— Простите, госпожа Лас-Вейрон? — Вейс склонилась в поклоне. Лас долго тренировала её и выучила — так, что теперь не стыдно попасть и на глаза самой королеве. Императрицей её зовут только чужеземцы.
— Просто Вейрон! Я знаю, что ты называешь сестру «Лас»!
— Простите, госпожа Вейрон?
— Так называешь или нет? — Вейрон подошла поближе. Ей явно нравилось, когда перед ней склонялись.
— Госпожа Вейрон, мне строжайше запрещено называть госпожу просто по имени.
— Это не ответ! Называешь или нет?
— Нет, госпожа Вейрон, не называю.
— Лжёшь! — Вейрон хлестнула её плетью по спине. — Лжёшь! Лжёшь! Я видела, как она с тобой говорит, я видела, как ты с ней рядом держишься! Совсем забыла о приличиях, скотина! — и ударила снова.
Вейс стояла, не шевелясь, не издавая ни звука. Смешная вы, Вейрон, вы ведь не работали в каменоломнях, а я работала. И после тамошних плетей ваша — просто ласковое поглаживание.
— Отвечай! Ты обращаешься к ней «Лас»?
— Я обращаюсь «госпожа Лас», госпожа Вейрон. Ваша сестра настаивала, чтобы я обращалась или «госпожа», или «госпожа Лас».
— Лжёшь! — Вейрон, похоже, было всё равно, за что бить, и чего допытываться. Снова удар — на этот раз попало по голове. И вновь по спине, и вновь. Хоть у Вейс кожа и толстая, привыкшая, но раны будут, это точно.
После второго удара по голове, когда Вейрон чуть не выбила Вейс правый глаз, всё случилось само собой. Рефлексы опередили ум, но не было ярости, и в последний момент Вейс опомнилась. Вейрон не ожидала сопротивления, тем более — нападения. Прошло секунд пять, и вот Вейрон уже на коленях, а Вейс стоит у неё за спиной, обмотав плеть вокруг горла Вейрон, держа оба конца плети в руках. Вейрон, похоже, понимала, что успеет крикнуть, но Вейс свернёт ей шею — или задушит — раньше, чем кто-либо придёт на помощь. Крохотная служанка оказалась невероятно сильной, Вейрон такого и представить не могла.
— Госпожа Вейрон, — голос Вейс оказался спокойным — может, именно это привело в чувство их обеих. — Я не могу признаться в том, чего никогда не делала, и я очень хотела бы, чтобы у вас не было неприятностей из-за меня. Вы много раз говорили, что я каторжница, и вы правы, и ваша матушка тоже об этом знает. Но я давно уже искупила свою вину, и мне очень жаль, что я сейчас подняла на вас руку. Я вас сейчас отпущу, и вы сможете убить меня, но ваша матушка и ваша сестра тогда очень огорчатся.
Она отпустила плеть, отошла на пять шагов, и встала на колени. Вейрон тут же сорвала с шеи плеть, вскочила на ноги. Вейс склонила голову.
— Если потребуется, я отдам жизнь за вас и вашу сестру, госпожа Вейрон, но прошу вас, не заставляйте меня признаваться в том, чего я никогда не делала.
Вейрон подошла ближе и Вейс почуяла, что хозяйка в большом, очень большом смятении.
— Я знаю, что ты не сплетничаешь, — услышала Вейс и не поверила своим ушам. — Может, ты одна в этом доме не сплетничаешь. Уходи, Вейс, и пришли ко мне Фарри. Уходи!
— Слушаюсь, госпожа Вейрон, — такие слова от Вейрон — это, практически, похвала и извинения одновременно. Хотя перед слугами здесь извиняется одна только Таэнин, и ей за это не раз влетало. Вейс остановилась у двери, вновь поклонилась и покинула комнату.
…Фарри — личная служанка Вейрон — невысокая, хоть и не такая крохотная, как Вейс, человек неистребимого оптимизма, последние две недели была в подавленном настроении — Вейрон била её по любому поводу и за любую мелочь. Но в тот вечер Фарри вернулась, явно не понимая, что происходит — госпожа не только не ударила её, но похвалила и даже подарила какую-то безделушку.
— Твоя работа, Вейс! — Фарри подёргала её за рукав. — Расскажи, что ты с ней сделала?
— Ничего, — заверила Вейс, — просто попросила не бить меня без повода. Не вздумай ты так делать! Я слово знаю волшебное, а ты — нет!
— Какое слово? — удивилась Фарри.
— «Пожалуйста»!
