Спускаясь по лестнице я заметила, что у меня новое уведомление — «Вас добавили в участники чата: «Ласточкин звон»».

— Что это? — по спине пробежал холодок. Это что-то обо мне? Как в школе мою фамилию только не коверкали! Но чтоб создать со мной чат?! Но, тут же вспомнив, что это, наверное, относится к названию лагеря — меня отпустило. Открыв чат, я не смогла увидеть никакой информации, кроме того что в чате — ещё нескольких новых участников. Оказавшись на улице и ощутив приятное утреннее солнышко, я снова занялась поиском статей на тему аллергии и первой помощи в подобных случаях.

— Доброе утро. — раздалось за моей спиной, и от неожиданности я подпрыгнула. — Прости, что напугал.

Обернувшись, я увидела Марка, который выглядел слишком бодро для раннего утра.

— Доброе утро. — смущённо поздоровалась я.

На Марке была черная футболка, под которой скрывались, как я уже успела запомнить, красивые плечи. В смысле… обычные такие плечи, ну, как у всех. Да кого я обманываю?! Он явно идёт с тренировки, небось подтягивался до тех пор, пока капельки пота не стали медленно спускаться по его сильной и широкой спине, а затем мышцы рук напрягались так, что вены на руках побежали змейками… Так, стоп! Нет! Нет! Нет! Я не думаю ни о ком, кроме Эдика! Почему?! Да потому, что думать про Эдика — безопасно! А думать о том, кто так близко и явно не против со мной пообщаться — это неизведанное, а оно, как известно — страшнее всего, потому что не понятно, к чему это может привести! Смотри ему в глаза! Нет, так еще хуже — кажется мои щеки начинают розоветь. Смотри на его рот! Точно! Это самое простое! Интересно, а у него мягкие губы? Выглядят довольно приятно, особенно когда улыбается, как сейчас. Ой! Фаина! Куда тебя понесло? Что ты тут вообще делаешь?! Как мы оказались здесь одни вдвоем этим освежающе прекрасным ранним утром? Всё! Сконцентрируйся! Смотри на его волосы! Вот точно! Ха! Как я раньше не догадалась! Самое безобидное — и он ничего не подумает, и я ничего себе не надумаю!

— Симпатичная пижамка. — улыбнулся он, кивая на мой прикид. — Милые огурцы?

— Эм… Спасибо… Это авокадо… — мне почему-то захотелось, чтоб он не подумал, что я такая маленькая, что ношу смешные пижамы всё время - Ася-то, наверное, спит в шёлковых пеньюарах с кружевами.

— Ты воздухом вышла подышать или на пробежку?

— Нет, бег — это точно не моё. Слушай, Марк, — я произнесла его имя и почувствовала, как краснеют уши - ну почему так сложно назвать парня по имени? — Мой вопрос, наверное, прозвучит странно, но всё же… У вас случайно нет с собой мёда?

Наверное, он всё же собирался услышать что-то другое после того, как я произнесла вслух его имя. Поэтому лицо его выразило искреннее удивление.

— Мёда?

— Да, мёда…

— Это тот, который делают пчёлы?

Я кивнула и, как бы в подтверждение моих слов, мимо пролетел пушистый шмель, а затем опустился на маленький розовый клевер, который рос в траве. Цветок наклонился под тяжестью насекомого, шмель пошуршал, затем взлетел, а цветок, покачиваясь, вернулся в прежнее положение.

— Значит, ты с авокадинками,отправилась с утра на поиски сладенького? — широко улыбаясь, предположил Марк.

— Не совсем. — я тряхнула головой и снова перевела взгляд на волосы Марка. Интересно, они очень жёсткие? На вид они были почти колючими, их кончики торчали в разные стороны, словно пытались бороться с ветром. — Но сладкого, здесь и правда не хватает. — призналась я. — Кто вообще придумал вместо шоколадок выдавать эти сухие печеньки, которые, если сразу не запить соком, то они застрянут в твоем горле навсегда?

Марк рассмеялся.

— И какие же шоколадки твои любимые? — в его голосе слышалась насмешка, но я решила не проверять, видно ли сейчас ямочки на его щеках, всё ещё концентрируясь на темной шевелюре.

— Я люблю молочный, чтоб с орешками и карамелью… — мечтательно сказала я, представляя вкус сладости на языке. — А ещё обожаю шоколадные конфеты «Пламя костра» — они похожи на трюфели, но когда таят во рту, то вкус становится будто шоколадное сгущённое молоко… — кажется я слишком хорошо представила себе вкус конфет, потому что от предвкушения даже закрыла глаза.

