— Я в порядке, учитель. — Сарулан, тоже завороженная зрелищем, потерла одну из рук, на которой расплывался синяк. Кость тоже была сломана. Я слишком сильно сжал ладонь, когда ее отбрасывал. В остальном же кроме ожогов ничего не было.

— Враги добиты… Правда, большинство канули в бездну, не успев отдать свои души. И не было времени доставать сферу и укрощать осколок кузнеца… — Карасса, одновременно разгоряченная, напуганная тем, что не смогла добыть мне душ, а поглотила те сама, вернулась, подлетев к нам. Все действительно было кончено. А часть трофеев канула в бездну. Вернее почти все. После еще надо будет посмотреть там сферы наград. Но…

— Плевать. За нами уже идут. — Расплылся я в оскале. Ведь аватары заметили, как со стороны изнанки за нами уже протискиваются исполинские багровые, фиолетовые, желтые, черные и серебристые левиафаны. План сработал. Нас догнали. Все выглядит максимально естественно. И, кажется, я недооценил наших врагов, раз левиафанов было видно уже пару десятков, а некоторые из них заходили со стороны глубинных локусов. Уже взяв нас в кольцо.

— Вы знаете свои роли. — Открыл я проход во внутренний мир, что здесь, вблизи провала в хаос, медленно затягивающегося, работал с трудом. Сарулан облегченно нырнула внутрь, оставляя только нас с Карассой. И армию приближающихся левиафанов.

— Готова? — Усмехнулся я.

— Готова ли снова встретиться с осколками парагона? — Задумчиво переспросила мечница с проступающим на лице оскалом. Пока я готовился к судьбоносной встрече. Сотня аватаров владык поперли во все стороны, неся на себе подарочки. Несколько зарядов уничтожителей, пять оставшихся термоядов, куда я в оболочку насыпал кристаллов из своего духа, хотя это пока что был скорее эксперимент, ибо создать таких Кристаллов хоть сколько-нибудь много я пока не мог.

— Только если повелитель меня потом вознаградит. Ну или накажет… — Обольстительно закончила она.

— Если ты не сдохнешь. — Усмехнулся я, рванув ввысь. В туман. Оставляя вместо себя идеальную иллюзию в сонме аватаров. Еще с минуту царила тишина, пока я подвигался в верхние слои тумана, где даже ориентироваться было тяжело. Здесь работали «законы неба». Как и, говорят, они работали глубоко внизу. Если начать копать в локусе, забуриться на многие километры, то можно будет приблизиться к границе мира. Приблизиться, но не коснуться ее. Ибо там начинается слой магмы. И ладно бы просто расплавленный камень. Такое по плечу даже владыке. Но с определенной границы плотность силы резко растет. Любой, кто нырнет глубже, будет раздавлен и испарен. Большинство знаний и легенд, как и баек внешников, говорили, что и сломать эту границу невозможно. Сколько ни бей, любая твоя атака поглотится законом неба и станет частью защиты. Укрепит магму. Но я после лицезрения того величественного провала в бездну после боя с инквизиторами и палачами, уже не был так в этом уверен. Хоть тогда мир и залечил сам себя за несколько дней.

Еще с минуту ничего не происходило. Тишина перед бурей. Только Карасса раскручивала великий круговорот бездны, втянув в себя и остаточное облако от взрыва, которое разом заменило ей долгие минуты разогрева. Создало торнадо силы, в котором даже пиковые владыки были обречены сдохнуть и разложиться под бушующими ветрами бездны.

А потом грянуло. Первые левиафаны протиснулись сквозь порталы и сходу выплюнули несколько десятков термоядов. Мир внизу, скрываемый туманом, превратился в разогретое солнце. А мне из-под ног дыхнуло мощной аурой пятого этапа. Добрый старый черный базальт и кристаллит. Что там было с Карассой? Ну… Она пока была жива. Хоть та шутка, возможно, и не была шуткой.

