— Пусть порадуются, — Лас откинулась на спинку. — Когда ещё они смогут на самом деле побывать на Луне.
— Что с тобой случилось? — поинтересовалась Вейс. — Ты как будто помолодела лет на шестьдесят. Или на все восемьдесят. Лас! Что стряслось?
— Не знаю, Вейс, — Лас закрыла глаза. — Мы живём с тобой сорок три года, а видимся только на кухне.
— Неправда! И ты это знаешь!
— Правда, — Лас открыла глаза. — ты всегда ворчишь, что я не с тобой, даже если я рядом.
Вейс кивнула.
— Мне чего-то хочется, Вейс. Быть с тобой чуточку больше. Мы почти не говорили о том, что было и как мы жили.
Вейс снова кивнула.
— Как только наши специалисты всё там, — Лас махнула рукой в сторону планеты, — осмотрят, я хочу вернуться. Туда, куда ты предложишь. И устроить отпуск. Нам с тобой. Что скажешь?
— Ой, Лас! — Вейс расстегнула ремни, наклонилась к Лас, чтобы обнять её. — Я так рада! Ты правда этого хочешь?
Лас кивнула.
— И ты правда не сердишься… за то, что я тебя выдала тогда?
Лас вздохнула.
— Она не нашла меня, Вейс. Человек, которого я любила больше жизни, спрятал меня. Она нашла меня потом, гораздо позже. Но ты не причинила мне зла. Это правда.
Вейс прижалась головой к её груди и замерла. Лас чувствовала, как её подругу оставляет напряжение, как ей становится легче. Услышала всхлип.
— Не надо, Вейс. Не здесь.
Вейс кивнула, вернулась на своё место, вытерла глаза.
— Знаешь, Лас, мне нравилось. Там, у тебя дома — спать на коврике у твоей кровати. Я часто смотрела на тебя и думала — она поедет на само Сердце Мира, станет знаменитой, и я буду о ней рассказывать…
Лас улыбнулась.
— Ты всё ещё хочешь обо мне рассказывать?
— Конечно! Только ты не разрешаешь! Я давно хотела написать мемуары.
— Пиши, — Лас приоткрыла шторку. Луна… огромная, сияющая — оранжевый шар, весь в оспинах кратеров и со слабой дымкой у поверхности — остатки атмосферы. Хороший автопилот. Действительно, легко настроить.
— Ты разрешаешь?! — не поверила Вейс.
— Конечно. Только я буду вначале всё читать.
— Читай! Как скажешь! — Вейс снова было начала расстёгивать ремни.
— Дома, — Лас откинулась в кресле, прикрыла глаза. — Поцелуешь меня дома. При всех, если хочешь. А сейчас пристегнись.
Вейс рассмеялась.
— Ловлю на слове! Сыграем?
Лас открыла глаза.
— Ты хочешь играть? Серьёзно?
— Я хорошо играю, — Вейс вытащила коробку — поле и фишки для «Крепости». — Сейчас увидишь.
— Когда это ты научилась? — скептически усмехнулась Лас.
— Так я тебе и сказала! Играешь или струсила?
Лас рассмеялась.
— Играю. Сколько партий?
— Пять, — предложила Вейс. — У нас ещё два часа. Должно хватить.
— Хорошо, — Лас хищно улыбнулась, потёрла ладони. — На что играем?
— На желание, Лас.
Лас замерла, глядя в глаза подруги.
— Хорошо, Вейс. На желание.
Правая ладонь Лас коснулась правой ладони Вейс. Кто нарушит обещание, того покарает Владычица Моря. А она умеет карать.
* * *
Тесан включила селектор минут за двадцать до посадки.
— Бабушки! Вы там не уснули?
— Ещё минутку, дорогая, — отозвалась Лас. Три партии вничью — одну она выиграла, и теперь, несомненно, проигрывала. Лас десять раз становилась чемпионом Шеам и трижды — Тераны. Вейс не походила на саму себя — играла очень остро, комбинаторно. Кто бы мог подумать! И кто её учил? И как понимать то, что до этого дня она играла средненько? Притворялась?
— Сдаюсь, — признала Лас очевидное. — Ничья, Вейс. Что будем делать?
— Сыграем ещё одну партию, — предложила Вейс. Глаза её странно блестели — словно вот-вот расплачется. — Там, дома. Что скажешь?
— Согласна, — Лас долго смотрела ей в глаза. — Где ты так научилась играть?
Вейс показала ей язык и обе рассмеялись.
— Не скажу. Всё, убирай стенку, внуки соскучились!
* * *
— Ой, это было здорово! — Тесан очень устала, это было видно, но виду не подавала. — Няня! Ты где так научилась управлять? Мы пролетели над самой поверхностью! Я даже немного испугалась!
