Пекло — 9 очков.

Юнайтед — 7 очков.

Касегава — 3 очка.

Земля, Лондон.

В одном из лондонских старинных замков в этот день собралась вся новая европейская элита. И встретились эти очень влиятельные и богатые люди не просто так. Они с замиранием сердца следили за проведением испытания на право называться наместниками Евразии.

Ещё до его начала многие из этих людей сделали свои ставки, причём не просто деньгами. Все они обещали оказать поддержку клану «Юнион» взамен на некоторые преференции, когда те одержат победу на состязании, в чём, в общем-то, никто не сомневался. До недавнего времени.

После окончания очередного этапа на экран вывели общий счёт кланов, и увиденное не понравилось никому из присутствующих. Планы людей, которые привыкли сами распоряжаться не только своими, но и жизнями других, рушились прямо на их глазах.

— Итак, Господа, вы всё видели сами, — слово на правах хозяина взял сэр Вильям Нотингейл, британский миллиардер, бизнесмен и политик, а также игрок шестнадцатого уровня. — Наши ставки не оправдались. Константу не догнать, и она всё увеличивает отрыв. Мы снова недооценили русских. Пора что-то решать и определяться с дальнейшей стратегией. Мы рискуем остаться за бортом, джентльмены.

— Их лидер, Брод, демонстрирует какую-то невероятную силу, — месье Жюль Порье, известный французский бизнесмен, был вынужден согласиться с коллегой. — я собрал под своей рукой множество французских игроков, но ни один из них не смог ни на йоту приблизиться к мощи даже рядовых игроков Константы. Признаться, Господа, я в растерянности.

— Очевидно, что мы выбрали не ту сторону, Константа победит с очень большой вероятностью, а если не они, то Квазары, о которых мы вообще ничего не знаем, — немецкий магнат Ганс Вебер не любил витиеватых фраз, предпочитая признавать факты, какими бы они ни были. — Не знаю, как вы, но я собираюсь наладить контакт с представителем Константы в Москве. Как его там? Загонов? Он из наших, довольно известный бизнесмен. Думаю, есть шанс договориться.

— Собираетесь идти к русским на поклон? — не скрывая брезгливости спросил испанец Хорхе Гарсия-Лопес.

— Не вижу другого выхода, — честно признался Ганс, — либо мы сейчас договоримся, либо нас сметут.

— То есть, вариант сопротивления вы вообще не рассматриваете? — Хорхе не собирался сдаваться так просто.

— Если их назначит система, сделать мы уже ничего не сможем, — в разговор снова вмешался Вильям. — пойдём против них открыто — нас объявят ренегатами. Станем действовать скрытно — подключатся модераторы, глава которых, между прочим, тоже состоит в Константе. Я согласен с мистером Вебером, надо договариваться. Всё-таки это не те русские, с которыми мы всегда бодались. Не правительство, а практически случайные люди, получившие силу.

— Да и не только русские там, — в диалог включился Лоренцо Боселли, бывший итальянский министр, один из немногих старых политиков, которые смогли остаться у руля. — Вон, Самуэль Адебайру, камерунец или сенегалец? Крайне приближённый к лидеру человек. Как-то же они нашли общий язык? И, судя по тому, что мы видим на состязании, Брод вполне разумен, даже, я бы сказал, великодушен и справедлив. В его клане самое большое разнообразие рас из всех, а он землянин. Это о многом говорит.

— Ещё до прихода системы господин Загонов являлся клиентом моего учреждения, — слово взял Ноа Сутер, владелец крупнейшего швейцарского банка. — у меня есть его контакт, могу позвонить и договориться о встрече.

— И как он тебе, Ноа? — спросил Порье, — Договороспособен?

— Вполне, — ответил тот, — человек хваткий, довольно жесткий в некоторых моментах, впрочем, как и все русские, но бизнесмен до мозга костей. Считаю, что есть вероятность его подкупить, только нужно хорошенько подумать над предложением.

— А вот в этом я бы не сове овал спешить, но здравый смысл в этой идее имеется, — Нотингейл позволил себе не согласиться с коллегой. — Некоторое время назад мистер Загонов, насколько мне известно, тоже являлся членом нашей коалиции. Тогда человек, называемый сейчас Бродом, исчез на несколько месяцев, и Загонов, как истинный бизнесмен, легко сменил сторону на более выгодную. Но когда Брод появился вновь, Загонов каким-то образом снова оказался в его клане, причём с легкостью занял должность казначея.

