Мастер снова закашлялся. Берта потянулась к платку, но он повёл ладонью, показывая, что справится. Приступ оказался короче прежнего. Виго несколько раз втянул воздух и хрипло усмехнулся.

— Речь у тебя извилистая. Через болотный туман проще дорогу отыскать.

— Могу повторить короче.

— Не утруждайся. Смысл я уловил.

Он прикрыл глаза и несколько мгновений лежал, собирая дыхание. Пальцы Берты оставались возле его руки. Она словно боялась коснуться и всё же держала ладонь так близко, чтобы Виго хватило одного движения.

— Сам понять не могу, отчего тебе верю, — продолжил он. — Будто кто над ухом шепчет: хватайся, пока дают. Пожить ещё хочется. Ради Клёпки хочется. Ради Мартена, который пять месяцев горшки таскал и ни разу не спросил, когда ему за это заплатят. Ради горна моего…

Его лицо на мгновение ожило: взгляд прояснился, по губам прошла слабая улыбка, будто Виго увидел свой двор в Медном Ряду: высокую трубу, каменную кладку, наковальню на живой скале. Следом брови сдвинулись, а в глазах вспыхнул гнев, быстро истощившийся до горечи.

— Ради мастерской, — закончил он.

Слова повисли в комнате, оставляя за собой продолжение. Виго снова посмотрел на меня, и я уже понимал, куда повернул его разум.

— Если ваше средство сработает, если встану и проживу ещё какое-то время… Трудно мне будет отдать тебе мастерскую, кузнец.

Досада поднялась сразу. Ради этого двора я ходил по цеховым книгам, искал Берту через половину Заречья и предлагал больше сорока золотых поверх долга. Теперь передо мной лежал человек, которому впервые за несколько месяцев показали возможность жить, и вместе с надеждой к нему кажется вернулось желание удержать собственный горн.

Ответ пришлось придержать. Порыв сейчас только испортил бы разговор.

— Виго, долг останется на тебе, — произнёс я после паузы. — Вексель у Берты, и его ещё можно предъявить, когда запись о смерти отменят. Следом придут цеховые требования за подати и присмотр, а долг ведь Берта не выкупила полностью, лишь треть. Инструмента во дворе почти не осталось — Берта продала всё, что могла. После твоего возвращения взыскание начнётся сразу, и цех получит законное право забрать двор за долг. Деньги на расчёт дам я. Условие сделки было связано с этим.

— Чёрт… — выдохнул Виго.

Он попытался подняться. Берта подхватила его под спину, поправила свёрнутое одеяло и помогла устроиться выше. Дыхание сразу участилось. Ульф наклонился вперёд, будто готовый подхватить мастера, если тот завалится, однако Виго удержался сам.

— Мысль о жизни голову затуманила, — признал он. — Уже увидел себя у горна. Дурак старый. Руки пустые, двор под цеховой печатью, долг на шее, а я мысленно уголь перебираю.

Он замолчал, пережидая слабость, затем упрямо поднял голову.

— Ты прав, кузнец. Сделка остаётся. Закроешь долг, двор перейдёт тебе. Цена будет вдвое меньше прежней.

Я нахмурился.

— Почему все же?

— Жизнь спасёте. Она сорока золотых стоит, как думаешь?

— Думаю, её цену нельзя вписать в купчую.

— Красиво ответил. Только старого мастера словами вокруг пальца не обведёшь. — Виго слабо улыбнулся. — За двор возьму я все таки только двадцать. Хватит на новый инструмент, жильё и жизнь свою дожить достойно. Клёпке тоже верну всё, что она в меня вложила, хотя она, конечно, станет ругаться.

— Уже ругаюсь, — глухо сказала Берта.

Виго повернул к ней голову.

— Вижу.

Она прижала его ладонь к щеке. Плечи Берты дрогнули, но голос остался ровным:

— Сперва выживи. Потом стану считать, сколько с тебя причитается за горшки, травы и мои нервы.

— Вот потому и нужны деньги.

Я взглянул на Алекса. Тот моргнул, видимо прогоняя системное окно, и едва заметно кивнул. Возможность получалась выгодной, хотя сейчас золото волновало меня меньше самой работы. Если Виго выживет, сорок золотых всё равно останутся при нём, я не поскуплюсь. Пусть поставит другой горн, купит клещи и ручник, вернёт Берте её инструмент, однако обсуждать это стоило после установки, когда жизнь перестанет измеряться минутами.

Связь между Системами снова натянулась. Перед внутренним взглядом появилась медная трубка, разделённая на слои, а рядом проступил новый расчёт.

[СОГЛАСИЕ ОБЪЕКТА: ОЖИДАЕТСЯ.]

