— Простите… прости, Май, — Лас прикрыла глаза. — Воспоминания.
Светлая присела на соседний стул.
— Вы расскажете мне? Про прабабушку! Я сижу иногда у неё в комнате, — Светлая оглянулась. Тесан стоит далеко — как часовой — и ей всё равно не слышно ни слова. — Когда мне очень обидно! И она меня слышит! Только не смейтесь!
— Что ты, милая, — Лас серьёзно посмотрела в её глаза. — Над таким не смеются. Постой, а как ты сидишь в её комнате? Тебе разрешают ездить туда, в старый дом?
— Нет, всё перевезли сюда! Её комната теперь здесь!
Лас ощутила, как забилось сердце.
— Покажешь?
— Конечно! У меня ключ! — Светлая показала. — Я могу ходить туда когда хочу.
Лас закрыла книгу. Май посмотрела на обложку.
— Печальная сказка! Я один раз прочитала, больше не хочу.
— Почему же печальная? — улыбнулась Лас. — Ведьму простили, всех, кто умер — вернули к жизни. И стали все жить в счастье, долго-долго.
— Нет! Не вернули! — Светлая взяла её за руку. — На самом деле не вернули, — сообщила она доверительным шёпотом. — Это потом уже придумали! А у него в сказке все умерли, один за другим. И их быстро все забыли. Очень грустная сказка! Я потом неделю плакала, мне всё снилось!
— Май, — Лас почувствовала, как по спине прополз холодок. — Откуда ты можешь это знать?
— Я не знаю, — ответила Светлая робко. — Он был очень несчастлив. И написал много таких сказок, чтобы и другие были несчастливы. Но я его простила. Его просто никто не понимал.
Лас сдержала улыбку. «Я его простила». Ох, малышка, ты всё говоришь верно, но никто его так и не понял, никто так и не простил. Может, этого и хотел Майри-Та — уйти так, чтобы все его проклинали, забрать проклятие с собой, чтобы никому больше не досталось.
Это пришло как озарение. Что, если так и было? Считается, что Майри-Та знал некую тайну — что умел словом и вызывать чувства, и разрушать их. Что пользовался этим, чтобы сводить счёты и вымещать давние обиды. И что всё это вернулось к нему самому и свело его с ума… Но так ли это было?
Великое Море, чем я забиваю себе голову!
— Ты права, — Лас вздохнула. — Его никто не понимал.
— Не читайте её больше! — попросила Май.
— Не буду, — Лас поставила книгу на место. — Няня зовёт, — обратила она внимание на Тесан, выразительно указавшую на часы. — Пора ужинать!
— Ага! — Светлая вскочила на ноги. — Я покажу вам её комнату, после ужина! Хотите?
— Очень хочу, — Лас потрепала её по голове. Привычно, сама не понимая, что делает — как потрепала бы свою внучку. Светлая засмеялась.
— Можно! Вам можно! — и побежала к няне. И вместе с ней — пошла, стараясь идти чинно и спокойно. Не очень-то у неё это получалось.
КрепостьТегар-Тан, Вассео 1, 21:00
Комната словно вернула Лас в далёкое прошлое. Вещи говорили — воспоминаниями, возвращавшимися при взгляде или прикосновении. Книжный шкаф, где больше всего путевых заметок путешественников, исторических трудов, книг по археологии и геологии. Она исполнила свою мечту, стала известным археологом. Но это словно две разных женщины — одну уже считают легендой, сказочным персонажем, другую — известным учёным, на счету которого несколько крупных открытий.
— …Мне немного обидно, что о нас никто не узнает, — заметила Лас. За окном шёл унылый дождь, постукивал по стеклу, рисовал на нём струйками таинственные знаки.
Май улыбнулась, пожала плечами. Последние несколько лет она мёрзла, когда за окном плакал дождь. Камин почти всегда был растоплен, и кошка сидела у ног хозяйки — грела их.
— Может, и узнают. Может, кто-нибудь напишет другую сказку, пусть и не такую светлую. Может быть, ты сама и напишешь?
— Я?! — удивилась Ласточка.
— Я знаю, что ты пишешь. Книгу про розы, ведь так?
— Кто тебе сказал? — подозрительно воззрилась Лас- Таэнин. Её хозяйка рассмеялась.
— Я всё ещё умею угадывать. Немножко читаю мысли. У тебя руки постоянно испачканы чернилами, когда ты приходишь по вечерам, вот и всё…
— …Лас? — Светлая осторожно потрогала её за руку. — Вы так смотрите на это кресло. Что-то случилось?
