Вроде бы не соврал, но до правды моим объяснениям как до луны

– Да, конечно, – поспешно кивает Ольга. – А я и думаю, почему мы этим делом занимаемся…

– Личный интерес, – улыбаюсь я. – Но там и по нашему ведомству много чего накопали. Обвинения в терроризме уже нескольким пассажирам предъявили. Поэтому все в рамках наших компетенций, Ольга Васильевна, – давлю взглядом

– Совершенно с вами согласна, Севастьян Михайлович, – заявляет преданно. Начинается опрос самого важного свидетеля

Для меня

Что еще вспомнит Злата? А может, Червонцев ее опаивал чем-то… Даже подумать страшно. И это мне, побывавшему в зубах у черта. А каково Злате?

– Знаете кого-нибудь из этих людей? – придвигает к ней фотографии Ольга

– Да, вот этот мужчина следил за мной на остановке. Помнишь, Сева, когда ты приехал? – порывисто поворачивается ко мне. Улыбается. Девочка моя

Ловлю любопытный взгляд Ольги. От нее никогда ничего не укроется

– Да, точно он, – придвигаю к себе фотку

– А эти трое шли за мной и за Кирюшей, – снова обращается Злата ко мне

– Преследовали, – киваю я. – То есть была развернута охота на человека, – заявляю решительно.

– А этот мужчина вам не знаком? – Ольга придвигает фотографию Корна

– Нет, – мотает головой Злата. Говорит еще что-то. А я отвлекаюсь на сотовый. – Да, Гусь, – выдыхаю в трубку. – Срочный вопрос?

– Ты в конторе? – рычит Плехов. – Дело есть. Сейчас зайду

– Лучше я к тебе, – выхожу из кабинета

Сталкиваемся в дверях. Улыбаюсь. Но Плехов серьезный, как никогда

– Слушай, у нас проблемы. Кажется, дело пидорасов и аристократов разваливается, – бухтит, как только мы заходим к нему в кабинет

– Да ну? Что такое? – напрягаюсь я. – Где-то косяк упороли?

– Не знаю, пошла утечка, – вздыхает он. – Короче, сорок минут назад в СИЗО грохнули Червонцева и Лошкарева. Прикинь, беда какая, – трет лицо

– А кто такой Лошкарев? – смотрю непонимающе

«Вот это у Аслана длинные руки», – усмехаюсь криво. Я думал, Червонцев хоть до суда дотянет

– Лошкарев? Каринкин муж. Она его фамилию не брала…

– Так надо радоваться, Гусь, – роняю насмешливо. – Освободились девчонки от упырей. Слава Богу! Ваша Карина вздохнет свободно. А я женюсь в ближайшее время. А дело… Там много отличившихся. Жены дали показания. На десятку по брату всех обеспечим. Плюс Корна закроем, как организатора, – хлопаю по плечу Олега

– А–а… ты в этом смысле, – тянет задумчиво. – На свадьбу не забудь пригласить, – добавляет поспешно. И снова хмурится. – Меня другой беспокоит, Севыч. Значит, у нас крыса завелась. Понимаешь? Кто-то же слил информацию заинтересованным лицам. Ладно, я Сэму Валдаеву сообщил. Он к нам вчера поздно вечером приезжал… А вот кто на Алимова вышел?

– Да какая разница? – морщусь недовольно. – Как вышел, так и зашел, – бурчу себе под нос и тут же перевожу тему. – Давайте сегодня у нас соберемся. Там мама с Юлькой пирог пекут. Злата сегодня стейки на вечер замариновала…

– А у нас сазан жареный, – радостно сообщает Плехов. – Ладно, мы к восьми придем. Надо хоть иногда в гости выбираться. А то все у нас, да у нас, – ржет довольно. – Только, слышь, брат. Ты сильно на Злату не дави. Девчонкам красоты хочется. Свадьбу, все дела… Устрой праздник. Девочка твоя оценит. И мы все подтянемся…

– Уговорил, – улыбаюсь во все тридцать два. И сам до конца не осознаю, как быстро все завершилось. Бац, и Злата свободна. Не ожидал даже…

Глава 69.

Глава 69.

– Злата, мне нужно тебе кое-что сказать, – усаживает меня на кожаный диван Ханин. – Плохие новости, детка, – берет мои руки в свои

– Что? – поднимаю на него глаза. – Что-то с Юлей? Надо ехать? – не могу усидеть на месте

– Нет, там все в порядке, – улыбается натянуто Севастьян. – Из СИЗО звонили. Червонцева в драке закололи заточкой. И еще одного его приятеля. И как-то быстро все произошло. Охрана даже ничего не заметила…

– Николай сам к этому стремился, – передергиваю плечами. – Зачем надо было вскрывать камеры в Архиве? Публиковать фото в чате? Наверняка его убил муж той женщины, – догадавшись, закрываю ладошкой рот. – Вот о чем Николай думал?