— И о чём это нам говорит? — Гарсия-Лопес отчего-то любил задавать вполне очевидные вопросы, за что частенько получал неодобрительные взгляды коллег в свою сторону.

— Это говорит о том, что Брод внушаем, и Загонов имеет на него влияние, — поделился своими соображениями Вильям. — Я считаю, что нужно выходить на Загонова, пообщаться с ним, пригласить в наш круг, а там, глядишь, получше узнаем друг друга и, вполне возможно, сможем предложить что-то стоящее.

— Ты прав, Вильям, — внезапно согласился Ганс, — зачем нам вообще Брод? Пусть сражается и занимается своими бойцами, я слышал, что он большую часть времени проводит не на Земле. Думаю, он почему-то доверяет Загонову. Если сможем купить его, то ничего в нашей жизни особо не изменится, во всяком случае, в худшую сторону.

— Что ж, Господа, голосуем? — произнёс Нотингейл громко. — Кто за то, чтобы пойти на поклон к Броду? Никто, хорошо. Кто за то, чтобы подкупить Загонова? Единогласно. Отлично, Господа, так и поступим…

Элестос.

За состязанием на звание наместников нового мира активно следили не только на Земле. Событие, к удивлению многих, получило очень широкую огласку, но были также и те, кто напрямую являлся интересантами данного события.

В просторном зале величественного замка в вольном городе сидели всего лишь трое игроков, являющихся представителями совершенно разных поколений, но все трое были полностью поглощены происходящим на экране.

— Как тебе наши бойцы, Вайнос? — насмешливо спросил Хорус, глядя на правнука.

— Неплохи, глава, но до людей Брода им далеко, — вынужден был признать заместитель лидера Кри. — Мне сообщили, что он по какой-то причине пока не читает сообщения. Боюсь даже представить, сколько всяческих предложений к нему уже поступило после столь фееричного выступления на состязании, и сколько ещё поступит.

— В этом ты прав, внук, — сегодня атмосфера между ними царила больше семейная, чем деловая, — и как же хорошо, что мы встретили этот неогранённый алмаз гораздо раньше.

— Дедушка, не боишься, что он обидится? — внезапно спросила Вайнона.

— Нет, не боюсь, — бывший старик слегка улыбнулся и покачал головой, — Брод довольно умён, он прекрасно понял, что я действовал в его интересах. Ему неприятно, что я влез без его ведома, но он не станет раздувать скандал, ведь уже сейчас видит, что всё было сделано не зря. — Хорус был доволен собой и решением помочь Константе, даже несмотря на отказ Брода.

— Извини, глава, — начал Вайнос, но старик перебил.

— Я же говорил, сегодня у нас семейный вечер, никаких «глав» — он шуточно-сердито постучал пальцем по столу.

— Да, дедушка, но всё же, — Вайнос старался тщательно подбирать слова, — ты уверен, что они бы без нас не справились? Со стороны кажется, что никакая помощь им была не нужна. Особенно меня удивил этот Эрик. Наш шпион доложил, что это представитель ещё одной расы с Луркерии, и он чудовищно силён!

— Да, интересный персонаж, — Хорус вынужден был согласиться, — надо будет с ним тоже познакомиться. У Брода талант — собирать вокруг себя сильных и неординарных личностей. Внучка, — он резко переключился на девушку, которая глаз с экрана не сводила, машинально закидывая в рот странное земное лакомство под названием «Поп-корн». — А ты чего молчишь? Нравится тебе парень, да?

— Ну де-е-е-едушка, — протянула она и густо покраснела.

— Что, дедушка? Я же вижу всё, и выбор твой одобряю полностью, — сказал Хорус, чем еще сильнее вогнал девушку в краску. — Что ты, как маленькая? Нравится, значит, хватай и прячь подальше от всех. А ты сидишь тут и краснеешь. Ты учти, Вайнона, что, как только вот это закончится, Броду прохода не дадут всякие невесты. И будут они далеко не из последних кланов и корпораций. Он ещё даже близко не показал все свои возможности, но даже это уже в разы больше, чем демонстрируют другие. Да что там говорить, он прославленного Герхарта скрутил два раза, как игрушку, и это вся вселенная видела! Пекло-то только и держалось на страхе перед легендарным воителем, а теперь я очень сильно сомневаюсь, что этот клан просуществует хотя бы день после состязания.