[ТЕКУЩАЯ ВЕРОЯТНОСТЬ ПЕРЕЖИТЬ УСТАНОВКУ: 36%.]

Два процента ушли за время разговора.

Подошёл к лежанке ещё на шаг.

— Виго, к цене вернёмся после. Сейчас мне нужен окончательный ответ. Ты согласен на установку нашего проводника и понимаешь, что можешь умереть во время процедуры?

Он кивнул прежде, чем я успел закончить вопрос.

— Согласен. Делайте.

Системные строки вспыхнули у меня и, судя по движению глаз Алекса, одновременно появились перед ним.

[СОГЛАСИЕ ОБЪЕКТА ПОЛУЧЕНО.]

[СОВМЕСТНАЯ ЗАДАЧА АКТИВИРОВАНА.]

[МЕРИДИАННЫЙ ПРОВОДНИК МАЛОГО ЦИКЛА.]

[РЕКОМЕНДУЕМОЕ ВРЕМЯ ДО УСТАНОВКИ: 2 ЧАСА 14 МИНУТ.]

Два часа четырнадцать минут выглядели щедрым сроком лишь до того мгновения, когда рядом раскрылся перечень работ. Система разложила чертёж на отдельные узлы, и каждый потребовал собственного инструмента, материала и времени. Медную накладку следовало очистить, отжечь трижды, вытянуть в полосу, свернуть вокруг сердечника и закрыть продольный шов. Затем предстояло нанести серебряную протраву на внутреннюю стенку, вытравить четыре русла толщиной меньше волоса, проверить их проходимость и соединить трубку с малым резервуаром. Алекс должен был приготовить состав, настроить его кровью и удержать Виго живым до установки.

[СОВМЕСТНАЯ ЗАДАЧА: «МЕРИДИАННЫЙ ПРОВОДНИК МАЛОГО ЦИКЛА».]

[ДОПУСТИМОЕ ОТКЛОНЕНИЕ ВНУТРЕННЕГО КАНАЛА: 0,08 ММ.]

[ДОПУСТИМАЯ НЕРАВНОМЕРНОСТЬ СЕРЕБРЯНОЙ ПРОТРАВЫ: 4%.]

[КРИТИЧЕСКИЕ ЭТАПЫ: ФОРМИРОВАНИЕ КАПИЛЛЯРА; НАНЕСЕНИЕ МИКРОКОНТУРА; УСТАНОВКА.]

От последней строки в ладонях появилось знакомое желание уже сейчас взять металл. Хорошая работа всегда успокаивала, потому что превращала общую беду в последовательность понятных действий. Здесь такой порядок требовалось построить быстро. Часть нужного сырья лежала во дворе, часть хранилась у Алекса, а дубильная вытяжка кажется пока отсутствовала вовсе.

— Алекс, что у тебя есть прямо сейчас? — спросил я.

Он поставил короб на стол, откинул кожаные застёжки и принялся выкладывать склянки на чистую тряпицу. Пальцы двигались уверенно, хотя взгляд временами цеплялся за общую схему.

— Осовца хватит на три замеса. Раковинная пыль есть. Воск, слабая кислота и средство для очистки раны тоже здесь. Дубильной вытяжки осталось на дне, она слишком старая и уже дала осадок. Нужен второй холодный отстой, свежий. Серебро возьмём из монеты, если она чистая.

Достал кошель и высыпал на ладонь несколько серебряных. Система откликнулась на первую монету, показав медь, следы свинца и слишком высокую долю примесей. Вторая оказалась лучше. Третья дала девяносто одну часть чистоты и подходила после отделения внешнего слоя. Положил её рядом с коробом.

— Вытяжка есть у Пеллы, — сказала Берта. — Мокрая сторона, дальний чан возле старой красильни. Она ночью ворота держит закрытыми.

— Откроет, если увидит тебя?

Берта посмотрела на Виго. Её пальцы всё ещё лежали поверх его ладони, словно она боялась, что связь прервётся при первом движении.

— Откроет. Зимой я ей котёл латала. Только идти далеко.

— Ульф пойдёт с тобой. Возьмёте Пыха и вернётесь быстрее.

Ульф осторожно поднялся. Табурет под ним облегчённо скрипнул, а Пых перебрался на плечо и сразу вытянул морду к коробу Алекса. Запах раковинной пыли ему явно понравился. Великан прикрыл склянки ладонью.

— Пых не будет кушать лекарство. Ульф проследит.

— Заодно проследи, чтобы он не полез сушить чужие чаны, — сказал я. — Нужна вытяжка второго холодного отстоя. Берта знает какая.

— Знаю, — отозвалась она и наконец убрала руку от Виго. — Только Пелла может цену заломить, когда поймёт, что дело срочное.