И почему-то совершенно не чувствую жалости к бывшему. Ни любви, ни ненависти. Ничего. Ушел и больше никогда не вернется

– Тогда едем домой, золотая моя, – обнимает меня Ханин. Целует в висок

– Сева, – отстраняюсь на секунду. – Я хочу заехать на старую квартиру. Надо сказать лично свекрови. А то ей позвонят… Нагрубят в трубку. Лучше, чтобы рядом был кто-то близкий. У нее никого кроме нас с Юлей не осталось. Пожалуйста! – скулю тихонечко

– Да не вопрос, золотая моя. Ты пока с ней поговоришь, я в супермаркет заеду. А у тебя под дверью Сафьянова оставлю. Мало ли… Не доверяю я этой публике, – рыкает Севастьян. Подскочив на ноги, подает мне руку. – Или может, Серега ей сообщит? – морщит нос. – А мы с тобой по магазинам пройдемся

– Сева, – обнимаю этого несносного мужчину обеими руками. Кладу голову на плечо

– Ладно, – досадливо крякает он. – Только быстро. К нам сегодня Плеховы припрутся. Тогда и Азота позвать надо, – одной рукой обнимает меня, другой чешет затылок. – Ты там недолго, хорошо?

– Да, я надолго и не планировала, – мотаю головой. И рыдать вместе с матерью Николая точно не собираюсь. Он столько мне зла причинил, что я его даже добрым словом вспомнить не могу. А что он за моей спиной творил? Просто подло сливал в сеть мои фотки. Как о таком можно горевать?

За все содеянное прилетела к нему карма! Тут уж как Вселенная распорядилась

А в ушах снова стоит голос Николая

«Ну что, зверушка? Ты хоть помнишь, от кого понесла?»

Дергаюсь, как от удара током

– Злата? С тобой все хорошо? – заглядывает мне в лицо Ханин. – Ты что-то вспомнила?

Больше всего на свете хочу забыть происки Червонцева. Все его гадские инсинуации и издевательства. Наверняка его подозрения не имели ничего общего с реальностью. Жестокий больной человек. Иначе как объяснить его тягу к насилию. Физическому и моральному

Промолчать бы…Но кто его знает, что еще сотворил Николай. Ханину нужно сообщить обязательно. Только он сможет защитить нас с Юлей. И только благодаря ему мы выкарабкались из ада, который устроил мне Червонцев

– Да, – выдавливаю через силу. – Сева, я ничего не нашла в деле, но Николай всегда обвинял меня в том, что Юля не его дочка. Мы дважды делали тест на отцовство. И результат был отрицательным

– Он тебя этим держал? – смотрит пристально Севастьян. Сжимает челюсти

– Да, – опускаю голову. К щекам приливает предательский румянец. И я ничего не могу с собой поделать. Просто стою и реву

– Да положить с прибором, Злата, – негодующе выдыхает Ханин. Осторожно, большим пальцем приподнимает мой подбородок, утирает слезы. – Плевать, что там думало это гребанное убоище. Просто плевать. Я любого за вас с Юлькой порву. И тест надо сделать для твоего спокойствия. Перестань, золотая моя, – целует в лоб. – Ты только моя, девочка. Никому не отдам, – добавляет хриплым шепотом. – Едем, а то гости раньше нас приедут

В машине мы с Севой усаживаемся на заднее сиденье

– Вам привет от Киры, Злата Владимировна, – почтительно кивает мне Сафьянов

– Ей тоже передавайте, Сергей, – чинно отвечаю я

А Сева легонько щекочет под ребра

– Что? – поднимаю на него глаза

– Ты настоящая жена генерала, – смеется тихонечко.

– Еще нет, – смущаюсь до предела

– Я это быстро исправлю, – рыкает угрожающе Ханин и затыкает мне рот поцелуем. – Если ты хочешь праздник, я все устрою, – заявляет, отдышавшись. – Только скажи

А я? Что я?

– Да не нужно мне никакого праздника. Давай распишемся и все, – глажу руку любимого

– Понял, – по-военному коротко кивает Севастьян. – Тогда сделаем так. В ближайшее время распишемся, а потом устроим праздник. Идет? Я хочу, чтобы весь мир знал, какую женщину отхватил…