— Слышу, — сказал Салливан. — С двенадцати часов слышу.

— Так бывает?

— Бывает, — сказал он. — На голом каркасе в ветер всегда гудит. — Молчание, и голос стал ниже. — Только не так.

— А как?

— Обычно он поет на одной ноте и держит ее. А сейчас он ходит. То выше, то ниже. — Салливан помолчал. — Я двадцать лет на монтаже, мистер, и я вам скажу прямо мне это не нравится.

Я поднялся с бетона.

— Сидите тихо, — сказал я в щель. — Мы придем за вами.

— А если не придете?

— Придем.

— Мистер. — Голос Салливана догнал меня у самого пола, уже когда я вставал. — Как вас зовут? Для порядка. Чтобы ребята знали, кого ждут.

— Митчелл.

— Салливан, — сказал он, хотя уже представлялся. — Ладно. Мы подождем.

Мы вернулись к углу и присели за поворотом.

Локхарт убрал револьвер в кобуру и посмотрел на ключ у меня в руке.

— Пятьдесят восьмой, — сказал он.

— Два этажа.

— И четырнадцать узлов, которые переделывали три раза за лето. — Он поднялся и застегнул пиджак. — Знаете, Митчелл, что мне сейчас не нравится больше всего?

— Что он знал фамилию прораба?

— Нет. Что он сказал про четыре часа. — Локхарт пошел к лестнице. — Человек, который собирается уронить башню, не обещает запертым людям, что к четырем они будут дома.

Получается времени совсем почти не осталось. Я прикинул как быть дальше.

У меня было два варианта развития событий. И все мне не нравились. Потому что зависели от мотивации того, кто все это устроил.

Я до сих пор не мог понять, для чего строить такую сложную многоступенчатую схему. Либо этот человек изощренный маньяк, который испытывает наслаждение от того, что ввел всех в заблуждение.

Либо он просто создал хитроумную схему с ловушками и запутыванием следов, чтобы без проблем поиметь с этого деньги. Только вот какой куш можно получить за счет того, что взорвал строящийся небоскреб? Наверное, не такой большой.

Так что дело здесь не в алчности, а в другом мотиве. И это точно не маньяк, тот выбрал бы вариант поярче и шумнее, дождался бы когда башню достроят и взорвал бы с фейерверком и салютом, прославившись на всю страну.

Остался еще один вариант, я о нем еще не думал.

— Кажется, я знаю чего он хочет, — сказал я и поглядел на стены, куда заложили шашки с термитом. — Но для этого нам надо с ним поговорить. И по возможности постараться предотвратить то, что он задумал.

Мы пошли дальше наверх, сохраняя все меры предосторожности. Ветер усиливался с каждой секундой, стоило только выйти на открытую площадку.

С этой высоты весь город уже почти как на ладони. Внизу мелкими букашками по улицам ползли машины и бегали людишки, сюда еле доносились звуки города: крики газетчиков, клаксоны автомобилей и ругань водителей. Все эти звуки заглушены воем ветра и превратились просто в неумолчный гул, похожий на рев разъяренного зверя.

— Чем я заслужил такое? — спросил Локхарт, поднимаясь вместе со мной по лестнице. — Чтобы оказаться с какими-то безумными фанатиками наверху недостроенного небоскреба, который может развалиться в любую минуту.

Мы поднялись еще немного и здесь началось то, от чего нас всеми силами старался предостеречь Каллахан. Бетонная крошка все также хрустела под ногами, и этот звук услышали те, кому это было не положено.

Честно говоря, я и сам не думал, что мы заберемся так высоко и останемся не обнаруженными. К счастью, хоть нас и обнаружили, везение нас не оставило.

— Посторонние на уровне! — закричал кто-то сверху на верхней площадке. — Тревога!

Локхарт чертыхнулся, выставил руку с револьвером.357 Магнум и пригибаясь помчался наверх, перепрыгивая через железные ступеньки и не заботясь о том, что нас услышат.

Я тоже посмотрел наверх, чтобы понять, кто там такой глазастый. То, что я увидел не совсем можно назвать хорошей новостью.

