— Вперёд, идиоты! — свирепо выдохнул Шанрорк и помчался по охваченной пламенем лестнице в мою сторону, вызвав «призрака».

Прямо в огне появилась частично овеществлённая душа оборотня. Его массивная грудная клетка оказалась почти прозрачной, видно было, как за ней бегут рыцари. Верх волчьей башки тоже походил на дрожащее над песком марево, а вот чудовищные клыки и когти были вполне себе плотными и опасными.

Тварь рванула ко мне, оставляя глубокие царапины на горящем дереве. И её скорости позавидовал бы курьерский поезд! Миг — и она вопьётся в моё горло, разрывая его в кровавые клочья! Гадина уже взвилась в воздух под кровожадный вопль Шанрорка.

И только в это мгновение мне удалось вызвать «воздействие», потратив душу демона-берсерка. Красная туманная змейка, слетевшая с моих пальцев, угодила точно в клыки оборотня. А сам я резко сместился чуть в сторону.

Монстр с клацаньем когтей приземлился рядом со мной, заставив доктора судорожно вскинуть руку. По ней пробежали клочки зеленоватого тумана, но так и не сложились в магический атрибут. Кончилась выносливость.

Шанрорк же взревел, будучи уже в паре метров от самой верхней ступени:

— Тебе конец, человечек! «Призрак» сожрёт тебя! Что… что это⁈

Он с громадным изумлением уставился на быстро развернувшуюся тварь, распахнувшую страшные челюсти. Она с места прыгнула на своего бывшего хозяина, стремясь впиться клыками в лицо, не скрытое забралом.

Увы, демон шустро упал на колени, пропуская «призрака» над собой. Тот обрушился на воинов, оказавшихся позади предводителя.

И в этот миг шатающаяся, окутанная дымом и пламенем лестница наконец-то не выдержала. Раздался оглушительный треск, и вся громадная деревянная конструкция, ведущая аж в подвал, обрушилась.

Вниз полетели обломки перил и горящие ступени. Взметнулись столпы искр и заорали демоны, нелепо машущие в воздухе конечностями.

Мне в лицо ударил страшный жар, заставив торопливо скрыться за стеной. Аж пиджак загорелся в двух местах. Я принялся судорожно хлопать по ним ладонями, пытаясь сбить огонь и одновременно слыша металлический грохот, с которым падали в подвал рыцари.

Наверняка кто-то из них погибнет, но часть лишь получит оглушение. Надо побыстрее спуститься и добить их во славу Добра!

Шустро потушив пиджак, я резко повернулся в сторону коридора, чувствуя спиной жар, продолжающий идти оттуда, где рухнула лестница.

— Зверев, Зверев, — прошептал дрожащими губами ошеломлённый доктор, чьё лежащее на полу тело освещали зигзаги молний, вспыхивающих за мутными от дождя окнами. — Зверев, кто вы такой? Откуда у вас… кха… такая магия? Подобные навыки? Вы будто не из нашего… кха… мира. Вы какой-то… имперский эксперимент? Над вами ведь даже смерть не властна. Вы… ведь были мертвы. Не мог… я… кха… ошибиться.

В глазах Савелия Петровича вспыхнул восторг, смешанный со страхом и восхищением.

Я хотел ответить ему, но почувствовал, как кто-то сзади схватил меня за лодыжку…

Северная Пальмира, дворец императора

Многоярусные люстры освещали большой зал с высоким лепным потолком, отделанным позолотой. Такой же материал поблёскивал и на стенах, где висели старинные гобелены и гербы империи.

Двуглавые посеребрённые орлы наблюдали металлическими глазами за людьми с хмельными улыбками, танцующими на старинном светло-коричневом паркете. Музыка грохотала так, что позвякивали бокалы и тарелки с закусками, красующимися на столах, выстроившихся вдоль стены.

Воздух полнился весельем, запахами алкоголя и безудержного ликования. Тут и там мелькали руки с зажатыми телефонами, делающими фото и видео. Каждый хотел запечатлеть этот вечер, дабы потом хвастаться тем, что был на свадьбе Павла Зверева и Жанны Вороновой.

И уж тем более все стали фотографировать высокий помпезный белоснежный торт, когда его на тележке вкатили в зал под громовые аплодисменты. Жених с особым удовольствием косился на него, перестав слушать широкоплечего юного блондина с пушком на подбородке, приклеенной улыбкой и завистливыми глазами.

