Лиза смеется, а потом как-то странно на меня смотрит…

— А ты чего так интересуешься? — серьезно спрашивает она. — Просто любопытно стало. Я уволилась, а тут такое… Круче, чем сериалы.

Ой, врать я не умею… И, кажется, Лиза не очень верит моему объяснению. Но тут в раздевалку заходит Ира, и я с облегчением выдыхаю.

— Ой, Ирочка, а я тебя жду. Очень серьезный вопрос.

Я беру подругу за руку и, пока она не успела опомниться, вытягиваю в коридор.

— Пойдем, нужно поговорить, — говорю очень тихо.

Ира кивает, и мы идем туда, где сейчас никого нет – в пустой номер, который она только что убрала.

— Ты какого черта тут делаешь? — рычит она, как только мы закрываем дверь. — Я хочу разобраться. — Вот именно об этом я и говорю.

Я тяжело выдыхаю и прохожу вглубь комнаты.

— Ты должна сидеть рядом с Адамом в больнице. А то, что происходит здесь… Это дело полиции. Ты же уже слышала. — Я не могу просто сидеть сложа руки, когда моего мужа обвиняют в том, чего он не совершал. — А ты уверена, что не совершал? — пристально смотрит на меня подруга. — Конечно, уверена. Он бы никогда… — Но вчера вечером он был не с тобой. Где же он был? — выгибает бровь Ира. — По делам ездил… — тихо отвечаю я.

Я не знаю, где был Адам и с кем, но верю, что ничего плохого он не делал.

— Эмма, не лезь в это. Иди домой, успокойся. Все, что узнаю, вечером тебе расскажу. Хорошо?

Нет, не хорошо, но я киваю. Ира провожает меня до выхода.

Разумеется, я не поехала домой. Появилась новая зацепка – клуб на пристани. Если Лиза не соврала, то камер там нет, значит, видео не может быть доказательством. Тогда что?.. Кто-то видел, как Адам избивает Диану?

Не верится… Но я хочу все выяснить сама.

На следователя надежды нет. Видела я, как он смотрел на Орлова… Скорее всего, Диана ему действительно заплатила.

По дороге пришлось набрать Сергея и уточнить, что это за клуб, чтобы не пойти не туда. И вот, спустя полчаса, я стою у нужного адреса.

Парковка почти пустая, что неудивительно – еще только обед. Хотя бы сам клуб бы работал…

Но мне везет – двери открыты

Захожу внутрь, и легкие сразу наполняет сигаретный дым. Мой пустой желудок протестует, но, переборов рвотные позывы, я иду к барной стойке.

— Воду с лимоном, — делаю заказ.

Милый молодой бармен с улыбкой подталкивает мне стакан. Делаю глоток, и становится немного легче.

В клубе играет негромкая музыка. Осматриваюсь и замечаю в конце зала парочку, которая целуется. Недалеко от меня сидит мужчина, пьет что-то коричневое. Еще одна компания из четырех человек расположилась за столиком у стены. Вот и все посетители.

— Впервые здесь? — спрашивает бармен. Я с улыбкой поворачиваюсь к нему.

— Да. Просто захотелось утолить жажду, — киваю на стакан. — Я так и подумал. Ты не похожа на девушек, которые здесь зависают.

Не знаю, как это расценивать, но, судя по его улыбке, решаю, что это комплимент.

— Филипп, — парень протягивает мне руку. — Эмма. — Очень красивое имя. Как и ты… — его улыбка становится шире, и мне становится неловко.

Знал бы Адам, что я знакомлюсь с парнями… Хотя я ведь ради дела…

— У вас тут часто бывают девушки? — спрашиваю Филиппа. — Яблоку негде упасть… Останься до вечера – сама увидишь. — Ой, нет… Я такое не люблю. Парни напьются – потом драки, крики…

Филипп смеется, затем облокачивается локтями на стойку, наклоняясь ближе ко мне.

— Вообще-то у нас драк нет, а вот познакомиться с тобой ближе мне бы очень хотелось.

Чувствую, как заливаюсь румянцем, но беру себя в руки. Стоп, Эмма. Ты здесь по делу.

— Ну, не знаю… А что, и правда у вас скандалов не бывает? — Может, пару раз…

— Ага, расскажи про вчерашний, — вмешивается мужчина, который сидел недалеко от меня. — Рост, ну причем тут это? — бармен выпрямляется и смотрит на него. — А что вчера было? — кажется, сейчас будет интересно.