Услышав, что Марк усмехнулся, я быстро вышла из своего состояния и ощутила, что это вышло так глупо, что теперь уже и не знала куда деть не только свои глаза, но и руки, в которых всё ещё сжимала телефон.

— Звучит приторно. Ты меня заинтриговала. Зачем тебе тогда мёд?

— Ну… — что же ему сказать? — Так у вас точно нету?

— Нет — у нас только несвежие носки по всей комнате развешены вместо сушеных грибов. Заходи как-нибудь, проведу экскурсию по нашему логову пещерных людей.

Мы улыбнулись друг другу. И вот опять! У меня такое ощущение, что мне так легко рядом с Марком. Почему, когда рядом Эдик, моя голова совсем отказывается соображать, а мысли путаются, а сейчас я тоже стою рядом с симпатичным парнем, но могу нормально общаться? Наверное, потому что это не любовь... Ну, не та самая, от которой потеют ладошки, сердце готово выпрыгнуть из груди, а ради того, чтобы быть вместе с тем самым, ты готова на всё.

— Ладно, забудь. — всё же решив не посвящать Марка в не свой секрет, тем более что один из подозреваемых — его брат.

— Ты знаешь, у кого можешь спросить, — задумался Марк. — у девчонок из второй комнаты. Кажется кто-то из них говорил, что мёд полезен для кожи, они его то ли в крем добавляли, то ли так на себя мазали. Но это было в том году. Может, в этом уже всё и поменялось, и они, например, мажут на себя что-то похлеще, к примеру гуталин.

— Ты уверен?! — у меня по спине пробежали мурашки, отчего я не среагировала на шутку Марка. — Ты имеешь ввиду комнату Аси?

Марк заметно смутился, а затем кивнул. А у меня от волнения даже волосы на голове зашевелились. Тут наши телефоны одновременно издали звук пришедших сообщений и, открыв новый чат «Ласточкин звон», я недовольно нахмурилась.

«Будьте осторожны, мои ласточки! Среди нас есть не самые чистоплотные личности! Их можно узнать по красным пятнам по всему телу. Что это? Надеюсь, не заразно?! А может это просто пятнистая корова? Возможно, бешенство! P.S. Ну что, скучали по мне?»

К тексту были прикреплены фотографии Маринки. Кто-то сфотографировал нас, пока мы стояли на пляже, несколько фото, где она набросилась на Никиту, а также пара фоток за ужином. Последние выглядели хуже всех, потому что при искусственном освещении красные пятна очень сильно выделялись.

— Что это?! Кто это сделал?! — возмущалась я, пересматривая фотографии, в то время как под ними начали появляться комментарии.

— Вот, же… Заняться кому-то нечем. — покачал головой Марк.

— Ты знаешь, кто это?! Как это удалить?! — я всё еще надеялась, что Маринка, не успела это увидеть.

Марк отрицательно покачал головой.

— Какой-то обиженный на мир пацан, которому девчонки не да… — но тут же осекся. — Эм… Это так Никитос говорит. Этот чат и в прошлом году уже всех достал. Что-нибудь сфоткают, а потом туда выкладывают. Самое противное, что народ подхватывает, и сами втихаря туда фотки шлют, а всё разрастается в такой ком! В прошлом году немало слез было пролито из-за этого идиота. — руки Марка тут же оказались в карманах шорт, куда он убрал телефон. — Не читай ты это! Мало ли кто что пишет!

— А это не может быть Никита, за то, что Марина на него вчера подумала? — я заглянула в карие глаза и тут же пожалела, что это сделала, потому что в них затягивало, как в омут.

— Подумала что?

— Да долгая история. — отмахнулась я. — Потом как-нибудь расскажу.

— Нет, Никитос не мог. — Марк, отрицательно покачал головой. — Он в том году сам от этого негодяя пострадал, так что обещался его найти и нос ему расквасить. Фаина, да не волнуйся ты так! Ерунда всё это, завтра уже все об этом забудут.

Но на завтра никто ничего не забыл. Под фотографиями собралось не меньше тридцати комментариев. Кто-то просто радостно приветствовал «Ласточкин звон», но чаще попадались такие комментарии, как: «Ой, как страшно! А я вчера рядом с ней в воде была! Надеюсь, не заразно?!», «Да не порите чушь — девка просто обгорела на солнце!», «А чего это она на нашего Никиту залезла? Втык что ли давно не получала?!», «Я видел её в столовке, ест мало, явно чем-то болеет.».