— Да ну тебя! — проворчала Фарри под взрыв хохота, остальная прислуга тоже была рада, что средняя сестра повеселела. — Посмотри лучше, какую прелесть госпожа подарила мне!
…Она бы меня покалечила, подумала Вейс из будущего. Покалечила, или даже убила бы, если бы я просто молчала. Вейрон могла быть совершенно бешеной, тем более, что она уже тогда во что-то влипла, и её матушка не раз устраивала ей выволочку. Наверное, я поступила правильно. Но в тот вечер мне стало худо, как тогда на катере. Может, оттого, что смерть снова прошла рядом со мной.
Вейс, сон
Вейс поспешила к Книге Снов. Воспоминания, заключённые на этой странице, невероятно сильны. Зачем Лас сделала то? Также, как и Лас, тосковала по прошлому, когда не было ещё никакой крови, и страха, и непонятных событий, которые перевернули всю жизнь?
Я вернусь сюда, подумала Вейс. Обязательно вернусь. Но не сейчас, сейчас зреет что-то другое, и нужно поторопиться. Она перелистнула страницу назад, туда, где Библиотека, и прижала ладонь к листу. В путь!
* * *
Говорить следовало чётко и ясно, и, похоже, Вейс что-то напутала. Она оказалась не в библиотеке, она вновь стояла поблизости от летнего домика, подарка Лас и внуков. Но теперь она была не одна — вокруг Книги Снов стояли солдаты, и смотрели на неё странным взглядом, и держали оружие наготове. Вейс оглянулась и не поверила своим глазам. Мира! Стайен-старший! Но почему они полупрозрачные?! Мира махнула ей рукой, что-то крикнула, указывая на книгу — но ни звука, всё тот же шелест и скрип камушков под ногами, и всё. Вейс показала на уши — не слышу — и обернулась к Книге Снов. А на странице, которая про библиотеку, вдруг появилась, на глазах Вейс, карандашная надпись.
«Вейс, уходи, не лезь не в своё дело».
Лас в беде! И это пишет кто-то, из-за кого Лас в беде! Почерк не Лас, и сама Лас написала бы совсем по-другому, другими словами!
Вейс приложила ладонь к странице и на этот раз произнесла чётко и ясно.
* * *
Вейс не очень удивилась, когда поняла, что находится в той самой библиотеке Сердца Мира, Крайтеона, где она проработала в общей сложности три года. Она перед столиком, где оставляли заказы, и дежурная с той стороны смотрит на неё беспристрастно.
— Мне нужна Лас-Таэнин эс ан Вантар, — Вейс подбежала, говорить старалась размеренно, чётко. — Вы не видели её?
Не слышит. Не видит и не слышит. Понятно, это сон, но это неправильный сон. Что-то не так, что-то по-другому в этом мире.
— Лас! Лас, это я, Вейс! Ласточка, где ты?!
Куда она могла пойти? В хранилище? Вейс «просочилась» сквозь решётку — пробежала несколько шагов, остановилась. Нет, вряд ли. Если этот мир подчиняется, Лас просто сидит в читальном зале, и ей туда всё приносят, ведь так удобнее, верно? И она бросилась в читальный зал.
Лас выбежала ей навстречу. С двумя книгами в руках. Бросила книги, обняла Вейс, прижала ту к себе. Вейс понимала и чуяла, что это — настоящая Лас. Должна быть настоящей!
— Вейс, Великое Море, как ты сюда попала?! Ой, прости, что за вопросы! Ты не встретила там её?!
— Я сплю! Я сейчас сплю в Тегар-Тан, Ласточка! Она была там, приходила сегодня вечером. Говорят, стащила какую-то книгу и ушла вместе с ней.
— Майри-Та, — догадалась Лас. — Теперь всё понятно. Она снова обманывает. Я думала, она будет ждать, как обещала, но она уже действует. Вейс! Слушай, это очень важно. Найди том четвёртый сочинений Майри-Та, там, где гражданская лирика, ищи стихотворение про грозу! «Был полон мир гнетущей тишиной»! Слушай, как оно звучит в оригинале, — Лас продекламировала. — Запомнила? Выучи его! Выучи хотя бы первую строфу! Незнакомка не сможет прочесть его, она хотя бы раз запнётся, понимаешь?
— Понимаю, — Вейс держала её за руки и не хотела отпускать. — Она пообещала не трогать меня, Лас, не приходить во сне.
— Она ищет, Вейс, что-то очень важное для неё! Почти что нашла! Если она подумает, что всё нашла, она может нарушить любые обещания, я тоже перечитала сказку!