Щёголь выскочил вон с такой скоростью, что чуть ботинки не потерял.

А я обернулся к здоровяку.

Тот уже сообразил, что делать, и отчаянно залопотал, умоляюще глядя на шатенку:

— Прошу прощения! Вы все сделали правильно! Я так и говорил! Простите, забыл совсем! У меня скоро экзамен, вот и думаю постоянно о нём! А стрижка замечательная, отменная! Лучшая, клянусь душой! Вот возьмите… возьмите…

Он судорожно сунул руку в карман джинсов, вытащил смятые деньги и торопливо положил их на стол, а потом выпалил, снимая часы с руки:

— Вот ещё… вот. Тоже возьмите! Потрясающая стрижка! А теперь мне надо идти! Меня ждут… дети ждут мои, трое их у меня, и мать больная…

Здоровяк опустил голову и рванул в мою сторону, надеясь поскорее выйти из барбершопа.

Я вопросительно посмотрел на слабо заулыбавшуюся шатенку. Та кивнула, кокетливо поправив локон, упавший на глаза. И тогда я отошёл в сторону, пропуская здоровяка. Тот пулей выскочил на улицу и унёсся прочь.

— У нас часто такое бывает, — чуть ли не с улыбкой проговорила шатенка, торопливо смахнув с щёк слезы. — В последнее время люди совсем чумными стали.

— Ох, ты даже не знаешь, насколько права, — подмигнул я ей. — Пострижёшь?

— Конечно, конечно, присаживайтесь! Для меня это большая честь! И спасибо вам. Вы появились так вовремя! Не знаю, как и благодарить вас! — протараторила она, глядя на меня с искренним восторгом.

— Да, вы так помогли нам! — жарко вставила блондинка, украдкой посмотрела на себя в зеркало и поспешно поправила волосы, покусывая губы. — Меня, кстати, Мариной зовут.

— А я Макс, — на кой-то хрен ляпнул юнец в кресле, глядя на меня горящими зенками, словно увидел кумира.

Шатенка усадила меня в кресло и принялась колдовать над моими волосами, спросив:

— Игнатий Николаевич, вы готовитесь к свадьбе внука?

— Ага, — ответил я, смекнув, что она узнала о ней из газеты.

Женщина тут же оживлённо принялась восторгаться тем, какой красивой парой будут Павел и Жанна. И попутно она будто специально пыталась задеть меня своей пышной грудью. Да ещё частенько наклонялась, чтобы её волосы падали мне на плечи.

Нос то и дело ловил сладкий, манящий запах, идущий от женщины. А мой взгляд то и дело косился на блондинку, хмурящуюся всё больше и больше. Казалось, она больше наблюдает за нами, чем за тем, что делает с волосами Макса.

Впрочем, он сам особо не глядел в зеркало, а больше посматривал на меня, усиленно кусая губы, словно прикидывал, как бы ему половчее свести знакомство с господином Зверевым.

— Подожди, сейчас вернусь! — вдруг резко бросила ему блондинка и двинулась к межкомнатной двери, виляя задом. Да так усиленно, что мне стало боязно за целостность её позвоночника.

Шатенка заметила, куда я бросил взгляд, и тут же горячо прошептала мне в ухо, метнув взор на закрывшуюся за блондинкой дверь:

— В туалет, наверное, опять пошла. У неё есть некоторые проблемы… хм… Да и вообще она проблемная, все мужики её бросают. Стерва, одним словом. А вы мне, Игнатий Николаевич, ведь так и не позвонили, хотя номер телефона взяли.

Она выпрямилась и с наигранно печальной улыбкой слегка стукнула меня расчёской по плечу.

— Тот аппарат, где был номер твоего телефона, погиб смертью храбрых. А потом как-то всё завертелось, закрутилось…

— Да, я много читала о ваших подвигах. Вы такой молодец. Настоящий мужчина! — с придыханием сказала женщина, прижав руки к груди.

— Ага! — поддакнул наполовину постриженный Макс, расслышавший её слова, а потом он повернул голову на скрип открывшейся межкомнатной двери.

На пороге показалась улыбающаяся блондинка в барберском переднике и джинсах. Футболку она сняла, из-за чего большая часть её груди обнажилась, как и бока.

— Что-то жарко стало, — весело бросила мне она, глядя шаловливыми глазами.

— Так давай кондиционер включу, — желчно проговорила шатенка, крепко сжав ножницы.

— Не стоит, — проворковала та и подошла к Максу, бросая на меня призывные взгляды.

