Литмир - Электронная Библиотека

— Какой я тебе дядя?! — огрызается Дэм.

— Обычный, — спокойно отвечает мальчик.

Дэм бормочет сквозь зубы что-то нецензурное, но следующую попытку делает по инструкции. Целится в голову. Ждёт. Жмёт.

Лапа хватает что-то пушистое, качается и роняет в лоток.

Кролика. Белого, с бантиком.

Дэм достаёт кролика с видом охотника, который принёс в пещеру мамонта, и торжественно протягивает мне.

— Ну давай вот этого. Я его поймал.

— Нет!

— В смысле нет?!

— Я хочу именно того! — Я прижимаю ладони к стеклу. — Посмотри на него. Он там один. Он ждёт.

— Это игрушка.

— Это Бан Чан! Ну пожалуйста. Ну Дэ-э-эм.

Я делаю глаза. Те самые, которые в детстве работали на папе и ни разу не подводили. Он смотрит на меня секунды три. Потом медленно выдыхает через нос и молча идёт за новыми жетонами. Обречённо, как на работу.

Мальчик смотрит ему вслед и качает головой.

— Ты с ним построже.

Тут я не выдерживаю и смеюсь в голос.

Дэм возвращается. Ещё две попытки впустую. Мальчик молчит, только иногда тихо цокает. Дэм опускает последний жетон. Наводит. Целится в голову. Ждёт. Жмёт. Лапа опускается, хватает волка за макушку, поднимает, кран дёргается, и я перестаю дышать.

Волк едет к лотку. Качается.

Падает.

— Норм, — снисходительно кивает мальчик.

Я визжу. На весь торговый центр, на все три этажа, так, что охранник у входа оборачивается. Визжу и прыгаю Дэму на шею. Обнимаю. По-настоящему, двумя руками, носом в его шею, где пахнет его парфюмом и чем-то тёплым, его собственным.

Одна секунда.

На второй я понимаю, что делаю.

Отскакиваю, как от плиты. Выхватываю волка из лотка и прячу в нём лицо. Волк мягкий и пахнет пластиком и пылью автомата. Щёки у меня горят так, что волк сейчас расплавится. Я поднимаю глаза над серой пушистой макушкой.

У Дэма странное лицо. Он стоит, где стоял, руки так и не опустились до конца, и смотрит на меня так, будто я на него не прыгнула, а ударила. Только не больно.

Я не знаю, что это значит. Я не хочу знать, что это значит.

Он первым отводит взгляд. Берёт кролика и протягивает его мальчику.

— За консультацию.

Мальчик берёт кролика под мышку с видом «так и быть» и уходит доедать мороженое.

По дороге на парковку я чувствую себя абсолютно счастливой. Прижимаю волка к груди и без умолку тараторю про корейскую музыку, про то, какой Бан Чан гениальный. Остановиться не могу. Рассказываю, что у каждого из Stray Kids есть своя зверушка, что Бан Чан у них волк, потому что он лидер и заботится о стае, и что Хёнджин вообще-то не щеночек, он хорёк. Щенок на самом деле Сынмин...

— Кста-ати! — Меня осеняет. — На следующей неделе, в субботу, в кинотеатре будет трансляция их концерта из Сеула. Катя пойти не может, у неё какие-то семейные дела… А билеты я взяла на двоих…

Я замолкаю на секунду. Смотрю на его профиль в свете фонарей.

— Пойдёшь со мной?

Дэм, который явно не понимает, что такое трансляция корейского концерта и зачем смотреть её в кинотеатре, поворачивает голову и просто говорит:

— Пойду.

Я подпрыгиваю на месте. Это, наверное, самая счастливая минута за последние дни. Мы садимся в машину. Тепло. Печка дует на ноги, волк сидит у меня на коленях, на заднем сиденье шуршат пакеты: пряди для Вари, мои огуречные носки. Единорог на зеркале рядом с покачивающимся фламинго.

Как же хорошо. Ну вот правда. Всё так круто!

Дэм плавно выруливает с парковки. А я, конечно, не молчу.

— Слушай, а с чего вдруг этот вечер?

Он пожимает плечом и, не отрывая глаз от дороги, спокойно отвечает:

— Ну... у нас же будет ребёнок.

Идеальный тёплый пузырь моего счастья лопается с оглушительным треском.

— И я решил пригласить тебя на свидание, чтобы мы лучше узнали друг друга.

— То есть это было свидание?! — Я поворачиваюсь к нему всем корпусом.

— Ну да. — Он мельком смотрит на меня, не понимая, что не так.

