И она кивает . В глазах снова рабочие слезы .Сразу думаю о нем… Только из-за этого идиота Ира может пролить слезу. И она кивает. В глазах снова рабочие слезы.

— Он бросил меня . — Он не— М— Ирочка… — подхожу и твердо обнимаю ее. — Он бросил меня. — Он не достоин того, чтобы ты так из-за него убивалась, — пытаюсь успокоить подругу. — Эмма, я ему не был нужен. Только сейчас это понимаю… — шепчет девушка, вытирая слезы. — Милая, успокойся… У тебя еще таких, как эта Даня, будет тысяча. Да и не такие, а лучше. Я знаю, ты влюбилась… — Дело не в этом, — ровно садится Ира и смотрит мне в глаза. — А в чем? — Да, он мне очень понравился. Даже больше, чем понравилось… Подходил мне по всем параметрам, и я подумал… Но обидно то, что он просто меня выбросил. Использовал и выбросил… — Ирочка, ну почему ты так думаешь? Возможно, у него тоже были какие-то чувства, а сейчас он понял… — Нет. Не было... Ты же знаешь, я бы не оставил все просто так, не выяснив причину разрыва.

Смотрю на Иру, и хочется надеяться, что этот козел снова не наговорил ей каких-то гадов…

— Он сказал, что я была исправлена ​​для его настоящих мотивов… — Что??? Мотивов?

Ира берет меня за руки и смотрит прямо в глаза.

— Эмма, держись от него, как можно дальше, — ее слова вызывают тревогу. — Ира, я… ​​— Поверь мне. Будь рядом с Адамом и не приезжай в отель. Я видела там Даню уже несколько раз, и он приходил туда не ко мне. — А к кому? — Не знаю… Наверное, новую дурочку нашел, и им негде уединиться… Я видела, как он смотрит на тебя. И даже когда мы встретились… То есть, я думала, что встречаемся… Он был со мной, чтобы подойти к тебе.

После этого разговора мы больше не обсуждали. Слышать имя этого парня Ира не хотела, да и я тоже. Надеюсь, после разрыва с Ирой он больше не появится в нашей жизни.

Утро встречает игривым солнышком и растаявшим снегом. Выхожу на улицу, и на губах появляется улыбка. Вспоминаю нашу с Адамом вчерашнюю переписку, и хочется летать.

Он написал мне, когда я уже легла в кровать, и не дала заснуть до двух ночей. Сообщения были и игривые, и жаркие. Мне не хотелось прекращать с ним общение. Но отказался дать оруб себе знать, и я просто вытянулась с телефоном в руках.

Сейчас я спешила в больницу, чтобы увидеть наконец любимого, коснуться его губ, открыть его запах…

Я была уверена, что с его родителями тоже проблемы пересекаются, но после вчерашнего разговора с его отцом страх исчез, и я уже не так переживала.

В палату буквально влетаю и сразу вижу у кровати Адама медсестру. Внутри неприятно тянет…

В полусидячем положении девушка склонилась к нему почти плотно. Коротенький халатик оголяет стройные ноги и упругие бедра. Светлые локоны падают на плечи, а она еще и хихикает…

С силой закрываю дверь палаты, и девушка тут же отскакивает, оборачиваясь ко мне. Я раскрываю настоящее зло.

Верхние пуговицы ее расстегнутого халата с вырезом имеют довольно пышные формы. Еще и макияж… Как будто она не на смену выхода в свет, а на дискотеку собралась.

Она смотрит на меня уверенными глазами, и я ее прекрасно понимаю. Да, дорогаша, ты не к тому мужчине полезла. Я, конечно, милая девушка, но за свою жизнь побороться.

— Любимая… Доброе утро, — улыбается Адам.

И мне тоже хочется его ударить… Только что шептался с этой куклой, а теперь «любимая»?

— Я закончила, Адам Владимирович. Через полчаса приду снять капельницу, — произносит медсестра сладким голосом, но на мужчину не смотрит. И быстро выходит за дверь.

— Лисичка, ты напугала девочку… — ухмыляется он. — Девочку? — фыркаю, и лицо Адама тут же меняется.

Он становится руководителем и смотрит мне прямо в глаза.

— Иди ко мне, — и это приказ.

В, но строгийМой запал быстро исчезает, и я медленно подхожу к его кровати. Он берет меня за руку и держит рядом. Взгляд сдержанный, уверенный, но строгий.

