Гийом обреченно вздохнул.

– И вот мы пришли к тому с чего начали. Хвалим, хотя искали недостатки. Но за что его убили-то, если твой дядя был таким хорошим человеком? Кто испытывал к нему ненависть и за что… ай, черт!

Гийом встал пройтись по кухне, наступил на собственную штанину и чуть не рухнул, как круглый дурак. Выругался и подтянул штаны.

– Чертовы казенные ремни! Герда была права, они – полное дерьмо! Почему нам не могут дать нормальных?

– Он тебе просто великоват, – рассеянно заметил Нил, погруженный в размышления, – как и форменные штаны. Пробей в ремне дополнительную дырку и затяни потуже. Шило лежит в шкафу, на верхней полке, в спальне.

Гийом направился туда. Обшарил верхнюю полку, но ничего не нашел. Начал искать на нижних и наткнулся на плотный мешочек с мелкими предметами. Раскрыл, рассчитывая увидеть швейные принадлежности и искомое шило.

В мешочке оказались драгоценности.

Гийом с любопытством разглядывал дорогие золотые кольца и серьги с драгоценными камнями. Сапфиры, изумруды и алмазы переливались в тусклом свете масляной лампы. Должно быть это и была доля Нила из разбойничьего схрона. Гийом, правда, представлял ее побольше: как сундук или ларец, а мешочек был не больше того, в котором он недавно отдавал штраф за Сэма и Томаса. Может там еще таких с десяток есть? Или Нил уже на что-то потратился?

– Нашел шило?

Гийом вздрогнул и обернулся.

– Нет. Извини, я тут случайно наткнулся на твои сокровища и захотел рассмотреть. Уже убираю.

Нил удивленно взглянул на мешочек.

– Что это?

– Как что? Твоя доля сокровищ за победу над разбойником.

– Она не здесь. И не так выглядит. Где ты это взял?

– На нижней полке, в глубине, – растерянно ответил Гийом, – это же твой дом! Как тут могут быть драгоценности о которых ты не знаешь?

Нил вскинулся. А затем подался к шкафу, выгребая из него все и бросая на пол.

– Это не только мой дом. Он принадлежал дяде Рутгеру. Нет, больше ничего подобного здесь нет. Пойдем на кухню, там больше света.

Они разложили драгоценности на кухонном столе. Нил осматривал каждый предмет и мрачнел все сильнее. Гийом в упор не видел для этого причин.

– Выходит, твой дядя вкладывал деньги в покупку драгоценностей и ты их законно унаследовал. Это же хорошо.

– Нет. У дяди было завещание: все деньги достались родителям, а мне – этот дом. Не было там никаких драгоценностей. К тому же, разве ты не видишь, что с ними не так?

Гийом пригляделся и сообразил. В мешочке это было незаметно, но на столе стало очевидно.

– Тут все серьги по одной!

– Вот именно. Никто не продал бы ему их в таком виде. Значит, он получил драгоценности иначе, причем, не сразу. Это плохо.

Гийом поколебался.

– Это был шантаж? Или он снимал их с тел потерпевших по одной штуке, чтобы выглядело, как случайная потеря?

– Мой дядя не мог так поступать! – крикнул Нил и закрыл лицо руками. – Только не он! Но откуда он их взял?! Зачем прятал? Почему опять ничего не понятно?!

– А может Рейвен приходил за ними? – воскликнул Гийом. – Кто-то отдал их Рутгеру Янгу на хранение, Рейвен узнал об этом и решил ограбить и убить его!

Нил замер, но потом со вздохом покачал головой.

– Не сходится. Нижняя полка в шкафу – не тайник. Убив дядю Рутгера, Рейвен должен был обыскать дом и легко бы нашел мешочек.

– Может, у него времени не было?

– Было. Дядю убили поздним вечером, а тело обнаружили только с утра. Целая ночь на обыск.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Гийом замолчал. Они с Нилом разглядывали кольца и серьги, пытаясь найти зацепку, но ничего не выходило.

– Было что-то, что Рутгер Янг скрывал ото всех, причем очень тщательно, – медленно сказал Гийом, – постыдное или опасное, то чем нельзя было поделиться даже с семьей и друзьями. И я думаю, это одна тайна, а не несколько, значит Рейвен связан с драгоценностями. Но как? Нам бы еще хоть один кусочек этой загадки! Хоть одну подсказку!