— Подожди. Ты позвал меня на свидание, потому что я от тебя беременна?

Он хмурится.

— Ну как бы да. Мы же должны как-то... налаживать контакт.

Вот оно! Вот он, подвох моих счастливых минут. Значит, всё это... Каток, который нельзя, потому что он читал. Огурцы. Волк. Всё это потому, что так положено. Так правильно. Обязательная программа будущего папаши: покатать мать ребёнка, выдать носки, поставить галочку.

Гнев вспыхивает мгновенно, выжигая всю нежность.

— А вообще-то у меня есть парень! — Слова снова вылетают раньше, чем я успеваю их поймать. Воробьи сегодня совсем распоясались.

Машина ощутимо дёргается. Дэм резко бьёт по тормозам, и сзади кто-то сигналит. Он смотрит в боковое зеркало и орёт:

— Дистанцию держи, блядь!

Затем тише спрашивает меня:

— И как зовут твоего парня?

Я смотрю в окно. Мимо проплывает жёлтая вывеска: «Шиномонтаж у Степана».

— Степан, — быстро, произношу я.

Пауза.

— Степан…

— Да. Степан.

Дэм крепче перехватывает руль.

— А твой Степан знает, что ты от меня беременна? — цедит он сквозь зубы.

Я сглатываю ком в горле, но отступать поздно.

— Конечно! И его это не смущает!

— Отлично!

Он произносит это так, будто ставит точку молотком. Пальцы на руле белеют. Мы стоим на светофоре, и красный горит, кажется, целую вечность.

Потом, не поворачивая головы:

— У меня, кстати, тоже есть девушка.

Внутри у меня что-то падает. Тяжёлое, из живота в пятки.

— Не Кристина случайно?!

— Может, и Кристина, — ледяным тоном отзывается Дэм. — Тебя это уже не должно волновать.

— Вот и не волнует!

Загорается зелёный. Он трогается так резко, что волк чуть не падает с моих колен.

Дальше мы едем молча. Я не могу выйти. Не могу хлопнуть дверью, не могу уйти пешком по снегу, гордая и красивая. Могу только сидеть, смотреть в окно, где мелькают фонари, и едва сдерживать слёзы. И слушать, как дышит он. Злобно дышит. Разве можно злобно дышать? Печка дует всё так же тепло. Только мне холодно.

У общаги он паркуется криво. Я не жду, пока он что-то скажет. Хватаюсь за ручку, выскакиваю на улицу и хлопаю дверью с такой силой, что внедорожник покачивается.

Делаю два шага по хрустящему снегу. Замираю. Резко разворачиваюсь, подлетаю обратно и рывком распахиваю дверь.

Швыряю волка в Демидова и снова хлопаю дверью. Ещё сильнее.

Пусть забирает его к фламинго и единорогу. Пусть живут там все вместе со своей Кристиной.

Только поднявшись на крыльцо, я вспоминаю: пакет с прядями для Вари остался на заднем сиденье.

Ну и пусть. Феечка обещала. Феечка что-нибудь придумает.

Входная дверь закрывается за моей спиной, и в тишине до меня наконец доходит.

Я только что швырнула Бан Чана в Демидова. Одного любимого в другого.

Глава 22

Глава 22

Дэм

Я давлю на газ, резко выруливая от крыльца общаги. Мотор недовольно ревёт.

Волк лежит на пассажирском сиденье носом вниз. Хвост торчит вверх, серый, мелкий и жалкий. Сзади на каждом повороте шуршит пакет, оставленный Тоней. Зашибись!

На первом же светофоре я бью по тормозам, хватаю телефон с подстаканника и набираю Марка.

— Жалуйся, — отвечает он со второго гудка.

— Кто такой Степан?

— Какой Степан? — Марк явно не понимает, о чём речь.

— Тонин! Её парень! Кто он такой?

— Демидов, ты пьяный? Понятия не имею ни о каком Степане.

— Спроси у Златы! — рычу я, сжимая руль.

И тут же, прежде чем Марк успевает что-то сказать, обрываю сам себя:

— Нет. Стой. Не спрашивай. Забей.

Я сбрасываю и кидаю телефон в подстаканник. Он отскакивает и падает на коврик. Пусть там и лежит.

Степан…

Кто вообще в двадцать лет называет сына Степаном? Нет, понятно, что его назвали двадцать лет назад. Но всё равно. И получается, где-то по городу ходит какой-то Степан, который в курсе, что я отец, и его это устраивает. А меня нет. Я не хочу, чтобы возле моего ребёнка находился какой-то Стёпа!

29
{"b":"982915","o":1}