— Прочитала инструкцию, — отозвалась Лас. — Всё, милые мои, бабушки уже устали. Поможете нам?
— Конечно! — отозвались Эверан и Тесан в голос. И убежали.
— Тебе не стыдно? — поинтересовалась Вейс. — Ты же не устала. И я не устала.
— Стыдно, — Лас взяла её за руку. — Ужасно стыдно. Но им приятно помогать нам, разве ты не заметила?
Вейс рассмеялась, махнула рукой — да ну тебя! И тут из-за густых кустов орешника появился Инженер.
— Мы всё закончили, теаренти, — он учтиво поклонился Лас. Вейс и Лас поклонились в ответ. — там есть новый проход. Мы постарались его заблокировать, нам потребуется провести ещё несколько исследований. Когда вам удобно?
— Послезавтра я уезжаю, — Лас посмотрела на Вейс, та кивнула. — Оставлю вам всё хозяйство. Вам хватит двух недель?
— Да, теаренти! Конечно!
Лас взяла его за руку и отвела в сторонку.
— Дорман, — шепнула она. — Вас ведь так зовут? Дорман?
Инженер улыбнулся и кивнул.
— Зовите меня Лас. Пожалуйста!
— Теаренти, — он смутился. — Мне запретили, вы же знаете.
— Чушь, — Лас сердито посмотрела ему в глаза, снизу вверх. — Я так хочу! Чтобы меня звали по имени! Неужели я прошу невозможного?
— Нет, Лас, — ответил Инженер и посерьёзнел. — Спасибо.
— Дорман, — Лас не отводила взгляда. — Простите, если я вас задела. Мне очень хочется, чтобы мне сейчас было на семьдесят лет меньше. И чтобы вы об этом знали.
Он долго смотрел ей в глаза и молча кивнул. Лас отвернулась, быстрым шагом отправилась назад. Прошла мимо встревоженной Вейс и в дом — к себе в комнату.
Вейс поймала её на пороге. Лас махнула рукой, не глядя — входи. Уселась, не переодеваясь, на кровать и заплакала. Вейс подбежала, обняла её и замерла. Прошёл час, потом полтора — они так и сидели. Не говоря ни слова, просто глядя на сгущающуюся черноту.
— Бабушки! — постучала Тесан. — Ужин готов!
Бабушки и внуки, Неиверин 14, 51 от пришествия, 1288 В.Д., 23:30
За ужином Тесан выглядела чем-то расстроенной.
— Что случилось? — поинтересовалась Вейс. — Что-то потеряла?
— Как ты догадалась? — поразилась девушка.
— Ты несколько раз прикасалась к шее, похлопывала себя по карманам, — пояснила Лас. — Я тоже обратила внимание.
— Медальон, — буркнула Тесан и вызывающе посмотрела на брата. — Чьи-то дурацкие шутки! Кто-то за это схлопочет!
— Я-то тут при чём? — удивился Эверан.
— Вот при чём, — Тесан достала из кармана лист бумаги, бросила на стол. — Спасибо, — поклонилась, как положено, хозяйкам дома и быстрым шагом покинула столовую.
— Можно? — Лас протянула руку. Эверан, мрачнее тучи, передал ей лист.
Лас первым делом поднесла лист к носу, прикрыла глаза. Что чутьё у няни невероятно острое, знают все.
— Вырван из блокнота. Это ты написал, Эверан? — поинтересовалась она.
— Нет! — Эверан вскочил. Вейс взглядом заставила его сесть на место. — Простите, няня! Я не писал этого!
Лас кивнула, вновь поднесла лист к носу. Задумалась.
— У тебя есть авторучка, которая пишет тёмно-синим?
— Там, в комнате, — Эверан кивком указал вверх.
— Принеси, пожалуйста. И захвати блокнот, если в нём такие же листы.
— Зачем? — удивился Эверан.
— Делай, как она говорит, — велела Вейс. Парень кивнул, встал и, не забыв поклониться, покинул столовую.
— Ты хорошо их воспитала, — заметила Лас.
Вейс фыркнула.
— Ты их воспитывала! И всё ругала, что я им потворствую!
— Тебя они сразу слушаются.
Вейс махнула рукой.
— Да ну тебя! Просто ты не любишь повышать голос. А это на них действует лучше всего.
— Не сердись, — Лас встала, подошла к Вейс и погладила ту по щеке. — Смотри, — положила на стол перед той лист.
— «Я отдам твою безделушку, если осмелишься встретиться со мной», — прочла Вейс. — Странно. Это не почерк Эверана. Но кажется, что писал он.