Подрыв! — Три аватара испарились, уничтожая в самих себе капли пятого этапа и запасы «ядовитых» ресурсов из сокровищницы говорящих. Первым левиафанам хватило и этого. Вспышка пятого этапа в упор. В их брюха. Топорщащиеся сотнями глаз и изъеденные тысячами провалов, шахт для пуска техник и ракет. Вот только и они были лишь самоубийцами, что своими телами разминировали проход. Следом рванулись ракеты. Много. Термояд. Что летели и летели, преодолевая порталы на сверхвзуке, детонируя уже здесь. Просто тупое забрасывание. Через секунду я решил эту проблему, закинув им в ответ три собственных термояда. Пришлось пересобирать снаряды. Термояд с кристаллитом? Это уже было моей фирменной фишкой. Поэтому меня могли узнать. Так что я заменил начинку на металлолом высоких этапов из все тех же запасов клана бездны. Вспышки с той стороны. Ни один левиафан не мог выжить. Только не под градом металла пятого этапа, разогнанного синтезом водорода в гелий. Несколько взрывов здесь, через своих аватаров. И земля перемешалась с воздухом. А плотная, кипящая взвесь расплавленного камня уже не позволяла вражеским ракетам так просто перелетать границу. Ну… Где же вы? Инквизиторы?

Вместо них полезли новые левиафаны. Пытаются завалить числом? Вымотать? Заставить истратить все запасы бомб? Благо почти угасший торнадо бездны возобновляет свой бег. И я через аватаров, также разбросанных в вышине, в тумане, но уже ниже, вижу, как тысячи мечей Карассы вонзаются в тела исполинов. Видимость даже не нулевая. Отрицательная. Ауру духа я не развертываю на полную, чтобы враги не узнали о наличии тут повелителя. Но бой идет своим чередом. Десятки исполинских творений, кидающие сотни термоядов против одной наглой стервы. И она побеждает. Вспышки уже давно смешались в одно сплошное свечение. Кажется, еще немного, и внизу вспыхнет настоящее солнце, что само себя начнет поддерживать в синтезе тяжелых элементов.

Так прошла минута. Потом вторая. Только один раз я направил снаряд уничтожителя, поглощая разом несколько бронированных тварей, протиснувшихся на эту сторону. Наблюдать за ними, ощущать, исследовать, было жуть как интересно. Я снова как ребенок, ребенок-повелитель, с непосредственным восторгом рассматривал этих монстров, удивляясь их продуманности и элегантности. В чем-то они были, наверное, даже лучше поделок Изиргаста. Вместо стальных корпусов лишь чистая энергия, уплотненная почти до кристалла. Невероятно сложное строение, включающее нечто похожее на внутренние органы. Скорость реакции, защита и атаки на самом пике владыки. Сегментарные щиты, что могли с легкостью принимать сотни техник от сопоставимых по силе врагов, коллективные техники. И тысячи термоядов, в которых, похоже, у Федерации теперь не было недостатка. Идеальные боевые машины, выращивать которые было явно куда быстрее и дешевле, чем людей владык.

А потом… Едва заметная вспышка. И облако бездны, распростертое километров на пять, болезненно дергается. Пространство блокируется. А я ощущаю ауры повелителей, оказавшихся здесь. Пора.

Просветление! — Заемная сила капель и осколков пятого этапа льется в душу и тело.

Воля! — и следом воля падает океаном, распределяется на ручейки и речки. На потоки и заводи. Вливается в десятки сфер бытия. Ускорение сознания. Ускорение тела. Интуиция, чтобы определить, где мне надо быть. Небесный шаг. Скольжение сквозь воздух, так чтобы он не создавал сопротивления. Защита. Напитывание оружия. Два копья духа, копье пожирателя владык, деревянное копье. Желание смерти. Желание нарушение связи между духом, ци, телом и разумом. Желание, чтобы враг, умей он ощущать смерть и опасности, не смог этого сделать. Опасно. Я ощущаю, как подхожу к грани. Как воля может меня уничтожить. Превратить в труп, расколоть кристалл, выжечь сознание. И все же это даже не третья часть от запасов осколка.

Удар! - Океан воли испаряется. Меня несет вниз и одновременно на миг возносит к таким вершинам могущества, что кажутся нереальными. Пространство вокруг искажается. Трехмерная реальность плывет и плавится. Мое движение кажется мне туннелем, что искривляет картинку. Телепортация без входа в бездну? Такое считалось прерогативой бессмертных или величайших адептов пространства. Но сейчас не надо об этом думать.