— Вот ещё! — фыркает подруга и переворачивается на живот, явно отворачиваясь от меня. — Вот зря ты меня не слушаешь, Фай.

— Да мы же просто идем играть! — закатываю я глаза, всё ещё пытаясь согреться, укутавшись в полотенце и зарывая ноги в раскаленный песок.

— Кто ещё с кем поиграет… — развернувшись и приспустив слегка очки подруга многозначительно смотрит на меня. — Ты что, чем-то сладким надушилась? Какой-то запах знакомый… Не могу вспомнить. Апчхи!

— Да ничем я сегодня не душилась. Будь здорова!

— Ну что, идём? — подбрасывая мяч в руках, говорит Дэн.

Я киваю и замечаю Улю, которая отходила разговаривать по телефону и, судя по недовольному лицу, мама на неё снова наседает по поводу учебы. Хватаю её за руку и тяну за собой:

— Пошли в волейбол играть.

— Пошли, только телефон уберу.

И она послушно идет за мной.

Мы бегаем по горячему песку, стараясь не дать мячу упасть. Солнце приятно припекает мне спину. Я всё время стараюсь контролировать, чтобы верх купальника никуда не сползал и уже скучаю по своему купальнику пловчихи, потому что сейчас чувствую себя неуютно в этом бикини. Оказывается, не так-то просто привыкнуть к открытому купальнику, особенно когда вокруг столько парней. К нам уже присоединилось несколько ребят и девчонок с нашего корпуса. Пару раз мы столкнулись с Дэном, потому что он стоит справа от меня, а я обычно так сконцентрирована на мяче, что ничего вокруг не замечаю.

— Прости. — говорю я ему, когда в очередной раз влетаю в его грудь, а он удерживает меня от падения, пропуская мяч, который укатывается.

— Да всё в порядке. — отвечает он. — Я готов ловить тебя столько, сколько понадобится. — я не вижу его взгляд через солнечные очки, но улыбка резко слетает с его губ.

— Можно присоединиться?

Оборачиваюсь и вижу Марка с мячом в руках, который тут же занимает место слева от меня. Не знаю почему, но я чувствую волнение, из-за которого теряю концентрацию, стараясь краем глаз уловить, как же все-таки смотрятся плечи Марка без футболки.

— Фаина, твоя подача. — кидает мне мяч Дэн, и я снова пропускаю бросок.

«Сосредоточься на мяче!»: мысленно вторю я себе, но голова упрямо хочет повернуться влево. Чувствую, что хорошенько припекает затылок и оборачиваюсь, сталкиваясь со сверлящим взглядом Аси. Ещё одна?! Это всего лишь игра! Да не сдался мне твой Марк вообще! И тут же пропускаю удар мяча в голову, отчего, сильно пошатнувшись, чуть ли не падаю, но в последний момент чувствую обхват крепких рук на моей талии.

— Ты как? — слышу голос Марка сквозь гудение в голове.

Я растерянно киваю, видя как Ася с Крис смеются. Вот ведь ведьма! В глазах выступают слезы — то ли от обиды, то ли от удара, и я стараюсь незаметно их проморгать.

— Давай отойдем, тебе надо отдохнуть. — и Марк ведёт меня под локоть подальше от игровой зоны.

Мы оказываемся в тени сосны, и я усаживаюсь на широкий корень дерева, оказываясь в прохладной тени кроны.

— Очень больно? — обеспокоенно спрашивает Марк, присаживаясь передо мной на корточки.

Я отрицательно качаю головой.

— Фаина, ты скажи что-нибудь, а то я решу, что тебе речь отшибло. — ласково улыбаясь, карие глаза заглядывают в мои, а я вижу в них своё отражение. Глаза Марка проникновенно карие и бодрят меня, словно кофе без молока.

— Всё в порядке. — улыбаюсь я, и снова чувствую, как слезятся глаза, но теперь уже от чувства, разливающегося в моей груди. Кажется, он и правда беспокоится обо мне. Поднимаю взгляд наверх, делая вид, что рассматриваю лучи солнца, проникающие сквозь ветви, а сама в это время стараюсь высушить слезы.

— Голубые… — говорит Марк и загадочно улыбается.

— Что? — спрашиваю я, снова взглянув на него, и чувствую, как начинаю переживать от того, насколько близко мы оказались, будто спрятавшись от всех в тени этой невысокой сосны.

Марк усаживается рядом со мной на корни дерева, и мы с ним теперь оба смотрим на спокойную Ладогу.

