— А как тётя нашла меня? — спросил я, осознав произошедшее.

— С большим трудом. Хорошо, что ты меня послушался и носил кольцо. Эту идею я украла у тебя, когда увидела цепочки, которые были на близнецах. Мне показалось, что это может пригодиться. И, как видишь, не ошиблась.

— В любом случае огромное спасибо! Дважды за день меня спасли. Хах.

— Дважды? А кто ещё? — поинтересовалась Тисия, сев на стул перед моей кроватью. — Я не видела там больше людей.

— Гарф. Ну, то есть кот с двумя хвостами. Он тоже каким-то образом нашёл меня.

— Ты про этого толстенного котяру? — спросила Тисия, указав мне на ноги. Подняв голову, я заметил, что у меня в ногах действительно валялся этот толстопуз.

— Ага. Про него, — слегка улыбнувшись, ответил я.

— Честно говоря, сначала я хотела от него избавиться. Где это видано, чтобы бакэно соседствовал с человеком, но он не проявлял никакой агрессии, поэтому решила не вмешиваться. Два дня он только и делал, что спал.

— Он и правда неопасный. Просто я его подкармливаю, вот и привязался ко мне.

— Ну да. Подкармливаешь. Собой, — сказала она, улыбнувшись.

— В каком это смысле?

— Ты думаешь, что это животное не способно само раздобыть еды? Ему ведь главное иметь источник маны поблизости. Эти существа очень эгоистичны. Так почему же он решил быть рядом с тобой?

— Хочешь сказать, что он поглощает мою ману? Но я этого никогда не чувствовал.

— В этом и дело. Они вообще с людьми почти не живут. Исключения бывают, лишь когда у человека действительно много маны, и бакэно принимает его за источник своей пищи.

— Значит у меня много маны, поэтому я ничего не ощущаю?

— А ты этого сам не понял? Сколько раз в жизни ты чувствовал, что маны не осталось? Может быть, когда тренировался или использовал заклинания?

— Ну, я уставал…

— Ха-а. Усталость — это не то. Головокружение, тошнота, дрожь в ногах, даже потеря сознания. И чем меньше маны остаётся у человека, тем тяжелее симптомы.

— Я не помню чего-то такого.

— Вот именно. А значит у тебя действительно большое количество маны, вот поэтому этот твой «Гарф» и привязался. И нашёл он тебя в лесу тоже по следу твоей маны. Видимо, не хотел, чтобы его корм на ножках пострадал.

— Это звучит довольно неприятно, тётушка.

— Зато правда. Или думаешь, что он и правда к тебе проникся?

— А разве не бывало случаев, когда такие существа к кому-то привязывались?

— Я вообще про них мало что знаю. Только то, что у них бывает разное количество хвостов. Может чем старше становятся, тем больше их вырастает, а может это вообще разные виды. Сложно сказать, животные очень скрытные. Я впервые вижу такого вживую.

— Но раз про них мало что известно, то нельзя утверждать наверняка.

— Ты везде пытаешься искать позитив. А что насчет того, что девятилетка пошёл в лес спасать друзей? Это было чем-то вроде изысканного способа самоубийства, или тут тоже нельзя утверждать наверняка? — спросила Тисия, приблизив своё лицо к моему.

— Эм… Тётушка, времени думать не было. Пришлось действовать.

— Эдиус, сколько раз повторять — ты ребёнок. Да, умный, но какая разница? Ты ещё маленький. А если бы погиб, что бы я чувствовала? Идешь спасать и почему-то совсем не думаешь о тех, кому дорог. А твои бабушка и дедушка, с которыми ты живешь. Хоть на секунду о них задумался?

— Я…

— Ты привык быть в одиночестве и решать всё самостоятельно? Я понимаю, что в поместье Мельдия тебя не окружало огромное количество заботливых взрослых, но это не значит, что ты всем безразличен, — с тоской в голосе сказала Тисия.

— Прости меня, тётя…

Тисия крепко обняла меня, положив руку на голову. Это длилось несколько минут, но никакого желания отталкивать её не было. В этот момент на душе стало гораздо теплее.

— Ну ладно, малец, — сказала тётя, отпустив меня. — Сейчас я позову остальную твою семью. Там ты одним «прости» не отделаешься.

Тисия натянула хитрую улыбку и вышла из комнаты, хлопнув дверью. Гарф, услышав это, приоткрыл глаза.

