— Удобно тебе под маской? — спросил я.

Он замолчал.

Зрение Творца легло на металл тонкой сеткой. Пластины заходили одна на другую возле скул, их выколачивали по деревянной форме, затем сводили края коротким молотком. Материал оказался передельной сталью с пониженной долей угля. Снаружи её темнили составом на жжёном масле, внутри оставили мягкой, чтобы маска принимала удар и не лопалась о лицо. Медные заклёпки держали чешуйчатые соединения. Одна возле правой щеки сидела глубже прочих и тянула пластину внутрь. Вот почему при каждом вдохе там появлялся слабый скрип.

— Передельная сталь, мягкая сердцевина, поверхность темнили маслом с золой, — проговорил я. — Пластины вывели по деревянной форме. Заклёпки медные, край у правой щеки перетянут, поэтому маска скрипит, когда ты вдыхаешь. Металл возле нижней прорези уже устал, там пошла трещина. В общем, про твою маску я знаю почти всё.

Незнакомец остался неподвижен, зато Ци вдоль его спины собралась плотнее. Ветер прошёл к плечам и замер там, готовый сорваться.

— И знаешь что ещё? — продолжил я. — Я уже представляю, как она слетит с твоего лица. Хочу посмотреть тебе в глаза в тот миг, когда ты поймёшь, что зря ты сюда пришёл.

Стоявшие по краям улицы люди подобрались. Меч вышел из ножен примерно на ладонь, потом остановился. Человек в маске чуть наклонил голову.

— Ты и правда настолько глуп, что станешь биться со мной?

Дыхание у меня стало тяжелее. Костный Очаг требовал открыть поток полностью, дать силе выйти наружу и наконец заткнуть рот человеку, который разговаривал со мной так, словно я занимал одну строку в его расчёте. Полезный кузнец. Восьмая ступень. Несколько друзей, годных для нажима. Он заранее разложил нас по местам и теперь ждал, что всё сойдётся.

— Ты уверен, что контролируешь происходящее, — сказал я. — Уже решил, как я отвечу на угрозу, куда отступлю и кого постараюсь защитить первым. Может, в другой день я начал бы считать вместе с тобой: искал бы правильные слова, прикидывал последствия, оставлял тебе дорогу для отхода, но сейчас мне даже думать об этом не хочется. Ты пришёл сюда. Обвиняешь меня, угрожаешь моим людям, говоришь про Эйру и Торна так, будто давно нас знаешь. А моего друга ты бил собственными руками.

Краем глаза заметил, как оба мечника окончательно вынули оружие. Один опустил клинок вдоль бедра. Второй выставил тесак перед собой и начал понемногу смещаться к середине улицы.

— Заречье устроено странно, — продолжил я. — Люди здесь молчат крепче, чем тебе кажется. Силу свою я тоже научился держать. Сделаю всё аккуратно. Примерно как сегодня работал с тонкой трубкой на кривом верстаке. Там требовалось попасть в русло тоньше волоса, и рука у меня выдержала.

Незнакомец явно не ожидал такой речи. Глаза его сузились, голова чуть повернулась к закрытой двери, словно он вспомнил о лекаре.

А я вдруг понял, что хочу драться.

Понимание пришло спокойно, даже облегчение принесло. Этот человек стоял на дороге: он нашёл Торна, вышел к дому Виго и знал об Эйре. Если отпустить его, он продолжит собирать сведения и однажды приведёт тех, кому уже не понадобится разговор. Значит, препятствие следует убрать. Брок сделал бы именно так. Уже делал, собственно. В штольне, после нападения Гало, он вывез тела ночью и вернулся к работе.

Я тихо усмехнулся. Выходило, мы со старым волком всё-таки похожи сильнее, чем мне хотелось признавать и почему-то эта мысль сейчас не давила, а наоборот легла на место, будто давно ждала подходящего паза.

Я шагнул с крыльца и человек в маске отступил. Всего на половину шага, однако отступил первым. Ци мгновенно побежала по его меридианам. Земля под сапогами дрогнула, вода в мелких лужах пошла кругами, а Ветер собрался вокруг тела плотным коконом. Капли дождя больше не касались плаща: их подхватывало у плеч и уносило в стороны.

Открыл Костный Очаг. Жар вышел через кожу, и воздух вокруг меня поплыл. Дождь зашипел на волосах, рубаха сразу прогрелась. Следом пустил Инь по внутреннему кругу. Холод лёг вдоль позвоночника и собрал лишнюю ярость, оставив от неё силу. Земля ушла вниз, в ступни, связала меня с мокрой почвой под деревянным настилом и камнями старого фундамента.