— Как тебе здесь? Красиво, правда?

Я киваю, соглашаясь, а затем смотрю в сторону пляжа, замечая, как на воде играют блики солнечных лучиков, будто ныряя и снова выпрыгивая на поверхность. Мы оба продолжаем наблюдать за этой игрой света и воды. И это кажется странным, но мне так спокойно. Обычно я очень переживаю, когда пауза в разговоре с мальчиками затягивается, начинаю усиленно думать, что сказать, чтоб не было этой невыносимой тишины, а сейчас мы будто именно это и запланировали — вот так просто — сидеть и молча наслаждаться красивым видом.

— Не Черное море, конечно, но тоже красиво. — спустя несколько минут я всё же решаю прервать эту идиллию.

— Расскажи мне про него. — Марк взял в руки палку, которая валялась неподалеку и теперь рисовал круги на песке.

— Про кого? — все ещё находясь в каком-то трансовом состоянии от звуков — плеска воды, шороха ветра между деревьев и летней знойной жары, спросила я.

— Про море.

— Ты ни разу не был на море? — от удивления я резко повернулась к Марку и столкнулась снова с его взглядом, который оказался так близко, что я могла видеть его зрачки, хотя раньше мне казалось, что его глаза такие тёмные, что их не разглядеть. А сейчас я улавливаю, что в его радужках есть вкрапления ярких оттенков. Это как, когда кружку крепкого чёрного чая ставишь на солнечный свет, то видишь, что он не такой уж и тёмный, а в нём есть блики коричневых и янтарных оттенков.

— Нет. — сказал он, не отрывая от меня взгляда. — Как-то не довелось. Мы чаще всего летом к бабушке в деревню ездили копать картошку, гонять на велике, в озерах купаться, да и костры жечь. — он улыбнулся, и я отметила про себя, что ему очень идет улыбка, она какая-то искренняя, что ли.

— Звучит весело, кроме картошки, конечно. — мы дружно рассмеялись, и я снова посмотрела в сторону озера. — Море… Оно такое… знаешь… Вот — огромное — смотришь на него и не можешь понять, где его край и есть ли он. Оно пахнет солью, а когда купаешься, то слегка солёный вкус остается на губах. — мечтательно продолжила я, краем глаза замечая, как Марк внимательно смотрит на меня. — А ещё вода будто помогает тебе держаться на поверхности и можно долго пролежать, смотря в небо, качаясь на волнах, раскинув руки в стороны. Днём оно такое лазурное, несмотря на свое название, а ночью его не видно, но можно, сидя у берега, слышать шум прибоя и смотреть на млечный путь. Рядом с морем так легко, будто оно забирает все твои заботы и переживания, потому что оно большое и мудрое…

— Кажется, теперь я всё же обязан там побывать. — сказал Марк, когда я закончила свой рассказ.

— Мне его даже и сравнить не с чем. — призналась я. — Разве что с Финским заливом, но там вода гораздо теплее и тиной не пахнет. А уж в Ладоге, вообще молчу. Я бы так и не решилась сегодня купаться, если б не вы.

— Ну, прости. — ухмыльнулся Марк.

— Да ладно. Я не обижаюсь.

— Так может тогда пошли купаться?

— Нет. Нет. Нет. — запротестовала я. — Вода и правда очень ледяная.

— Через пару дней привыкнешь. Это я тебе обещаю.

Я увидела приближающуюся к нам фигуру вожатой, вокруг талии которой, было повязано полупрозрачное парео, а в руках были ракетки для бадминтона. Она что, хочет нам предложить поиграть? Какая забота…

— Маркуш, составишь мне компанию? — надув губы бантиком, спросила Алиса Степановна, будто не замечая меня. — Так поиграть хочется, а никто не может… — и накрутив прядку светлых волос на палец, она жалобно посмотрел на Марка.

Она что сейчас пытается кокетничать? Да не, наверное мне уже кажется всякое из-за этой духоты.

Марк откинул палку на песок, встал и протянул мне руку. Я бросила взгляд на вожатую, которая кажется теперь заметила моё существование и смотрела на меня не очень дружелюбным взглядом. А этой-то я что вообще сделала? Или она тоже из чувства солидарности к Асе? Я протянула руку Марку, и он рывком поднял меня на ноги. А затем подмигнул и быстрым шагом пошел к Алисе Степановне, забирая у неё из рук ракетку.