А бедный паренёк теперь и не знал, куда смотреть: то ли на меня, то ли на грудь блондинки, которая при каждом её движении полностью выглядывала из-под передника.

— Вот ведь… проститутка, — еле слышно прошипела шатенка, фыркнула и с утроенной энергией взялась за мои волосы, принявшись с приклеенной улыбкой на лице расспрашивать меня о том и о сём, не забывая мной восторгаться.

Блондинка тоже вступила в разговор, то и дело роняя что-то на пол, дабы нагнуться и выставить в мою сторону сочный зад, туго обтянутый голубой джинсой. И порой мне казалось, что шатенка вот-вот воткнёт в него ножницы.

Благо сей цирк продлился недолго. Всё-таки у меня не так много волос на голове, потому шатенка быстро с ними управилась.

Правда, дальше мне пришлось со всеми сфотографироваться и выслушать жаркие призывы заглянуть ещё как-нибудь в барбершоп «Охотник».

Честно говоря, я с большой радостью вышел на улицу и уселся в машину, где меня ждала Екатерина.

Она бросила насмешливый взгляд за окно, где возле «Охотника» улыбались женщины и косо постриженный Макс, а затем поглядела в зеркало заднего вида на моё отражение и сказала:

— Ну хоть вас постригли хорошо.

— Угу, поехали скорее отсюда. Нам нужна Малая морская улица, ближе к Исаакиевской площади, — буркнул я, достав из кармана аж три смятые бумажки, каким-то магическим образом оказавшиеся там.

На всех значились номера телефонов, а имена были разные: Марина, Даша, Максим.

М-да! И ведь я даже не рок-звезда!

Ухмыльнувшись, покачнулся, когда внедорожник поехал через начинающее сереть утро. Погода быстро портилась. Налетели рваные тучки, померк бледный солнечный свет, прохожие достали зонты. Пошёл мелкий, противный дождь, колотящий по жестяным крышам, каналам да речушкам. Поднявшийся ветерок принялся носить по брусчатке опавшие жёлтые листья, порой швыряя их в БТРы и бронемашины, стоявшие на перекрёстках.

— Как-то много стало в городе служивых, — подметила Екатерина, глянув на очередную группу бойцов, всосавшуюся во двор-колодец, расположенный по улице Гороховой. — Грядёт что-то? Будто какое-то восстание хотят зарубить прямо на корню, чтобы бунтовщики даже из квартир не вышли.

Я не ответил. Не говорить же ей, что всё эта кипучая деятельность служивых, скорее всего, связана с «кровавой чумой»?

Барсов всерьёз взялся за дело. И, судя по всему, император отдал ему под командование внушительное количество сил. Да, полковник растёт! Эдак действительно станет генералом, как я ему когда-то обещал!

Пока же я одобрительно покивал и схватился рукой за переднее кресло, когда Екатерина остановила машину чуть резче, чем следовало.

— Извините, — сразу проговорила она, виновато заморгав. — Ещё не привыкла к этому внедорожнику.

— Ничего страшного, — бросил я и выбрался из машины, очутившись возле ателье «Морозов и сыновья».

Владлена когда-то мне говорила, что у них лучшие костюмы. И войдя внутрь, я убедился в этом. А ещё едва не перекрестил ужасные цены, но те не сгинули со смрадным духом, даже ни один нолик не исчез.

Эх, придётся раскошелиться.

— Доброе утро, чего изволите, господин? — подкатился ко мне со льстивой улыбкой лысый толстячок в круглых позолоченных очках, в широких штанах на подтяжках и в безукоризненно белой рубашке.

— Доброе утро. Мне нужен костюм на свадьбу, да такой, чтобы все удавились от зависти, а те, кто всё-таки не удавится, чтобы спать нормально не могли хотя бы неделю, — иронично проговорил я, дыша тёплым воздухом, едва ощутимо пахнущим дорогим парфюмом и высоким статусом.

— Непременно подыщем для вас такой костюм. А вы, собственно, жених?

— Родственник жениха.

— Боже! — вдруг ахнул толстячок, чьи глаза за линзами очков ошарашенно расширились. — Так вы же господин Зверев! Как же я вас сразу-то не признал! Боже! Так вам же нужен костюм срочно, верно⁈ Ведь свадьба вашего внука уже совсем скоро! Боже, так костюм же надо будет подогнать по вашей фигуре, а это займёт приличное количество времени! Успеем ли⁈