Другие женщины меня не интересуют .— Я тебя люблю. И кроме тебя мне никто не нужен. Никто не касается меня так, как ты. Я хочу прикасаться только к тебе. Целовать тебя, заниматься с тобой любовью. Другие женщины меня не интересуют.

Каждое слово он произносит спокойно, тихо, не отпуская рук.

— А теперь я хочу поцеловать свою лисичку, — уголки его губы поднимаются вверх.

АИ я подаюсь вперед. Адам целует напористо, жадно, притягивает меня к себе, и внизу живота разливается тепло. Его рука скользит под моим свитером, а губы переходят к шее…

— Не могу отор— Адам, тебе нельзя напрягаться… — говорю, хотя сама не хочу, чтобы он останавливался. — Не могу оторваться от тебя, — поднимая на меня взгляд мужчины.

Делаю легкий поцелуй на его губах и чуть отстраняюсь, чтобы было легче держать себя в руках.

— Тебе нужно поправиться… — Шепчу, чувствуя, как щеки пылают. — Ты такая милая, когда ревнуешь, — улыбается Адам. От его слов смущаюсь еще сильнее.

— Она же почти лежала на тебе, вы прикрывая показ своей груди.

И Адам только начинает охотиться.

—— Что ? —— Боже, любимая… Да я даже не заметил ее «достоинств». — И о чем же вы так мило щебетали? — О Марке. — Что? — Жене понравился Марк, он заезжал с утра. И она решила, так сказать, через меня узнать о нем больше.

Немного выдыхаю… Кажется, ничего такого. Может, я себя просто накрутила…

— Немного … — Отлично , а то— Успокоилась? — нежно заботливая женщина. — Немного… — Отлично, а то я уже думал, что ты себе сейчас все волосы повыдергаешь. — Ой, до такого бы не дошло… А Марк зачем приезжал? Есть новости по делу? — Нет, выполни мою просьбу, — загадочно отвечает Адам.

Смотрю, как он нежно берет мою руку, а затем вкладывает в нее сжимающую красную коробочку. Внутри — изумительное кольцо из белого золота. В центре — бриллиант, обрамленный лепестками лилии, а по бокам маленькие звездочки с камнями посередине.

— Я очень хочу, чтобы ты стала моей женой… — с надеждой в глазах говорит мужчина.

И у меня нет слов. Я просто киваю в ответ.

Он достает это восхитительное кольцо и надевает его на мой безымянный указательный палец, а затем касается губами моих рук.

Но мне этого мало. Я придвигаюсь ближе и целую его, выплескивая все эмоции, которые сейчас пересчитываю. В ответ слышу одобрительное мурлыканье Адама.

Наш поцелуй прерывает стук в дверь.

В палату заходят родители Адама. Сдержанно здороваюсь, стараясь отдышаться.

Они транслируются изнутри, и мне кажется, что в мою сторону направлены дружелюбные улыбки.

Сейчас, когда мы проводим вместе, обсуждаем самочувствие Адама, мужчины говорят о бизнесе. Потом к нам присоединяется Марк. Он выглядит немного взволнованным, но говорит, что по делам Адама ничего нового. Следователь лишь отмахнулся, сказав, что полиция работает и все выяснит… Это меня очень расстраивает.

— Сынок, ты отдыхай. Я отвезу маму в отель, а потом поеду в отделение с адвокатом. Хочу посмотреть, что они там «нарорасследовали», — отец Адама встает и уходит с женой.

Когда мы остаемся втроем, замечаю какие-то странные взгляды между мужчинами. А еще больше напрягаюсь, когда Адам просит меня зайти в магазин рядом с детской и купить ему зарядное устройство для ноутбука. Говорят, что здесь работают жертвы, а зарядку он где-то потерял.

И все бы ничего, но в сочетании с взглядами чудовищ… Что-то здесь не так.

Целую любимого в губы и выхожу за дверь. Специально иду к лифтингу, но не захожу в него. Просто замираю за стеной. Вижу, как в коридоре на секунду появляется голова Марка, а потом тут же исчезает.

Значит, я был права…

Подхожу поближе и стараюсь хоть что-то разобрать. Хорошо, что двери здесь мягкие. Слышно плохо, но если прислушаться…

— Я не знаю, кто это… Следователь точно заплатил, чтобы он молчал… Не знаю, откуда она его взяла. Но это свидетель. Понимаешь? И если мы не найдем этого человека, ты реально сядешь… — голос Марка.

После этих слов в голове кружится. Свидетель? Откуда?

Бармен же говорил, что никто ничего не видел… Но ведь мог быть кто-то, кто не заходил в клуб…