно, верить ее словам. Идеальную партию. Вспомни, ты сам просил ее…

— Забудь об этом, — резко перебил Дмитрий. — Я решил не жениться.

— Что?!

— Ты меня слышал. Если я не могу жениться на Кэтрин, значит, останусь холостяком.

— Да ты это серьезно? — запротестовал Дашков. — А как насчет наследника?

— С таким же успехом я могу признать всех детей, которых даст мне Кэтрин.

— Ты шутишь!

— Тише! — велел Дмитрий. — Александр ведет ее сюда. Весь следующий час Дмитрий больше ни на миг не отпускал Кэтрин, и каждая минута стала для нее радостью. Он танцевал с ней все танцы, немилосердно поддразнивая тем, что она будто бы отдавила ему ноги, и вообще был в таком прекрасном настроении, что Кэтрин в жизни так не веселилась… до тех пор, пока он не оставил ее на попечение Василия, а сам отправился за прохладительным.

Какая-то навязчивая дама немедленно утащила Дашкова танцевать. Оставайся он с Кэтрин, наверняка бы увел девушку подальше от сплетниц, собравшихся в кружок и, казалось, совершенно не заботившихся о том, что Кэтрин может их услышать. Она и сама бы отошла, но сначала болтовня светских кумушек попросту ее забавляла.

— Говорила же я вам, Анна, она просто англичанка, одна из родственниц его матери. Почему бы еще Митя стал так ухаживать за ней?

— Чтобы заставить Татьяну ревновать, конечно. Разве не видите, что она как раз приехала со своим женихом?

— Чепуха. Реши он заставить Татьяну ревновать, не отходил бы от Натальи. Она тоже здесь. И всему свету известно, что именно Наталья его любовница и что Митя навестил ее после того, как Иваницкая отвергла его и приняла предложение графа Лозийского. Представляю, в какое бешенство пришел князь!

— Ошибаетесь, Анна. Бедный мальчик был так расстроен, что немедленно покинул Москву, укрылся в Санкт-Петербурге и три месяца не выходил из дома.

— Да, но сегодня, по всему видно, он позабыл о всех печалях.

— Конечно. Не станет же он показывать Татьяне, как несчастен. Она и без того поступила так жестоко, без всякого предупреждения представив ему своего жениха. И это после того, как Митя приехал в Москву, чтобы второй раз сделать ей предложение!

— Так вы думаете, он все еще любит ее?

— А как по-вашему? Только взгляните на княжну. Вон там, у колонны. Скажите, какой мужчина устоит перед ней?!

Кэтрин против воли повернулась туда, куда показывал веер говорившей, и, поспешно отвернувшись, отошла, не в силах слушать дальше. Но худшее уже случилось. Княжна Иваницкая оказалась самой ослепительной красавицей на свете. Действительно ли Дмитрий все еще любит ее? Но может ли быть в этом хоть малейшее сомнение?

Он использовал тебя, Кэтрин, и лгал, утверждая, что ездил в Австрию. Почему? Настолько переживал, получив отказ княжны, что попросту забыл отправить тебя домой вовремя? И вообще, зачем ему ты? К чему он притворяется, что хочет тебя, ведь ты в подметки не годишься такому неземному созданию, как княжна.

— Леди Кэтрин? Кэтрин не сразу обернулась — чересчур давно к ней никто так не обращался. Но голос был слишком знаком. Кэтрин застонала про себя и тут краем глаза увидела приближающегося Дмитрия. Тот остановился в нескольких шагах и смертельно побледнел, услышав обращенные к ней слова. Но Кэтрин сейчас было не до него. Главное — объясниться с британским послом, старинным другом отца. Господи, она совершенно упустила из виду, что может встретиться с ним на балу!

— Какой сюрприз, лорд…

— Вы удивлены? Да я глазам не поверил, когда увидел вас танцующей! Сначала я решил, что ошибаюсь и, конечно, малышка Кэтрин не может находиться здесь, но оказалось, что это действительно вы. Какого дьявола вы делаете в России?

