— Ну, Арагон не сильно торопится со свадьбой Изабеллы и Фердинанда, почему бы ей не выйти за моего достойного партнёра? — соврал я, — сеньор Педро показался мне порядочным человеком и хорошим феодалом.

Каррильо де Акунья покивал головой, его моя идея поразила и попала в самую цель.

— Всего десять минут с тобой и ты полностью перевернул мой мир, — наконец с тяжёлым вздохом, он вернулся ко мне, — да, в таком случае нам нужны будут союзники и много денег. Я поговорю с Хуаном и попробую убедить его, к тому же Педро явно будет на твоей стороне, ему давно нравится корона Кастилии.

— К счастью, это не всё, чем я могу вас ещё порадовать, ваше преосвященство, — лукаво улыбнулся я, протягивая руку к шее и доставая оттуда две монеты на цепочке.

Каррильо де Акунья напрягся и даже придвинулся ко мне чуть ближе.

— Горб⁈ — не спросил, а утвердительно поинтересовался он, — этим ты смог его убрать?

— Конечно, ваше преосвященство, — кивнул я, — неужели вы поверите в рассказы про какую-то чуму, которыми я потчую всех, кто про него спрашивает.

Он улыбнулся и довольно покачал головой, показав пальцем на одну из монет, поскольку вторая, как он думал, усиливала мой ум.

— Что она может? Будет полезна мне?

— Я ещё не до конца разобрался с её свойствами, ваше преосвященство, — чуть расстроенно покачал я головой, — из того, что смог найти, это при сильном стрессе, можно чуть улучшать своё тело, поскольку чумой я всё же болел и исчезновение горба было приятной неожиданностью после того, как я едва не умер.

— Хм, она не так проста, — задумчиво покачал он головой.

— В любом случае, ваше преосвященство, — заверил его я, — я продолжаю эксперименты, и если монета будет иметь свойства, которые помогут достичь вам то, чего вы хотите, я вам её просто отдам. Наш уговор с вами в отношении монет, разумеется, действует.

— Конечно Иньиго, у меня в этом нет сомнений, — спокойно кивнул он, подтверждая наши прошлые договорённости.

Пока я прятал монеты обратно под одежду, он остро посмотрел на меня.

— Хотел ещё тебя спросить об одной вещи, если мы уж затронули в разговоре политику, почему ты отказался присоединиться к принцу Альфонсо? Мальчик так тяжело переживает вашу разлуку.

— Как я вам сказал ещё при первом нашем разговоре, ваше преосвященство, политика меня мало интересует, поскольку я хочу стать очень богатым человеком, — легко снова соврал я, — а ввязываясь в дрязги и интриги, я не зарабатываю и теряю время. Не спорю, когда-то мне придётся делать выбор, на чьей я стороне, но пока я не могу себе этого позволить.

— Я так и думал, — кивнул он, словно мои слова подтверждали его мысли, — и полностью поддерживаю.

— Да, я тоже кстати хотел попросить вас, — вспомнил я разговор с королевой, — понятное дело, что вы хотите убрать Хуану, как наследницу короля, сделав при этом принцем Астурийским снова Альфонсо, но можете это делать хотя бы не так прямолинейно и враждебно по отношению к Жуане, как сейчас?

Каррильо де Акунья заинтересованно посмотрел на меня.

— Причина твоей поддержки этой португальской распутницы?

— Король меняет свои решения в зависимости от своего настроения, — объяснил я, свои мотивы, — если с ним что-то случится до того, как Альфонсо официально утвердят наследником короны Кастилии, королевство расколется на две половины: часть грандов будет поддерживать королеву и Хуану, вторая принца Альфонсо. Вы понятное дело будете на стороне принца, я же хочу остаться на стороне короля и королевы, чтобы знать, что они задумали и говорить потом об этом вам.

— Как коварно, — улыбнулся Каррильо де Акунья, — но понятно мне, хорошо Иньиго, не буду прилюдно больше её обличать.

— Спасибо, ваше преосвященство, — склонил я голову, — пусть королева думает, что я на её стороне.

— Да, кстати, — я засуетился и достал из внутреннего кармана камзола небольшой кожаный мешок и протянул его архиепископу Толедо, — чуть не забыл, привёз вам подарок из Александрии.