— Паша, Паша! — настойчиво проговорил красавец блондин, панибратски положив руку на плечо Павла.

— Да? — вскинул тот бровь, переведя взор на парня.

Они вдвоём стояли подле окна, пока раскрасневшаяся невеста щебетала в окружении девушек, пытающихся скрыть зависть в глазах.

— Так о чём мы говорили, дружища? А-а-а! Ты же помнишь, что моя тётушка недавно овдовела. А она, знаешь ли… женщина видная, статная! Да чего я стесняюсь⁈ — фыркнул блондин, белозубо улыбаясь. — Красавица она! Да и деньги у неё имеются. Она идеальная пара для твоего деда. Не находишь, приятель?

— Не нахожу, — буркнул Павел, неприязненно скинув с плеча руку красавца.

Тот удивлённо округлил глаза и выдохнул, возвышаясь над Зверевым:

— Да ты чего, дружище⁈

— С каких это пор мы стали друзьями? Может, с того момента, когда ты в университете издевался надо мной? Или в тот раз в баре, когда нарочно облил меня пивом, а сделал вид, что случайно, но потом смеялся с друзьями за своим столом, а? Вы считали меня неудачником, тюфяком, а себя величали гордостью университета, будущим аристократии.

— Тю! Ты чего такое говоришь? Не придумывай! — отмахнулся тот, ещё шире растянув губы в неестественной улыбке.

— Я не придумываю, и ты это знаешь. И не думай, что я буду водить с тобой дружбу, стоит только тебе сказать мне пару добрых слов. Ты мне неинтересен, — отчеканил Павел, хмуря брови. — Тебя пригласили лишь из-за того, что я позвал всю нашу группу.

Глаза блондина сощурились, лицо залила багровая краска, а пальцы сжались в кулаки. Он уже открыл рот, желая поставить Павла на место, но тут же прикусил язык, вспомнив, что Зверев уже не тот слабак, что был раньше. Теперь его род идёт в гору, сам император им благоволит.

Потому блондин с кислой миной проглотил ядовитые слова и нехотя промычал, опустив голову, чтобы скрыть ярость в глазах:

— Приношу извинения, Павел, ежели чем-то обидел тебя.

— Извинения приняты, — холодно хмыкнул тот и двинулся прочь, довольно улыбаясь.

Приятно, когда вчерашние враги пытаются вымолить прощение, пусть и неискренне!

И его улыбка стала только шире, когда из окружившей торт толпы выбрался Вячеслав, раздвигая всех могучими плечами.

— Ты чего лыбишься? — подозрительно спросил здоровяк. — Перепил? Ты это брось. Не дай бог тебя стошнит. Позору-то будет.

— Просто… просто я чувствую себя счастливым, — вдохнул полной грудью парень.

— Это ненадолго, — появилась рядом с ним Владлена, насмешливо улыбаясь. — Скоро будешь думать о разводе. У меня, к слову, есть хорошие юристы. Лучше воспользоваться их услугами, чтобы Жанна не оставила тебя с голым, пухлым задом.

— Владлена Велимировна, право слово, вы ходите среди гостей как сатана, смущая их своими разговорами! — возмущённо пропыхтел Павел, проведя рукой по светлым волосам.

— Удивительно приятное занятие, — подмигнула она ему и грустно добавила: — Но к сожалению, мне нужно идти. Работа, мать её, зовёт меня даже среди ночи. Скоро ни секундочки свободной не останется на то, чтобы творить зло большое и малое.

— Может, останетесь ещё ненадолго? — проговорил Вячеслав лишь из вежливости. — Если исходить из слов деда, то вы красились дольше, чем были на свадьбе.

— Пфф, поменьше слушай своего деда! Он вон оказался умнее меня, уже смылся со свадьбы своего собственного внука, — язвительно усмехнулась магичка и пошла к дверям, покачивая сексуальным задом, привлекающим похотливые мужские взгляды.

— Да вы просто ревнуете его ко всем, вот и говорите о нём гадости! — бросил ей в спину Павел, чью храбрость подпитывал выпитый алкоголь.

— Да мне плевать, даже если ему сейчас вспорют живот! — не оборачиваясь, выдала Владлена.

Особняк рядом с Английской набережной

— Я вспорю тебе живот! — провыл грёбаный Шанрорк, вцепившийся левой рукой в мою щиколотку, а правой держащийся за край этажа.