— Это долгая история, — уклончиво ответила Кэтрин, стараясь поскорее сменить тему разговора. — Давно вы не получали писем от отца?

— Совсем недавно, и должен сказать, что…

— Он не упоминал о моей сестре… ее замужестве? На этот раз Кэтрин удалось отвлечь посла.

— Как оказалось, леди Элизабет сбежала с лордом Сеймуром. Помните такого? Довольно неплохой парень, но граф был, конечно, в бешенстве, пока не обнаружил, что сведения, собранные о Сеймуре, совершенно неверны.

— Что?! — едва не взвизгнула Кэтрин, позабыв о собственных бедах. — Хотите сказать, что все было зря?

— Что именно? Поверьте, я совершенно ни о чем не осведомлен, — проворчал посол. — Ваш отец упомянул о свадьбе только в связи с вашим исчезновением, да и то лишь потому, что вы обе пропали одновременно. Джордж ожидал, что леди Элизабет может сбежать, и поэтому не волновался, предположив, что вы отправились с молодыми людьми в качестве дуэньи. Только через две недели, после возвращения новобрачных, поднялась суматоха. Все считают вас погибшей, миледи.

Кэтрин в ужасе охнула:

— М-мое письмо, в котором я все объясняла, должно быть, затерялось! О, это ужасно!

— Возможно, вам стоит написать отцу еще одно, — сухо предложил Дмитрий, подойдя к ним.

Кэтрин заметила, что он успел полностью оправиться от потрясения. По правде говоря, если судить по выражению его лица, знаменитая вспыльчивость Александровых вот-вот возьмет верх и он сейчас взорвется. Но почему? Кажется, он всему виной!

— Дмитрий, мальчик мой! Ты ведь знаком с леди Кэтрин Сент-Джон, не так ли? Я видел, как вы танцевали.

— Да, леди Кэтрин и я уже встречались. Надеюсь, вы извините нас, господин посол, мне нужно сказать даме несколько слов.

И не дав никому времени возразить, буквально потащил Кэтрин из залы вниз по лестнице. Ей удалось отдышаться только на крыльце, но не успела она высказать все, что думает о Дмитрии, тот уже усадил ее в карету и наконец дал волю гневу:

— Так все это правда?! Да знаете ли вы, что наделали, леди Кэтрин?! Имеете ли хотя бы малейшее представление о последствиях, о…

— Что я наделала? — неверяще ахнула Кэтрин. — Как ты смеешь?! Я с самого начала сказала, как меня зовут и кто мой отец! Это ты, проклятый всезнайка, не желал ничему верить!

— Но ты могла бы убедить меня! Рассказать, что делала дочь графа в тот день на улице, да еще к тому же одетая в лохмотья!

— Но я рассказала! И никакие это не лохмотья, а платье, взятое у моей горничной! Я же говорила!!

— Ничего подобного!

— Конечно, говорила. Объяснила, что переоделась потому, что заподозрила сестру в намерении сбежать с лордом Сеймуром! И видишь, так все и произошло! А могла бы помешать этому, если бы не ты!

— Катя, ты и словом не обмолвилась ни о чем подобном.

— Обмолвилась! Не могла я промолчать! — И видя, как угрюмо сдвинулись брови Дмитрия, неловко пробормотала:

— Ах, какая разница? Ты с самого начала знал мое имя и положение, и я даже сумела доказать тебе, что могу вести дом и управлять имением! Но ты до сегодняшнего дня был слишком упрям и тупоголов, чтобы смириться с очевидным. Господи, как была права Маруся! Вы, русские, обо всем судите по первому впечатлению и ни за что не хотите признать собственной ошибки!

— Ты закончила?

— Думаю, мне больше нечего сказать, — сдержанно объявила Кэтрин.

66
{"b":"17577","o":1}