Человек оглядел меня с головы до ног.

— Даже не предложишь нам уйти по-доброму? — спросил он. — Обычно в такой миг люди ещё дают друг другу возможность разойтись.

— По-доброму уйти я вам не предложу, — ответил я. — И вообще уйти отсюда у вас уже не получится.

Сжал кулаки и быстро осмотрел улицу. Справа стояла стена плавильни, за ней гудела печь. Туда бой вести нельзя: пробьём кладку, засыплем топку или выпустим расплав во двор. Слева тянулись нежилые сараи со старой оснасткой, дальше между ними шёл узкий проход к пустым угольным ямам. Крыши ветхие, зато людей внутри быть не должно. Если сдвинуть драку туда, дома Берты она почти не коснётся.

Внутренний кошель с Камнем отозвался на мысль. Я потянулся к нему через связь, позволил плотной Ци войти в Костный Очаг. Тепло под ключицей стало тяжелее, по костям прошёл знакомый гул.

[КАМЕНЬ: РЕЗОНАНС С НОСИТЕЛЕМ.]

[ПОДПИТКА КОСТНОГО ОЧАГА: АКТИВНА.]

[ПЛОТНОСТЬ ПОТОКА УВЕЛИЧИВАЕТСЯ.]

Человек в маске опустил корпус и чуть отвёл левый кулак. Повреждённая правая нога осталась сзади.

— Ну тогда поглядим, — прохрипел он. — Чего стоит кузнец против человека, который всю жизнь бил людей и получал за это деньги.

Сердце хотело сорваться в частый стук, но Инь удержала ритм. Страха я не чувствовал, наоборот где-то под рёбрами шевельнулся лёгкий азарт.

Он атаковал первым.

Грязь взметнулась из-под сапога вместе с водой, ветер рванулся вперёд раньше тела, ударил мне в грудь и на миг сжал рубаху так, что стало трудно вдохнуть. Следом в этот порыв вошёл кулак. Земля придала ему такую тяжесть, что пространство возле костяшек словно просело. Я видел всю конструкцию удара: опора шла через левую ногу, позвоночник принимал сжатую Ци, Ветер разгонял плечо на последних пядях.

Любая заготовка может быть сколько угодно тяжёлой, но если внутри есть слабая жила, бить следует именно туда.

Рванулся влево, к нежилым сараям. Огненная вспышка осталась на прежнем месте, заставив воздух хлопнуть, однако незнакомец оказался быстрее, чем я рассчитал. Костяшки прошли рядом с грудью и всё же задели плечо. Скользящий удар швырнул меня через проход. Я врезался боком в край стойки, отлетел дальше и рухнул в мокрую грязь между сараями.

Земля в теле приняла основную тяжесть, а внутри плеча всё равно что-то хрустнуло. Рука онемела до локтя. Перекатился через спину, подтянул ноги и сразу поднялся. Пол под сапогами здесь состоял из глины, золы и металлической окалины; опора скользкая, зато стены рядом позволяли менять направление.

Человек уже бежал ко мне — теперь хромота стала заметнее. Каждый толчок правой ногой давался ему через уплотнение Земли, и повреждённый меридиан вспыхивал тусклым серым. Физическая рана была лишь частью беды, внутри узла поток ломался и возвращался вверх по бедру, заставляя его поддерживать ногу силой на каждом шаге.

Я собрал Огонь в ладонях и ударил навстречу. Первая вспышка пошла широким веером, вторая легла ниже, вдоль земли, третью сжал плотнее и направил ему в грудь. Незнакомец выбросил руку. Ветер завернулся перед ним, поймал пламя и разорвал его на клочья. Оранжевые языки метнулись к стенам, погасли в дождевой воде. Он даже не сбавил шага.

Значит, чистый Огонь здесь будет работать плохо.

Оттолкнулся от земли, прыгнул к стене сарая и поставил ногу на мокрые доски. Один толчок поднял меня к карнизу. Перенёс вес, оттолкнулся от противоположной стены и ушёл выше, почти к крыше. Подо мной незнакомец резко остановился, поднял голову и сразу пошёл следом. Ветер подхватил его плащ, Земля собралась в кулаке, и он вылетел снизу тяжёлым апперкотом.

Уклониться в узком проходе уже не успевал — скрестил руки перед лицом и вогнал в них всю доступную Землю. Кости уплотнились, кожа стала твёрдой, в локтях возникло чувство, будто суставы залили раскалённым металлом. Удар пришёлся точно в защиту.