— Она обычно сидела в нём, — указала Лас, — у камина. А я сидела вон там, на стуле. Других кресел не было, а мне всегда было лень нести их сюда.
Лас присела на корточки у камина. Странно. Свежая зола. Им пользуются?
— Мне его растапливают, — Светлая присела рядышком. — Я и сама умею, но не разрешают. — И надулась. — Мне нравится смотреть на огонь. И она мне сразу же отвечает. Хотите, растопим?
— Не сейчас, милая, — видно было, что девочка ждала другого ответа. — Чуточку позже, ладно? — Лас поднялась, обогнула кресло и подошла к книжному шкафу. За стеклом стоял медвежонок — наверное, самая старая из сохранившихся вещей. Водоросли, которыми он набит, всё ещё пахнут — успокаивающий, освежающий запах. От него лучше спится.
— Возьмите, — девочка открыла шкаф и достала медвежонка. — С ним лучше спится. Он прогоняет плохие сны!
— Спасибо, — Лас улыбнулась, приняла игрушку. — Я верну его! Как только плохие сны уйдут, я верну!
Девочка серьёзно кивнула.
Тесан всё это время стояла у окна — смотрела вокруг широко раскрытыми глазами и молчала. Ей здесь нравится, это видно. Но боится проронить хоть слово.
Я не буду больше плакать, подумала Лас. Мне нужно было чаще бывать здесь. Воспоминания. Мне не хватало хороших воспоминаний. И я всё время пыталась убежать от плохих.
— Няня! — Тесан сделала шаг вперёд. — У тебя что-то с глазами!
Лас удивилась. С глазами? Посмотреть в зеркало? Она шагнула к зеркалу и после первого же шага рухнула, свалилась наземь.
И Светлая, и Тесан бросились к ней.
— Нет, — Светлая заметила, что Тесан готова вызвать помощь — взяла брошку. — Я сама!
Она приложила ладони к вискам Лас и та почти сразу же открыла глаза.
— Что случилось? — Лас уселась — Светлая помогла ей. — Что это было?
— Обморок, няня, — встревоженно ответила Тесан. — Как себя чувствуешь? Вызвать врача?
Свет в комнату приугас — лампы померкли — и вновь стало светло.
Светлая выпрямилась, посмотрела в сторону зеркала.
— Тебе здесь не место! — заявила она резко. — Уходи!
Ни Тесан, ни Лас не успели понять, что происходит. В следующее мгновение зеркало помутнело и из него шагнула призрачная фигура — женщина в саване. Там, где у людей лицо, у призрака была клубящаяся воронка — провал в ничто. Тесан побледнела, уселась на пол. Лас, у которой сильно схватило сердце, достала мобильник. Руки как отнялись — едва не уронила, не было сил нажать на сенсоры.
— Май, беги! — Лас хотела крикнуть, но сумела только прошептать.
Светлая кинулась. Но не к двери — к камину.
* * *
Девочка схватила пригоршню золы, обернулась. Призрак плыл к Тесан, та лежала без чувств, а Лас пыталась совладать с телефоном — безуспешно. Светлая подбежала к призраку и тот замер, словно в нерешительности.
— Мир тебе, — Светлая смотрела, бесстрашно, в провал, заменяющий призраку лицо. — Мир тебе и покой, уходи отсюда и не возвращайся!
И бросила в «лицо» призрака пригоршню золы.
Лас услышала вопль — он ударил по ушам, хлестнул так, что в голове зазвенело. И сразу же прошла слабость, в голове прояснилось. Светлая склонилась над Тесан.
— Не бойтесь, — девочка прижала ладонь ко лбу новой няни. — Она ушла. Сейчас она проснётся! Няня, просыпайся, всё уже кончилось!
Тесан словно ждала команды — открыла глаза и уселась.
— Холодно! — пожаловалась она. — Ужас как холодно! Что это было?!
Светлая метнулась к камину, принесла в ладошках ещё золы. Протянула Лас.
— Возьмите! Возьмите, пригодится!
Лас протянула ладонь. Во второй руке медвежонок, и вовсе не хотелось его отпускать. Светлая выглянула за дверь, тут же закрыла её.
— Она не одна! Помогите мне!
* * *
Тесан сразу пришла в себя — схватила стоявшую у камина кочергу. Все втроём они вышли за дверь.