Парень, который нас подметил, оказался одним из нападавших, он находился у открытого дверного проема лестничной выгородки, почему его до сих пор не снесло оттуда ветром, ума не приложу. Кажется, он сидел возле внешнего контура здания, скрываясь от ветра и сливаясь со стеной в тени массивного бетонированного пилона лифтовой шахты.

В итоге он видел, что происходит на всем лестничном марше. Сейчас он целился в нас из автомата Инграм МАС-10 с тяжелыми патронами.45 АСР, чертовски неприятная штука чтобы позволять ей бить тебя под ребра. Да и в любое другое место тоже.

— Стоять, ФБР! — закричал Локхарт, развернувшись на ходу. — Немедленно бросьте оружие!

Ага, как же. Я видел парня и не сомневался, что он получил приказ стрелять на поражение. Одет в подержанную армейскую полевую куртку М-65 с защитного цвета олив-драб с сорванными шевронами, под которой виднелась синяя фланелевая рубашка и выцветшие джинсы. На ногах заляпанные цементом армейские ботинки Комбат бутс на толстой вулканизированной подошве.

На голые стандартная желтая строительная каска, надетая поверх трикотажной вязаной шапки-балкалавы. Поверх куртки брезентовая разгрузочная система лифчик на три магазина.

Из лица видны только покрасневшие от ветра глаза и густые брови, остальное закрыто балаклавой. На руках грубые строительные перчатки с обрезанными пальцами для удобства работы со спусковым крючком.

В ответ на крик Локхарта он сузил глаза и начал стрелять.

Автомат МАС-10 обладает колоссальной скорострельностью, может выпускать тысячу пуль в минуту. Парень успел выпустить в нас очередь из пяти патронов, они прозвучали не как отдельные хлопки, а сплошной оглушительный треск, похожий на разрыв плотной ткани или мощного электрического заряда.

Внутри бетонной коробки строящегося небоскреба звук выстрелов тяжелых патронов.45 АСР мгновенно превратился в глухие басовитые удары. Раскатистое эхо отлетело от железобетонных плит перекрытий с металлическим звякающим привкусом, отработанные гильзы дробно зацокали по бетону.

Пули ударили выше нас, инстинктивно мы пригнулись и сели на колени и успели оба выстрелить в ответ. Результаты получились очень неплохие. Я попал стрелку в грудь, а Локхарт в плечо.

Парень прекратил стрелять, с криком отлетел назад, выронив автомат и упал на площадке, исчезнув из нашего поля времени.

— Черт! — выругался Локхарт. — Черт, черт, черт! Они нас нашли! Это совсем не то, о чем просил Каллахан!

Ну еще бы. Завывания ветра на верхних этажах тут же перекрыли крики, топот ботинок, лязг затворов и стук ящиков.

Вся секретность и скрытность коту под хвост, плюс мы застрелили одного из нападавших, явно превысив полномочия. Впрочем, чего еще ожидал шеф местного управления ФБР, пуская таких матерых псов как мы, по такому свежему следу добычи?

Мы прижались к стене на площадке, ожидая вражеского подкрепления. В это же мгновение откуда-то сбоку из-за перекрытия на вынырнула армейская дымовая шашка.

Белый плотный дым затянул все пространство этажа, а ветер тут же попытался утянуть его в сторону. Ему это почти удалось, но на несколько драгоценных мгновений весь этаж заволокла светлая пелена. Сквозняк растащил его в стороны, почти полностью лишив нас обзора.

Пришлось импровизировать. Я побежал вниз по лестнице, топоча ногами как можно больше и громче. Закричал:

— Все на местам! Приготовиться к штурму! Все подразделения!

Понесся этажом ниже, развернулся обратно и снова поднялся к Локхарту. Пыль от бетонной крошки поднялась в воздух, смешавшись с дымом армейской шашки.

— Что за балаган? — шепотом спросил Локхарт. — Вы с ума сошли? Думаете, они подумают, что здесь собралась вся полиция штата?

Я пожал плечами, стараясь отдышаться.

— Вдруг сработает?

Мы выставили револьверы перед собой ожидая атаки захватчиков, но пока ничего не последовало. На мгновение воцарилась тишина только ветер все сильнее завывал снаружи, да еще дождь забарабанил по корпусу. Только этого не хватало.

Я напряженно ожидал, что будет дальше. Собственно говоря, сейчас мы могли уходить вниз.