— Вот блин, а я так надеялся на романтический разговор… — вздыхает Филипп, но все же наклоняется ко мне снова.

— Да вчера нашу постоянную клиентку бывший жених хорошенько так приложил… — Да ты что?! — делаю большие глаза. — А за что?

— Кто ж их знает… Они не здесь отношения выясняли. Она вышла на улицу, а через пятнадцать минут вернулась — да вся такая… Живого места на лице не было. Да и руки, шея… Короче, вся в синяках.

Черт возьми! Кто же ее так?

— Если ты не видел ее жениха, то почему думаешь, что это он ее избил? — Она сама сказала. Еще когда сидела здесь, за стойкой, зазвонил телефон. Диана ответила, говорила где-то минуту, а потом крикнула, что идет к бывшему. Мол, сам приехал. И ушла.

То есть никто не видел, кто избил Диану… Все завязано только на ее словах.

— Так ты останешься? — снова улыбается Филипп. — Нет, извини, мне пора… Сколько с меня? — За счет заведения, — парень отвечает как-то грустно. — Спасибо…

Выхожу из клуба и не знаю, что делать дальше. Если нет свидетелей и камер, значит, этот следак и искать ничего не будет. Ему уже заплатили и сказали, кто виноват. Вот и все. Дело закрыто.

Но если бы это было единственное… Есть еще автокатастрофа.

Если Адама обвинят и в этом… Глаза наполняются слезами…

— Эмма? — слышу за спиной знакомый голос.

Обернувшись, не знаю, что сказать. Передо мной стоит отец Адама.

— А ты что здесь делаешь? Я думал, ты домой поехала, — серьезно спрашивает он. — Я… — сначала хочу что-то придумать, но, как назло, в голове пусто. Просто печально выдыхаю. — Я хочу узнать, кто на самом деле избил Диану Костину.

Мужчина смотрит мне прямо в глаза, и я не выдерживаю. Опускаю взгляд – сейчас заплачу.

— Значит, ты не веришь, что это сделал Адам? — Конечно, не верю! — говорю громче, чем следовало бы.

И что-то в его взгляде меняется… Становится добрее, что ли…

— Ты заходила в клуб? — Как раз оттуда. Ничего нового, кроме того, что все уверены: «царевну» побил ее бывший жених.

— Царевну? — Ну… это… Диану, в общем. — Здесь есть камеры? — он оглядывается. — В том-то и дело, что нет. И свидетелей преступления тоже. — Тогда почему все считают, что это Адам?

Я пересказываю ему слова бармена, и мы оба молча смотрим на воду. Просто стоим и наблюдаем, как маленькие снежинки исчезают в синей глади.

— Ты первая девушка, с которой Адам захотел нас познакомить, — прерывает тишину Владимир Петрович.

Я не знаю, что сказать… От удивления смотрю на него, но быстро отвожу взгляд.

— Мы с Викторией очень ждали этого момента. Честно говоря, давно не видели сына… А тут еще и такая новость. Адам не тот человек, который приведет в дом чужого человека, так что мы сразу поняли — ты особенная.

— Я обычная… Это ваш сын делает меня особенной.

Отец Адама внимательно смотрит на меня, но я избегаю его взгляда. Знаю, что они не рады такой невестке.

— Я люблю Адама… — говорю очень тихо.

— Прости нас, девочка. При первой встрече мы были не слишком любезны. Но мы не знали, какая ты, пойми… — Я все понимаю. — Но теперь вижу, что ошибался. И Вика тоже увидит.

Я поднимаю взгляд и замечаю улыбку на его лице.

— Мы будем очень рады, если рядом с нашим сыном будет такая девушка.

На моих губах появляется улыбка.

Осталось только оправдать Адама – и можно выходить замуж…

Снова набираю номер подруги , но связи нет .На часах почти одиннадцать, а Ира до сих пор не вернулась с работы. Снова набираю номер подруги, но связи нет. Еще и ее искать? Да что это такое…

Уже собираюсь звонить в отель – может, Сергей что-то знает или поможет с поисками, – как вдруг услышал шорох у входной двери.

​Выхожу в коридор, и в квартиру заходит подруга. Сразу замечаю, что она подавляла. Глаза опухшие и красные… Ира что, плакала?

— Даня ?— Что случилось? — спрашивает, пока девушка смотрит на верхнюю одежду и обувь. — То, чего ожидать… — даже не поднимая головы, она проходит на кухню. — Даня?