— Ну, что ты смотришь. Придумывай, как выпутываться.

Но на мои слова, кот лишь слегка зевнул и, положив голову мне на ногу, продолжил спать.

Разборки длились несколько дней. Столько нотаций я не выслушивал за две жизни. Касильда буквально рвала и метала. Получили все, даже дядя, дворецкий и служанки, которые вовремя меня не остановили. Вайрил лишь тихо сидел, понимая, что от его вмешательства станет только хуже. В какой-то момент я подумал, что это никогда не закончится. Пусть выговор и был заслуженным, но всё ведь обошлось.

Спустя неделю я смог подняться с кровати. Исцеление с помощью магии оказалось очень эффективно. Оно действительно излечило большинство моих ран и даже перелом, но ужасно ослабило организм. Чем-то всегда приходится жертвовать ради быстрого результата. Поэтому я медленно, в сопровождении Тисии, перемещался по дому.

Гарфу разрешили остаться внутри дома. Он уютно устроился рядом с моей кроватью, но спать всё равно предпочитал на мне. Сдвинуть его куда-нибудь в бок у меня пока не хватало сил, поэтому приходилось валяться прижатым этим толстяком.

Но больше всего поразило то, что Тисия решила тоже остаться в гостях. Для неё это казалось чем-то само собой разумеющимся.

— Ну, а что такого? Раз уж я всё равно приехала, то побуду тут, — с улыбкой заявила она. В итоге служанкам снова пришлось ютиться в одной комнате, пока тётя разместилась у нас.

Мои друзья тоже пришли в себя. Рана Ринисы довольно быстро затянулась, не без помощи лекарей, хотя и остался небольшой шрам от стрелы. С ранами Баниора было труднее, но и он уверенно шёл на поправку, пусть пока и не выходил из дома. Меньше всего пострадал Талис, отделавшись парой десятков царапин. Сирис, наконец-то, пришла в себя и периодически выходила гулять на улицу, хотя в основном всё-таки с Карсом. Но иногда они пересекались и с Талисом.

Пока Баниора не было, приходилось придумывать развлечения самостоятельно. Приближался Новый год и на улице было совсем не тепло. Так что сегодня я, как обычно, отправился к реке, предварительно выслушав подколы Тисии в стиле: «Хорошо тебе отдохнуть с детишками».

У места сбора была лишь одна Риниса. Талиса сегодня не было видно, хотя обычно он приходил раньше всех.

— Талис опаздывает? — спросил я у Ринисы, которая стояла недалеко от речки.

— Нет. Он сегодня не придёт. Вернее, это я попросила его не приходить, — серьёзно сказала девочка.

— Не понял. А почему? — спросил я удивлённо.

— Хотела поговорить. То, что ты тогда сказал, ведь правда? — спросила Риниса, подойдя ко мне.

— Слушай, я не совсем понимаю о чём ты.

— На самом деле ты — Эдиус Мельдия? Ты герцог? — спросила она дрожащим голосом, явно сильно нервничая.

— Ну… Да, это правда моя фамилия. Хотя я никакой не герцог.

— Неважно. Ты в любом случае из семьи герцога. Почему ты нам не рассказал? Боялся, что мы проболтаемся? — расстроенно спросила она.

— Это тоже. Но в первую очередь не хотел, чтобы ко мне относились как-то по-особенному.

— Ну, мы ведь не стали относиться как-то иначе, когда узнали, что твой дедушка барон.

— Только чтобы вы стали снова смотреть мне в глаза и не кланяться при встрече, потребовался почти месяц, — с улыбкой подметил я.

— Хм-м, ты прав. Даже сейчас мне сложно обращаться на «ты». Кажется, что меня в любой момент могут за это высечь.

— Поэтому ты позвала меня отдельно? Чтобы больше никто не узнал.

— Да. Талис и Баниор, конечно, хорошие ребята, но и язык у них без костей. А зная Талиса, он ещё и начнёт к тебе обращаться «господин».

— Это правда, — с улыбкой ответил я. — Так что же, надеюсь всё останется по-старому?

— Конечно. Я просто хотела убедиться, что правильно всё поняла. А та женщина, что спасла нас — твоя тётя?

— Да, — коротко ответил я.

— Она потрясающая. Я уже думала, что нам всем конец. Она привела нам помощь. Руководила всеми людьми, привела лекарей. Можешь передать ей мою благодарность.