Он удивлённый, взял его и раскрыл, затем стал вытаскивать чётки, сделанные из жемчуга среднего размера, и венчал чётки небольшой золотой крест со вставленными в него рубинами по краям каждого луча.

— Принадлежал кому-то из правителей Византии, — соврал я, — попал к маврам после падения Константинополя.

Каррильо де Акунья изумлённо рассматривал дорогую вещь и поднял на меня взгляд.

— Спасибо Иньиго, я вижу, что предмет очень дорогой.

— Не дороже того уважения, что я испытываю к вам, ваше преосвященство, — серьёзно ответил я, — так что примите от меня на память.

— Конечно, — он сразу надел их на запястье и крутанул жемчуг, явно испытывая удовольствие от прикосновения к нему, — ещё раз благодарю тебя.

— Тогда, — заключил я, — жду от вас вестей по созданию «Серебряной лиги».

Архиепископ кивнул и встал проводить меня до коридора, а дальше уже меня провели вниз его слуги.

— Во дворец? — поинтересовался у меня Бернард.

— Нет, заедем сначала поблагодарим Иосифа Колона и Авраама Сениора, — решил я, — сегодня всё равно уже поздно с кем-то во дворце встречаться. Продолжим лучше завтра.

Швейцарец кивнул и помог мне сесть в повозку, сам вернувшись на лошадь.

Поздно вечером, вернувшись во дворец и войдя в свои комнаты, я с изумлением посмотрел на сидящую на моей кровати Изабеллу, которая, скрестив руки, тут же надула губы при моём появлении.

Я повернул взгляд к Марте, а та лишь развела руками.

— Как я могла отказать инфанте Кастилии, сеньор Иньиго? — спросила у меня флорентийка.

— Инфанта, если кто-нибудь увидит вас в покоях мужчины, будет скандал и вас ждут большие неприятности, — сказал я, обращаясь к юной девушке.

— Не больше, чем когда я отказала королю Португалии, — фыркнула она.

Я тяжело вздохнул и повернулся к флорентийке.

— Скажи сеньору Альваро, чтобы он предупредил, сеньору Клару Альварнаэс, что инфанта у меня и пусть она придёт и подежурит у двери, а то и правда будет большой скандал, если Изабеллу кто-то увидит у меня.

— Хорошо, сеньор Иньиго, — женщина поклонилась мне и вышла, а за ней также тихо вышел Бернард, оставляя нас с Изабеллой наедине.

Вернув взгляд на сердитую девушку, я спросил.

— А вы почему обижены на меня инфанта?

Глаза Изабеллы широко распахнулись.

— А мне быть довольной оттого, что ты приехал, встретился уже со всеми, кроме меня? Почему я должна узнавать о том, что у тебя пропал горб и про твои приключения, не от тебя? Весь двор уже гудит от твоих похождений на Востоке.

Я подошёл ближе и сел в кресло, как раз напротив кровати.

— Я разговаривал только с королём, королевой, своим дядей и примасом Кастилии, — покачал я головой, разумно опуская встречи с евреями, — кто все-то? К тому же я планировал встретиться с вами завтра, оповестив вас заранее, как и положено по правилам и всё подробно рассказать.

— Иньиго, я скучаю! — возмутилась она, — а ты игнорируешь меня, занимаясь своими делами.

— Хорошо, следующий раз, когда я приеду, приду к вам, сразу после посещения короля, — примирительно ответил я, — как у вас дела? Готовитесь к поездке в Англию?

Изабелла изумлённо на меня посмотрела.

— Какая Англия? Ты о чём?

— А-а-а, — протянул я, — ваш брат не сказал вам, что отправил послов к Эдуарду IV, чтобы он рассмотрел вас в качестве своей будущей жены?

Инфанта посмотрела на меня изумлённо, но поняв, что я не шучу, стала возмущаться и грозить королю различными карами.

— Ну ничего, я и ему откажу, как и королю Португалии, я не хочу уезжать из Кастилии, — закончила она возмущаться.

— Боюсь в этот раз ваше «нет» будет гораздо тяжелее сделать, — обрадовал я её, — архиепископ Толедо съездил в Рим и привёз буллу, разрешающую брак с несовершеннолетней.

Девушка посмотрела на меня удивлённо, замолчала и на её глазах появились слёзы.

— Почему ты так спокойно об этом говоришь мне? — сквозь слёзы спросила она.