– И где ее взять? – невесело усмехнулся Нил. – Похоже, мы нашли основной дядин недостаток. Скрытность. Он унес все свои тайны с собой в могилу.

– Но он попытался рассказать что-то перед смертью. Поэтому и написал имя убийцы кровью. Не сдавайся, Нил. Мы распутаем этот клубок. Мы уже нашли то о чем не знают другие. Значит, найдем еще. Любая тайна однажды выйдет на поверхность.

Нил ничего не ответил и закрыл лицо руками. Гийом замер. Он впервые видел Нила таким потерянным.

– Я найду его! Найду Рейвена, слышишь! Год, два, десять отслужу в страже, но найду! – воскликнул он. – Это у меня сейчас не получается, а потом получится! Все будет хорошо!

Нил выпрямился.

– Пойдем спать. Завтра рано вставать. Можешь остаться сегодня у меня.

Он больше ничего не сказал, словно боялся спугнуть свою последнюю надежду.

На следующий день Ричард де Ланкендорф отправился с официальным визитом к наместнику и взял в сопровождение Гийома с Нилом. Дом наместника был огромным и роскошным, так что Гийом с любопытством глазел по сторонам. Но когда увидел наместника забыл обо всем остальном.

К ним, встречая гостей, шагнул второй Ричард де Ланкендорф.

Они были похожи, как две капли воды. Даже прически носили одинаковые. Но стоило Антуану де Ланкендорфу улыбнуться и заговорить, как иллюзия развеялась. Гийом разглядывал его, как завороженный. Наместник города явно был мягким и дружелюбным человеком. Его мимика и жесты выдавали в нем чуткого человека, внимательного к нуждам собеседника. Но было в нем так же что-то ироничное, даже, пожалуй, насмешливое. Если начальник стражи напоминал незыблемую скалу, то его брат – соленую морскую волну, захлестывающую ее.

– Давно ты ко мне не заглядывал лично, Риччи, – тепло сказал он, – я уже начинаю забывать, что у меня есть брат. Или это ты забыл?

– Я занят, Анти, – с сожалением ответил Ричард де Ланкендорф, – город нуждается во мне. Как будет свободная минутка, обязательно посидим в саду за бутылкой красного вина, но не сейчас.

– Чувствую, сидеть мне там в одиночестве, – меланхолично заметил наместник, – если сопьюсь, это будет твоя вина.

Ричард де Ланкендорф рассмеялся.

– Не сопьешься! Без повода ты его пить не будешь, а без брата и подавно! В одиночку пить скучно!

– А я кого-нибудь из твоих стражников приглашу. Да хотя бы вот этих. Ребята, хотите выпить хорошего вина в компании наместника города? Прямо сейчас?

– Хотеть хочу, а выпить не выйдет, – ответил Гийом.

– Почему же? – улыбнулся Антуан де Ланкендорф.

– Распитие выпивки в рабочее время позорит честь стражника. Расслабляться можно в выходной, но в выходной я сюда не попаду, значит никогда не попробую вашего вина. Обидно. А то бы внукам рассказывал как пил с наместником города и начальником стражи, будто я тоже кто-то важный.

Ричард и Антуан де Ланкендорф дружно расхохотались.

– А паренек-то хитрый! Риччи, он явно подталкивает нас к определенному решению. Раз уж ты сегодня здесь, то давай выпьем по бокалу вина. Тем более, что твое официальное дело решится за пять минут.

– Ладно. И этому умнику налей. Заслужил, – Ричард де Ланкендорф потрепал Гийома по светлым волосам и обернулся, – Нил, ты будешь?

Тот молча покачал головой. Он все еще пребывал в подавленном настроении после вчерашней находки.

Антуан де Ланкендорф взглянул на него и замер.

– Ты – племянник Рутгера, так?

– Да.

– Прими мои соболезнования, – тихо сказал наместник, – это большая потеря для нас всех. Ричард говорил ты тоже присоединился к расследованию. Тебе нужна помощь? Деньги, люди, связи? Я готов поделиться всем.

– Нет, благодарю вас.

– У него все есть, Анти. Унас все это есть, а Рейвен до сих пор не пойман, – заскрипел зубами начальник стражи, – я начинаю думать, что работал все-таки наемный убийца. Слишком уж чистое убийство. Никаких следов.